Взрослые люди - Денис Драгунский

Наступил октябрь 2012 года, и некий знаменитый режиссер – не будем называть его имя – пришел в Администрацию президента. К некоему высокому чиновнику.

Чиновник принял режиссера приветливо. Заулыбался, встал, пожал руку, усадил на диван, сел рядом, велел помощнику принести чай. «Счастлив видеть легенду нашего искусства!» – так он сказал.

И еще он сказал, что сегодня вечером расскажет детям, кто у него был. Потому что они с женой и детьми обожают ходить в его театр.

– Да, вот как раз насчет театра, – вздохнул режиссер. – Здание у нас старенькое, крыша течет. Нужен ремонт. А еще лучше – новое построить. Современное оборудование закупить.

– Верно, – сказал чиновник. – Мой дед был строитель. Он говорил: новое строить дешевле, чем старьё латать.

– Ну, и… – обрадовался режиссер.

– Что? – не понял чиновник.

– Ну и помогите мне, в смысле – моему театру…

– Хм, – сказал чиновник. – А… а как?

– Ну, вам виднее!

– Мне? – удивился чиновник. – Это скорее вопрос Министерства культуры, а тут у нас управление политики.

– Тогда позвоните кому-нибудь!

– Кому?

– Министру культуры, например… Или мэру.

– Это как-то неэтично. Мой звонок министру культуры – это, как бы вам сказать, полнейший административный нонсенс. Пойдите к министру сами! Мне кажется, вы сами себя недооцениваете. Ведь вы, без лести говоря, великий артист современности!

– Уже был, – сказал режиссер. – И в мэрии был. Кругом отказ.

– Ай-ай-ай, – сказал чиновник. – Что ж это они так?

– Говорят, нет средств, – сказал режиссер. – Врут, наверное.

– Почему ж непременно врут? – чуть обиделся чиновник. – А может, на самом деле нет?

– Что же делать? – возмутился режиссер.

– Не знаю, – сказал чиновник. – Но мне очень жаль. Просто ужасно жаль.

– Но, – нахмурился режиссер, – я же снимался в предвыборном ролике!

– И что? – поднял брови чиновник.

– Я, можно сказать, поставил на кон свою гражданскую репутацию!

– Что-что? – изумился чиновник.

– А теперь вы отказываетесь помочь моему театру!

Чиновник снял очки, протер их, снова надел.

– Просто в голове не умещается, – сказал он. – Значит, вы были неискренни? А кто вас заставлял? Значит, вы продавали свой талант и авторитет в расчете на какие-то блага? Значит, легендарный актер и великий режиссер на самом деле просто… просто… просто слов нет! – он расстегнул пиджак и потер сердце. Надавил кнопку. – Что я скажу о вас своим детям?

Вошел секретарь.

– Накапай мне валокордину сорок капель, – томно сказал чиновник.

Режиссер вышел из кабинета. Отметил пропуск.

На улице лил дождь.

«Октябрь уж наступил, уж крыша протекает…» – грустно прошептал он.