Элианна, подарок Бога - Эдуард Тополь

Да, это был удар посильней тайваньских бракованных приемников!

В понедельник с утра Палмер бегал по редакции и кричал:

— Этого не может быть! Русский телеканал создать невозможно, это стоит миллионы! Нет, десятки миллионов!

Конечно, мы названивали по телефону 769-2878, но тамошний автоответчик на чистом английском упрямо отвечал одно и то же: We cannot answer your call right now. Please leave us a massage and we’ll call you back as soon as possible. (Мы не можем ответить на ваш звонок. Пожалуйста, оставьте сообщение, и мы вам позвоним.)

Джей Гольберг сообщил, что без лайсенса Federal Communication Commission никакого телевещания на территории США быть не может, а на получение такого лайсенса уходят годы, даже медиамагнат Тэд Тёрнер четыре года не мог пробить информационный канал CNN, чтобы круглые сутки передавать международные новости. Понятно, что его блокировали ABC, CBC, NBC и другие мощнейшие телеканалы, боялись, что у них рухнут рейтинги вечерних новостей. Но если они могут блокировать Тэда Тёрнера, то что для них какие-то русские…

— А как же мы получили разрешение на вещание? — спросил Чурайс.

— Во-первых, у нас радио, — сказал Карганов. — Это разные вещи. А во-вторых, мы просто арендуем АМ-радиоволну…

— Вещать по радио на Америку может любой американец, кроме правительства, — назидательно пояснил Палмер. — Тут свобода слова, гарантированная Конституцией. А «Голосу Америки» и «Свободе» запрещено вещать на США, потому что они принадлежат правительству.

— А телевидение регулируется FCC — Федеральной правительственной комиссией, — сказал Гольберг. — И получить у них разрешение на новый канал — проще удавиться!

Но это не утешало, и я позвонил Валерию Вайнбергу, менеджеру «Нового русского слова», чтобы выяснить, кто дал это объявление. Однако и Валера молчал, как генерал Карбышев.

— Не пытай, — на польский манер сказал он. — Мы не разглашаем такую информацию.

— Валера, за последние полгода мы дали тебе рекламы на тыщи долларов! За такие деньги Пеньковский продал даже тайну доставки советских ракет на Кубу!

— Я тебе не Пеньковский!

— Вот именно! Он потомственный поляк, а ты всего лишь еврей, который родился в Польше. Кто делает этот русский телеканал? Кислин? Орликов? Кто?

— Не знаю. Извини, я занят. Пока!

Семен Кислин, хозяин магазина радиотехники, и Юрий Орликов, хозяин книжного магазина «Черное море», были самыми известными богачами нашей эмиграции, но всадить миллионы в создание русского телевидения?

Тут впервые за все время нашего соседства в мой кабинет заглянул Виктор Меттер, один из хозяев-учредителей «Нового американца».

— Привет! Как дела? — радостно сказал он. — Видел объявление в «Новом русском слове»?

— Витя, дорогой! — ответил я с тем же подъемом. — Я знал, что ты ко мне хорошо относишься! Но не знал, что до такой степени!

Дверь закрылась, но не надолго, через минуту пришел Давид Карганов, сел напротив меня и спросил в упор:

— Вадим, у вас есть враги?

— У каждого хорошего человека есть враги. Это мне еще Федор Михайлович сказал.

— Какой Федор Михайлович? — не понял Давид.

— Федор Михайлович Достоевский.

— Вам сказал, лично?

— Конечно. Так и написал: дорогой Вадим, если мистер Карганов спросит у вас…

— Перестаньте! — отмахнулся Карганов. — Я серьезно спрашиваю. — И показал на объявление в НРС. — Это может быть розыгрыш ваших врагов?

— А вы знаете, сколько стоит такое объявление?

— Конечно. Пятьсот долларов.

— Давид, я бы очень хотел иметь таких богатых врагов.

Он удивился:

— Да? Зачем?

— Я бы с ними подружился.

В дверь заглянул Чурайс:

— Я вам не помешаю?

— Заходи, — разрешил Карганов.

Чурайс вошел, открыл свою полевую сумку офицера советской армии, достал блокнот.

— Вот, — сказал он. — Я сделал анализ рынка рекламы. Практически всю русскую рекламу — девяносто процентов — получает «Новое русское слово». Еще восемь процентов идет в «Бульвар» и два процента в «Новый американец». Это весь рынок, больше русские бизнесы не рекламируются нигде.

— Так. И что из этого? — сказал Карганов.

— А то, что, если брать даже по ставкам НРС, месячный доход от русской рекламы составляет максимум сто пятьдесят тысяч долларов. А содержание даже самого простенького китайского телеканала стоит четыреста тысяч в месяц.

— Откуда ты знаешь? — удивился Карганов.

— Элианна и жена Палмера Аня нашли в журнале Economist.

— Но Седых на эти деньги делает газету, — сказал я.

— Конечно, — ответил Чурайс. — За объявление на полстраницы они берут пятьсот долларов, а тебе за статью такого размера платят, максимум, двадцать пять. Если еще пятьдесят уходит на технические расходы, то посчитай, сколько он и Вайнберг имеют с каждой газетной полосы…

Но посчитать я не успел, поскольку Элианна, войдя, сказала с порога:

— Что вы все переживаете? Это должно было случиться. Еще моя бабушка говорила: когда еврейский портной открывает лавочку, то рядом тут же появляется лавочка другого портного, а потом и третьего. И этот третий обязательно повесит вывеску: «Лучший портной на этой улице!». Так что ждите еще одно русское телевидение!

Тут, естественно, пришел Марик Палмер — они с Каргановым больше двух минут врозь прожить не могут. Нервно щелкая пальцами, Марик сказал:

— Они пишут, что их пробная передача будет в середине декабря. Значит, наша задача начать вещание раньше! Вы готовы?