От одного Зайца - Ася Лавринович

Я вернулась от бабули поздно вечером. Родителей, к моему удивлению, дома не было. Зато на кухне восседал брат. Я переоделась в домашние майку и шорты, отнесла в стирку многострадальную футболку с позорным кофейным пятном. Умыла лицо холодной водой… Щеки почему-то горели.

– Ром, а мама с папой где? – крикнула я из ванной.

– Они сегодня в ресторан пошли, со Смирновыми… ты забыла, что ли?

Точно. Это у родителей традиция такая. В конце месяца они встречаются со своими друзьями, делятся накопившимися новостями…

Ну вот. Мамы дома нет. А Ромка, наверное, голодный. Это мне еще и ужин готовить ему? Настроения на готовку не было. Честно сказать, его сегодня в принципе не наблюдалось.

– А ты уже поужинал? – спросила я, заходя на кухню. – Ром, это что такое?..

На столе лежали несколько гамбургеров, картошка фри, сырный соус…

– Я как раз этим и занимаюсь! – жуя булку с кунжутом, проговорил брат. – Я приготовил нам ужин, Рита, не беспокойся! Моя любимая кухня! А, хотя ты такое не ешь…

Я плюхнулась на стул и потянулась за «Биг Маком».

– Рита, Рита, Рита… – выпучил глаза Ромка. – А как же твои лекции по поводу вреда фастфуда?

Молча откусила гамбургер и стала медленно жевать.

– Лишний вес и ожирение, – начал загибать пальцы Рома, подражая моим интонациям. – Повышение холестерина, повышение сахара в крови…

Я жевала.

– Гипертония, кариес… – продолжал Ромка.

Я жевала.

– Язва, гастрит…

Я продолжала жевать.

– Атеросклероз, Рита! – страшным шепотом закончил нотацию брат.

Я поморщилась.

– Отвечай, что стряслось? – спросил Ромка.

Распечатала сырный соус и обмакнула в него сразу несколько кусочков картофеля.

– Сгорел твой университет? Ты больше не самая умная девочка в классе? – серьезно предположил Рома. Я покачала головой. – Тогда я не понимаю твоего траура!

– Да никакой у меня не траур! – сердито буркнула я. На самом деле отчего-то хотелось плакать. Я вытерла жирные от картофеля фри пальцы о пижамные шорты.

– Рита, что ты делаешь? – завопил Ромка, заметив это. – У меня сейчас инсульт будет! Проклятый инопланетянин, признавайся, куда ты дел мою сестру? А ведь Рита хвалилась, что ее могут забрать на опыты… Еще бы, такой мозг пропадал! А мы всей семьей над ней смеялись…

– Тебе не надоело валять дурака? – поинтересовалась я.

– Если ты сейчас скажешь, что с субботы еще не подготовилась к семинару, который будет в понедельник, я с ума сойду!

– Да ты уже псих! – констатировала я.

– Колу будешь? – осторожно поинтересовался брат.

– Валяй! – протянула я ему пустой стакан.

Ромка с отрешенным видом взял у меня из рук стакан.

– Рита, серьезно, что с тобой случилось? – тихо спросил брат.

– Просто налей колы и посиди со мной, хорошо? – попросила я.

Рома выполнил мою просьбу и сел рядом. На улице уже давно стояла весенняя тьма. Я смотрела в окно на наше с братом отражение. Негромко гудел холодильник. Кола шипела в стакане.

– Ром, а ты сейчас с кем-нибудь встречаешься? – спросила я.

Брат странно покосился на меня. У нас на такие темы беседовать не принято. Подколоть друг дружку – это всегда пожалуйста. А вот когда дело касается личного… Помню, в девятом классе Ромка влюбился в одну девочку – Катю. Мы с братом учились в одной школе, но в разных классах, поэтому я особо не вникала, что там за возлюбленная у него. Я в это время к экзаменам готовилась. Но однажды ко мне подошла взволнованная мама: «Ромка у нас уже неделю не ест! Влюбился! Безответно! Рита, мы должны ему помочь! Я слышала, как он по телефону говорил о какой-то Кате…» Ну, я не будь дурой – помогла. Просто подошла на большой перемене и поговорила с объектом любви своего брата. Меня, конечно, немного смутило, что Катя оказалась полненькой особой с щербинкой между передними зубами. Которая, кстати, ей шла. Очень милая девчонка. После нашего откровенного разговора я только умилялась: до чего ж у моего брата нетривиальный вкус на девчонок! Прелесть! Кто ж знал, что у Ромки в классе эта Катя не единственная… А потом моя полненькая Катька исписала всю лестничную площадку красной краской: «Роман, я тебя тоже люблю!» И вообще прохода ему не давала. Обрывала нам телефон своими звонками. Брату еще пришлось перекрашивать стены в подъезде. С тех пор мы с мамой больше не вмешиваемся в Ромкины дела. От греха подальше.