Рейдер - Павел Астахов

Артем никак не мог понять, на кого она похожа, – пока в его телефоне не включилось напоминание.

«Клеопатра! – понял он. – Точно. Именно Клеопатра…»

Да-да, именно на Клеопатру в исполнении Чулпан Хаматовой из незабываемой премьерной постановки «Современника» более всего походила эта молодая женщина.

Спектакль прошел до назначенного срока премьеры. Однако человек-праздник Михаил Куснирович, хороший знакомый Павлова, уговорил-таки Галину Волчек дать один спектакль в рамках фестиваля «Черешневый лес» и оказался прав. Хотя столь откровенной постановки давно не видела московская сцена, мастерство актеров только выигрывало в контексте откровенно эротических сцен.

«Так… кажется, я серьезно запал…» – понял Артем, куда его тащит.

– Никогда не пила такой вкусный кофе, – признала Настя.

Она сидела в кресле у столика, покачивая красивой стройной ножкой, смотрела по сторонам, и в каждом повороте головы чувствовалась царственность. Телефон снова напомнил о необходимости сделать пару звонков, и Артем вздохнул.

– Извините, Настя, – тихо попросил он и тут же набрал номер. – Ванюша, ты уже в Тригорске? Бачок в моем номере проверил? Значит, пусто… А как там эта девчонка-дежурная?

Услышав о девчонке, Настя на секунду сдвинула брови, но лишь на секунду.

– Расплакалась? Бедняжка. А что с ветераном? Общий язык с ним нашел? Он согласился подать иск? Молодец. И с налоговой, значит, порядок… Хорошо, отбой.

– Вы заставляете девчонок плакать? – как бы ненароком поинтересовалась Настя. – Это что – часть профессии, как и знание тюремного жаргона?

Артем печально улыбнулся:

– Это дежурная по этажу. Ее вынудили открыть мой номер для незаконного обыска. Очень переживает девочка.

Настя притихла, а Павлов уже набирал следующий номер.

– Соломин? Ну, здравствуй, Юра. У меня тут пачка любопытных бумаг из Тригорского НИИ… возможно, по твоей части. Проверишь?

Настя, прищурившись, наблюдала. Она явно видела по лицу Артема, что ему сказали что-то неприятное… и довольно жестко.

– Я помню… знаю… понимаю. И все же глянь. От тебя не убудет. Да, через полчаса буду.

Он отключил вызов, глянул на гостью и понял, что только что жестко обозначил для нее пределы своего гостеприимства.

– Извините, Настя…

– Да ладно…

Артем поморщился: он категорически не желал терять то, что между ними едва обозначилось.

– Вы где собираетесь остановиться в Москве?

Женщина пожала плечами.

«Гостиница…» – понял он.

– Может, тогда прямо здесь?

Ее брови возмущенно поползли вверх.

– Дело в том, что я вынужден уехать, – торопливо начал пояснять он, – и квартира останется совершенно свободной. Дня на три. А порядок здесь наведут, и дверь поставят… я позвоню.

– Заманиваете? – с бесшабашной издевкой закивала Настя. – Сначала в гости, затем – цветы, а кончится все банальными романтическими прогулками под луной и катанием на лодке?

Артем демонстративно повел широкими плечами:

– Можно и на лодке. Мы и это умеем, а не только кофе варить…

Настя смешливо, по-девчоночьи прыснула:

– Ладно, уж… езжайте по своим делам, а я подумаю. А едете-то куда? Небось опять в Париж?

– Я бы в Париж с удовольствием, – с готовностью развел руками Павлов, – но сейчас для меня важнее Усть-Пинск.

Настя потрясенно покачала головой:

– Бог мой… Усть-Пинск… какая у вас романтическая профессия!