Оливковое дерево - Люсинда Райли

– Твой отец говорит, что ты сегодня спрыгнул с Водопада Адониса, Алекс, – сказал Алексис, когда мальчик сел.

– Угу.

– Это очень храбро, особенно с высокой скалы.

– Даже я не стал бы оттуда прыгать, – заметил Уильям, раздавая тарелки с испускающими пар свининой и рисом.

– Мы тоже должны туда съездить, – вмешалась Джулз. – Рупс был чемпионом школы по прыжкам в воду.

– Не очень хорошая идея нырять с такой высоты. Хотя заводь глубокая, там на дне камни. Ноги коснутся их, ладно, но голова – нет, нехорошо, – предупредил Алексис.

– Жаль, что я не поехала. Звучит чудесно. Ты как-нибудь отвезешь меня туда, Алексис? – спросила Сэди.

Алексис на мгновение пристально посмотрел на Хелену, потом отвел взгляд.

– Конечно. И любого, кто желает поехать.

– Я желаю, – на террасе появился Рупс, воняющий лосьоном после бритья, и уселся рядом с Хлоей. – Выглядит здорово, спасибо, тетушка Хелена, – сказал он, когда перед ним поставили тарелку.

– Думаю, пора отбросить «тетушку», тебе уже тринадцать, и ты официально стал подростком. Пожалуйста, приступайте, – сказала Хелена, наконец усаживаясь.

– Я бы хотел предложить тост за хозяйку дома, которая так много потрудилась, чтобы сделать Пандору уютной для всех нас. За Хелену, – Уильям поднял бокал.

– За Хелену, – хором повторили все.

После ужина Рупс и Хлоя ушли в деревню, вооруженные мобильниками и фонариком. Алекс удрал обратно в свою комнату, а Сэди настояла, что займется уборкой, уговорив Джулз помочь ей.

В результате на террасе остались Хелена, Уильям и Алексис.

– Бренди, Алексис?

– Спасибо.

Уильям передал ему бокал.

– Итак, скажи мне, как твой бизнес конкурирует с винами Нового Света? Которые, судя по тому, что я видел в супермаркете, здесь весьма популярны.

Хелена слушала вполуха разговоры о бизнесе. Уильям вел себя безупречно, ни намека на прежний гнев. Они оба хорошие люди, подумала она, и нет никаких причин, почему им не стать друзьями. При условии, что ни один из них никогда не узнает правду…

Алексис ушел через час. Джулз легла спать еще раньше.

– Алексис рассказывал мне о своей жене и как тяжело мальчики перенесли ее смерть. – Сэди сонно зевнула. – Ей было всего тридцать четыре, бедняжке. К счастью, несмотря на такую тяжелую жизнь, он не кажется ни нытиком, ни ублюдком. Он очень хороший человек, что, по крайней мере, помогло восстановить мою веру в мужской пол. Так, я спать. Все это солнце выжимает досуха. Доброй ночи.

– Она права. Алексис хороший человек, – заметил Уильям, когда Сэди ушла. – Но я не очень представляю, чтобы эти двое сошлись.

– Как знать. И не такое бывало.

– Возможно. Но очевидно, что Алексис не готов забыть. Не жену, позволю себе заметить, а тебя… Так, – Уильям посмотрел на часы, – куда, черт возьми, пропали Хлоя и Рупс? Уже почти час ночи.

– Уверена, Рупс не даст ее в обиду, – Хелена вздохнула с облегчением, когда муж сменил тему.

– Вообще-то я гораздо больше беспокоюсь, что он сам может обидеть ее, – пробормотал Уильям. С дороги, ведущей к Пандоре, послышался хруст щебенки под колесами машины. – Господи, надеюсь, их не арестовали за употребление алкоголя несовершеннолетними. Вероятно, нам не следовало отпускать их одних. – Уильям встал и зашагал к выходу, Хелена следом.

Машина подъехала ближе, и они поняли, что это такси. Когда оно остановилось, открылась задняя дверь и оттуда вылез кто-то помятый, вцепившийся в дорожную сумку.

– Спасибо.

Захлопнув дверь, этот кто-то двинулся к ним.

– Привет, братцы. Я наконец добрался.

– Саша! Какого черта ты не сообщил нам, что приедешь? Мы бы встретили тебя в аэропорту. Рад видеть тебя, старик! – Уильям обнял лучшего друга «по-мужски», что включало пожимание руки и хлопки по спине.

– Я оставил сообщение на телефоне Джулз, просил встретить меня, но она явно его не получила, так что я взял такси. Привет, Хелена. Как ты?

Когда Саша поцеловал ее в щеку, Хелена дернулась от запаха алкоголя изо рта.

– Пошли на террасу, выпьешь кофе. У тебя, наверное, был долгий день, – сказал Уильям.

На освещенной мягким светом террасе Саша плюхнулся на стул, и Уильям увидел его белую и сухую как пергамент кожу, глубокие морщины, залегшие на лбу и по обеим сторонам носа. Обычно блестящие, взлохмаченные темно-рыжие волосы были сальными и с заметной сединой на висках.

– Я бы предпочел бренди, а не кофе, – сказал Саша, указывая на бутылку на столе.

Уильям плеснул немного темно-золотой жидкости в бокал.

– Ну давай, Уилл, доливай, – потребовал Саша.

Уильям переглянулся с Хеленой и неохотно налил до краев.

– Сказать Джулз, что ты здесь? – спросила Хелена.

– Господи, нет, – сказал Саша, делая большой глоток бренди. – Как говорится, не будем будить лихо, пока оно тихо, – он посмеялся своей бестактной шутке.

– Что ж, я спать. Уже поздно. – Хелена встала. Ей отчаянно хотелось уйти, и она оправдывала это тем, что им надо поговорить «как мужчина с мужчиной». – Спокойной ночи.

– Доброй ночи, Хелена, – пробормотал Саша.

– Я скоро приду, дорогуша, – сказал Уильям, и в этот момент его мобильник издал сигнал сообщения.