Будни бортпроводника - Илья Брижак

M — Mike

N — November

O — Oscar

P — Papa

Q — Quebec

R — Romeo

S — Sierra

T — Tango

U — Uniform

V — Victor

W — Whiskey

X — X-ray

Y — Yankee

Z — Zulu

Бортпроводники. Как только мы друг друга не называем. Официальное название должности — бортовой проводник. В то же время он же стюард или стюардесса, проводник, проводничка, бортушка, провод, просто б/п.

А когда их много — это провода или борты. Да-да, именно провода.

Еда! Она состоит из касалетки и ланча. А также соков, газированных и горячих напитков. Прямоугольная фольга, в которой находится аппетитное горячее блюдо, — это касалетка. Ну, это уже ни для кого не секрет, по-моему. А ланчик — это коробка с фруктами, овощами, сухомяткой, кексами, джемом и т. д.

Далее, все названия городов в авиации имеют код, и бортпроводники, переписываясь, да и общаясь, называют их по коду. Например, СМС: «Я в кмд через хгд из крр в аит», — означает, что: «Я улетаю в командировку. Из Краснодара в Анталию полечу через Хургаду».

В процессе работы б/п часто обмениваются шифрами, вот расшифровка некоторых из них:

Инфант — это ребенок на руках.

Юнит — на борту нет шкафов, тем не менее есть много юнитов, поэтому юнит для обывателя — это шкаф.

ШЭД — духовка.

Бумажное полотенце — ролл. Но, кстати, так не во всех компаниях.

Вкладыш или лоток — глубокий поднос.

Тролль — тележка.

ГП — еда.

Ланч — еда.

Касалетки — снова еда.

Когда бп показывает коллеге указательный палец — ему нужен чай, два пальца — кофе. Средний палец — шлет его куда подальше. Впрочем, это у всех так.

И наконец, пассажиры! Любимые и ненавистные. Спокойные и дебильные. Добрые и тупые. Справедливые и сволочи. Аккуратные и свиньи. Нормальные и долбанутые. Хорошие и охреневшие… все это вы — пассажиры.

Провода называют вас паксами (паксы). На всех посадочных талонах ты можешь увидеть вот такое слово: PAX. Оттуда все и пошло. А ласково бортпроводники называют вас, пассажиров, паксики.

Но после чартера в/из Питера — это все ругательные слова.

Хочется сказать, что как бы мы ни называли друг друга, важно то, кем вы себя ощущаете в этом мире сами. Но также важно знать, что имена имеют сакральную силу.

Ну а теперь снова «Однажды в рейсе». Я хочу рассказать еще одну историю. Устраивайтесь поудобнее. Сразу скажу, что все имена я заменил на вымышленные. Так будет правильно.

Несколько лет назад 31 октября 2015 года разбился самолет авиакомпании «Когалымавиа» над Синайским полуостровом, летевший из Шарм-эль-Шейха в Санкт-Петербургский Пулково. Грустно, но такова жизнь. Мой рейс был такой же на следующий день, 1 ноября. Как сейчас помню, что при встрече пассажиров два из трех спрашивали: «А мы долетим? А мы не разобьемся? А ваш самолет в порядке? А мы не упадем?». Как бы у самого поджилки потряхивали, и эти еще капают на нервы. В такие моменты все равно невольно думаешь о страшном. Хотя я понимал, что будет все хорошо. По статистике самолеты еще ни разу не падали на одном рейсе два дня подряд. В общем, взлетели. Напоили напитками, и питерцы, наверное, расслабились. Раз не взорвались, не упали, не загорелись, тогда можно и побуянить. Причем все разом!

Началось все по щелчку, когда мы пошли в салон с касалетками. Я иду спиной к пассажирам, старший бортпроводник Катя — лицом. Проходим седьмой ряд, и одна женщина что-то говорит коллеге. Она наклонилась, чтобы лучше слышать, и пассажирка в этот момент засандалила старшей бортпроводнице касалеткой прямо в лицо. Женщина таким образом возмутилась, дословно: «Что это за говно?» Мы тут же вдвоем прекратили обслуживание, чтобы провести беседу. Пассажирка, естественно, оказалась пьяная. Мы сказали, что вызовем полицию, и она тут же начала извиняться.

Тем временем остальные пассажиры начали возмущаться, почему их не кормят. Какой-то мужик с десятого ряда крикнул нам: «Х***и вы там стоите?» — на что сосед рядом с ним, похожий на армянина, громко сказал: «Если еще раз ты при моем ребенке заматеришься, я тебя прибью!» Разумеется, первому это не понравилось, и начался конфликт. Но тут та пьяная женщина решила воспользоваться моментом, и когда мы отвлеклись на мужиков, она просто взяла и ударила мою коллегу по лицу ладошкой. Что это было?! Мы тут же отвезли тележку на кухню, и я пошел разбираться с женщиной. Как только подошел, она тут же прыгнула на меня, я ее схватил за руки и прижал к ее телу, пытаясь не повышать на нее голос со словами: «Успокойтесь немедленно!» Она в этот момент извивалась, как змея. Тут подходит огромный спортивный мужик ростом реально больше двух метров, берет ее за ухо, поворачивает к себе и громко говорит: «Если они сейчас не начнут нас кормить, я тебя застрелю!» И тут заплакали дети! Да, эта сумасшедшая алкоголичка летела с двумя детьми лет эдак восьми и одиннадцати. А теперь представьте картину. Как бы получается так, что бортпроводник держит хрупкую женщину, а двухметровый бугай в этот момент ей угрожает. Я даже сам немного испугался, думая, откуда у него может быть пистолет. Но тут же забыл об этом, когда справа от меня кавказец и мужик начали драться через кресло. Женщина успокоилась и села на место, а армянин разбил нос матершиннику, от чего тот начал все вокруг заливать кровью! Бугай ушел на свое кресло, а я пошел за старшей и вызвать по громкой связи доктора. Захожу на кухню, а коллега вся в слезах. Я, конечно, сразу к ней. Спрашиваю в чем дело, а она просто в истерике. Звоню «в хвост», зову кого-нибудь из коллег, чтобы пришли на помощь. Пассажиров-то кормить нужно. Приходят ребята. Данил остается с Катей, а мы с Вовчиком пошли с телегой в салон. Доходим до середины, и там парень лет тридцати говорит деду на впередистоящем кресле, чтобы тот поднял спинку кресла. Дед его как будто не слышит. Парень просит меня, чтобы я попросил дедулю. Я подхожу к нему и говорю: «Приведите, пожалуйста, спинку кресла в вертикальное положение», — а дедуля мне: «Иди на **й!» Я как-то, так сказать, опешил, а коллега Владимир в голос начал смеяться над ситуацией. Я ничего не стал говорить деду, а парню сказал, что решайте этот вопрос сами. И начался конфликт дедули и парня. В этот же момент на соседнем ряду дети играют в телефоны, один из них нервничает и пинает спинку кресла перед собой, разливает на своем столике томатный сок, и их мамаша приходит в ярость. Она начинает орать и материться на весь салон на детей! А это мальчик не уступает и обзывает маму всякими словами! Вот уж действительно, культурная столица, сразу видно! Мы оставили им еду и поехали отвозить телегу. Заходим на кухню, а там стоит Катя с той женщиной, и женщина ей явно угрожает. Мы тут же велели ей выйти. А Катя попросила меня все время быть только с ней рядом — так сказать, закрепила меня за собой.

Все. Обслуживание завершили. Отдыхаем. Проходит минут сорок, и мы слышим дикий крик. Я мигом в салон. Смотрю, а там та самая женщина совсем напилась до чертиков и начала доставать пассажиров близ себя. Один из пассажиров дал ей подзатыльник, и она начала кричать, как умалишенная. Я несколько раз попросил ее замолчать, но она не прекращает. Подошел Вова и сказал, что сейчас заклеит ей рот скотчем. В этот момент встал тот двухметровый бугай и пошел в нашу сторону. Мы как бы слегка напрягли свои булки. А мужик проходит мимо и идет в туалет. Ну, видимо, едой он доволен, и как бы все нормально. Женщина успокоилась. Мы предупредили о последствиях и ушли на кухню. Когда из туалета вышел мужик, мы на всякий случай из-за шторки посмотрели, куда он пойдет. Мало ли что. Прошел мимо этой женщины, и мы успокоились. А зря! Через минуту услышали вопли и крики пассажиров. Выбегаем в салон и видим, как этот здоровяк взял двумя руками истеричку за шею и поднял до потолка. Мы на него набросились. Схватили за обе руки. Велели немедленно остановиться. Он спокойно ее отпустил, а нам сказал, что он из органов, и показал удостоверение майора полиции. Вот те раз! Про пистолет бугай, возможно, не шутил. Мы его попросили больше так не делать, что бы ни случилось, и сказали, что нам плевать, что он полицейский. Нас на борту семь крепких парней, и мы его осилим так или иначе. Больше мы его, кстати, не видели и не слышали. Как только он ушел, тетка опять начала орать и визжать, что ей тяжело дышать и что он сломал ей шею. Мы пытались ее успокоить, а она нас только материла. В итоге мы взяли скотч, заклеили ей рот и заковали ее в наручники. Видели бы вы в этот момент ее детей… они просто сидели и тупо играли в телефоны. Спустя минут десять она начала делать вид, что задохнулась, и мы отклеили скотч. Раз в пять минут она что-то кричала. Так прошло часа два.