Магазин на диване - Огюстен Берроуз

— Ничто так не объединяет двух людей, как микробы, — произнес Элиот, осторожно поставив поднос с куриной лапшой и ромашковым чаем на плюшевую подушку рядом с кроватью Бебе.

— Элиот, ты просто идиот, что сидишь со мной, пока я болею. Очень милый, но все-таки идиот. Ты заразишься, а я, как тебе известно, не умею готовить.

— Не заражусь. К тому же готовить ты умеешь: я сам видел у тебя открывашку.

— Очень смешно.

Бебе глотнула куриного супа, который Элиот приготовил, порывшись вчера вечером в ее холодильнике. Иногда ей попадались хрящики, и она тихонько складывала их в салфетку. Бебе помешала суп, чтобы тот остыл, а Элиот поставил на прикроватный столик новую коробку бумажных салфеток и покосился на телеэкран. В новостях передавали, что очередной электропоезд «Амтрак» сошел с рельсов, столкнувшись с автобусом, на котором ехали цирковые клоуны.

— Бедные клоуны, — вздохнул Элиот.

Бебе кивнула и проглотила еще одну ложку бульона.

— Суп очень вкусный, спасибо, Элиот.

— Всегда пожалуйста, — и добавил: — Знаешь, обычно мы идем ко мне. И у тебя дома я ни разу не бывал.

— Это потому, что здесь тесно.

— А тесно потому, что у тебя слишком много хлама. Зачем тебе моющий пылесос? — Он ткнул пальцем в угол, где помимо пылесоса стояло несколько пакетов из «Ниман-Маркус».

— Вдруг что-нибудь прольется, — ответила она.

— А мольберт в гостиной?

— Может, в один прекрасный день мне захочется заняться рисованием.

Он покосился на стул рядом с кроватью и увидел пять обувных коробок, но промолчал.

— Почтальон уже приходил? — спросила она.

— Нет, а что? Ты ждешь письма?

— Да нет.

— Давай посмотрим, чем сегодня занимаются твои друзья. — Он потянулся за пультом и навел его на телеэкран.

— Добрый день, с вами Ли Бушмор. Добро пожаловать в «Магазин на диване». Сегодня я приготовила для вас потрясающую программу, которую ни в коем случае нельзя пропустить. Присоединяйтесь к шоу «Сенсационные искусственные рубины», и я обещаю, что оно действительно будет сенсационным.

Последовала рекламная заставка, и Ли глотнула воды из бутылочки «Эвиан», припрятанной под стулом.

На Ли было темно-синее бархатное платье с глубоким вырезом. Она всегда так одевалась на передачи. Это было любимое платье Говарда, мерцающее глубоким соблазнительным блеском в огне студийных ламп. В гримерной Ли распрямила свои кудрявые волосы, которые теперь пышными волнами ниспадали на плечи. Когда она вошла в студию, кое-кто из рабочих сцены даже присвистнул.

Поскольку сегодняшний вечер был ее последним эфиром в «Магазине на диване», она хотела сделать его особенным. И уже знала, что ее программу никогда не забудут.

Первым товаром, который представляла Ли тем вечером, был набор подвесок из искусственного рубина, в три карата каждая. Прямоугольной, грушевидной и треугольной формы. Подвески красовались на восемнадцатидюймовой цепочке из четырнадцатикаратного золота, которая также входила в набор по общей цене тридцать девять долларов семьдесят девять центов. Во время трех предыдущих передач набор подвесок был распродан полностью.

Заставка закончилась, и третья камера показала средний план: Ли сидит за изящным черным столом и смело улыбается в камеру. Она обратилась к зрителям:

— Девушки, вам бы хотелось, чтобы привлекательный мужчина назвал вас красавицей? Угостил романтическим ужином и, глядя вам в глаза, признался в любви?

Аманда, продюсер вечернего шоу, поторопила Ли:

— Отличное начало, Ли, но пора переходить к описанию товара. Мы дадим картинку.

Ли улыбнулась и продолжила:

— Если вы хотите, чтобы мужчина пообещал вам весь мир, то запишите этот номер.

В аппаратной Аманда крикнула одному из инженеров:

— Так, она диктует телефонный номер, картинку на экран.

В левом углу экрана появилась табличка с номером лота подвесок.

— Итак, его домашний телефон — 917-555-5555, и зовут его Говард Тост. Он глава производственного отдела «Магазина на диване», и он мне больше не нужен, потому что мне кажется, что он вовсе не собирается разводиться с женой. По-моему, он просто спит и с женой, и со мной одновременно, а мне надоело, что Говард Тост трахает и меня, и мои мозги. Я больше не желаю встречаться с этим эгоистичным ублюдком!