Спаситель мира - Джон Рей

Ёрш улыбнулся, кивнул и плотно сжал губы. О случившемся он ничуть не жалел: да, было очень приятно. Теперь почему-то чесались десны, их покалывало, словно после газировки или минералки «Перье». Может, поэтому такие поцелуи называют французскими?

Разлепив веки, Ёрш понял, что стоит один в импровизированной кабинке, и глянул на себя: мешковатые джинсы, черный свитер и зеленый ремень, подобно Уроборосу обвивший его бедра. К его удивлению, мир ничуть не изменился. Где-то за занавесом Эмили засмеялась, потом выругалась, потом снова засмеялась. Ёрш сделал вдох, но наполнить легкие воздухом получилось с трудом. Эмили увлеченно беседовала с хлыщом у прилавка. Их голоса проносились сквозь ряды гофрированных панталон и блузок в рюшах, а в кабинку долетали чуть слышным шепотом. Ёрш продернул ремень в шлевки джинсов — длина и ширина подходили идеально. Едва застегнул пряжку, в кабинку просунулась рука Эмили. Пальцы шевелились, как у потерявшего куклу кукловода.

— Тридцать семь долларов двадцать центов! — объявила девушка. — Двадцать центов на твое усмотрение! — Они с Коко смеялись какой-то шутке.

Ёрш вложил в ее ладонь самые чистые купюры. Тонкие пальцы сомкнулись, и рука исчезла. «Настоящий купюроприемник!» — восхитился Ёрш и вспомнил, как раньше в самые счастливые моменты Эмили танцевала робота. Тогда, наблюдая за судорожными, «рваными» движениями ее гибкого тела, он испытывал ощущение, которое не мог передать словами. Ему казалось, вот-вот случится нечто необыкновенное, отыщется ответ на самый важный вопрос. Интересно, а сейчас удастся подобрать объяснение почетче и поудачнее?

Когда он вышел из кабинки со старой одеждой в руках, Эмили танцевала робота для хлыща. Остановившись у прилавка, Ёрш протянул брюки и рубашку, но хлыщ упорно не обращал на него внимания. Полностью отрешившаяся от реальности Эмили «сбивала летающие тарелки», и хлыщ не сводил с нее глаз. «Как его зовут на самом деле?» — подумал Ёрш. Слева от кассы, в некогда изящной витрине, выложенной пожелтевшим ветхим шелком, красовалась бижутерия: дешевые украшения и пластмассовые заколки, которые напоминали улики по делу об убийстве столетней давности. Ёрш осторожно положил одежду на прилавок. Голова перестала кружиться, и он чувствовал себя маленьким и незаметным. «Так-то лучше», — с удовлетворением отметил Ёрш.

— Коко говорит, ты выглядишь аппетитно, — сказала Эмили. — Говорит, для тебя нужно издать специальный закон… А я ответила, что в общем-то закон уже есть.

Хлыщ пристально смотрел на Ерша, а на слова Эмили не реагировал. Девушка их словно не замечала: для нее существовал только танец. Ёрш наклонил голову и внимательно взглянул на свое отражение в зеркале.

— Как вас зовут на самом деле? — спросил он хлыща. — Уверен, что не Коко.

Эмили застыла как вкопанная, но хлыщ лишь плечами пожал.

— Эрнст, — представился хлыщ. — Эрнст Коупли Джонсон.

— Приятно познакомиться, мистер Джонсон. Я Уильям Хеллер.

— Но все зовут тебя Ершом. Почему?

Ёрш закусил губу и взглянул на Эмили. Разве он ей об этом рассказывал?

— Меня отправили в школу, — ответил он. — Там было нелегко…

— Кому там легко? — вздохнул хлыщ.

— Ёрш — это такая рыба, — пояснил Ёрш. — А еще коктейль.

— Очень интересно, мистер Хеллер! Так ты рыба или коктейль?

— Он выполняет миссию! — вмешалась Эмили, хватая Ерша за руку. — Коко, можно мы оставим старый прикид у тебя?

— Конечно. Для этого я здесь и сижу, — кивнул хлыщ. — Ну, бегите! — Глядя, как они поднимаются по лестнице, хлыщ замурлыкал какую-то мелодию. Гладкое лицо дышало мудростью и усталым великодушием, а на губах играла невеселая улыбка. Он что-то сказал, но скрип двери и шум транспорта помещали расслышать.

— Что он говорит? — спросил Ёрш.

— Твоим новым прикидом восторгается! — Эмили ущипнула его за ухо.

Они перешли через дорогу как обычные, чужие друг другу люди, и Эмили повела его обратно теми же улицами. Ёрш дважды спросил, куда они направляются.

— Хеллер, я, корова, кое-что забыла в Кроули. Вернемся буквально на секунду, ладно?

— Что ты забыла? — замедляя шаг, уточнил Ёрш. Он считал Кроули закрытой книгой, пройденным этапом. — Что-то важное?

— Да, Хеллер, поверь мне на слово!

Верить на слово Ершу не хотелось.

— Что ты забыла?

— Резинки. Я забыла резинки. Ясно?

— Да… Тогда впрямь нужно вернуться.

Полквартала прошли молча. Ёрш думал о резинках: о том, для чего они нужны, и какое лицо было у Эмили, когда она, наконец, ответила на его вопрос. В ее глазах читалось раздражение, даже обида, словно невинное слово было слишком бесцеремонным. И оно действительно было бесцеремонным. Благодаря ему, то, чего так ждал Ёрш, окрасилось в холодный синий цвет.

— Не думай, что я постоянно держу их в шкафчике, — сказала девушка, по-прежнему шедшая на полшага впереди. — Не хочу, чтобы ты считал меня шлюхой! — Сообразив, что Ёрш отмалчивается, Эмили засмеялась и достала пачку «Салем лайтс». — Или, наоборот, хочу, чтобы ты так считал… Даже не знаю!

Девушка пошла медленнее, позволила Ершу себя нагнать и, вытащив сигарету, стала ждать, когда он что-нибудь скажет.

— Можно мне сигарету?

Вздохнув, девушка вручила ему пачку. Сигарет оставалось только три, и Ёрш почувствовал себя неловко. Надо будет заглянуть в магазин…

— Хеллер, ты ведь раньше не курил! Боялся никотина, даже от спичек шарахался!

— В школе все курят. — Ёрш вытащил понравившуюся сигарету. — Делать-то там больше нечего!

Эмили дала ему прикурить.

— Что, не было ни настольных игр, ни телевизора?

— Телевизор был, нам постоянно фильмы показывали…

— Без звука? — нахмурившись, уточнила Эмили.

— Дело в другом. Там не было… — Ёрш замер, стараясь почетче выразить свою мысль. — Ничего интересного. Ничего такого, что в памяти остается.

— Ну, это обычное дело, и не только по телевизору!

— Нет, — возразил Ёрш, — иногда интересное случается. Например, сегодня.

— Точно, — улыбнулась Эмили. — Сегодняшние события как раз для «Дейли ньюс».

— Или для «Нью-Йорк пост», — добавил Ёрш. — Однажды они о нас уже писали, помнишь?

— Не о нас, — покачала головой Эмили, — а только о тебе. Обо мне там ни слова не было.

— На этот раз будет, — заверил Ёрш. — Эмили, ты станешь знаменитой!

— Не хочу становиться знаменитой, — возразила девушка. — Я хочу стать другой. — Эмили притянула Ерша к себе. — Пожалуйста, сделай меня другой!

— Сделаю, — тихо ответил он. — Обещаю, Эмили, я сделаю тебя другой. Я сделаю тебя шлюхой.

Эмили кашлянула и отстранилась. Сперва Ёрш решил, что девушка смеется, но она лишь судорожно перекатывалась с носка на пятку. Издав по-звериному глухой звук, она бросила сигарету и двинулась дальше, но Ёрш даже не шевельнулся.