Открытый финал - Евгения Пастернак

За завтраком все молчали, даже Стефа. Допивая чай, папа спросил:

– А кто вообще в полицию позвонил?

Захар пожал плечами.

– А что ты вообще знаешь?! – взорвался отец. – Твоему тренеру статью уголовную шьют, а ты только плечами жмешь! Ты понимаешь, что его реально посадить могут?!

Захар уткнулся в чашку.

– Ты ответить что-нибудь определенное можешь?! Бил тебя Егоров или нет?

Захар помедлил… и снова пожал плечами.

Отец грохнул по столу ладонью.

– Так! Через пять минут жду в машине! С вещами! Ты едешь в лагерь и там все разруливаешь! Пора уже отвечать за свои поступки!

Стефа вжала голову в плечи и выскользнула из кухни. Отец одним глотком допил чай и тоже вышел.

– А я ведь знала, что это ты Стефу в подвале запер, – непонятно зачем сказала тетя Карина. – Еще тогда знала.

* * *

На дневную тренировку Захар опоздал, но все равно отправился в зал. Шла протанцовка. Егоров стоял у двери с кружкой, от которой пахло имбирем, и смотрел на танцующих с фирменным выражением: «Хромоногие криворукие идиоты на мою голову». Подмышкой у него была зажата тонкая ветка осины с зелеными листиками. Увидев Захара, он удивленно поднял бровь:

– Вернулся?

Тот кивнул. Егоров смерил его взглядом.

– Переобуваться – и на паркет!

Захар переобувался и выискивал взглядом Полину. Ее вел по паркету Лев – уверенно и нагло. «Ничего! – подумал Захар. – Сейчас вернешься к своей Светочке!» Но дойти до Полины не успел.

– Куда? – рявкнул Егоров. – Вон твоя партнерша!

Только теперь Захар заметил Свету, которая стояла рядом и с надеждой заглядывала ему в глаза.

– А что мне с ней танцевать? – буркнул Захар. – У меня композиция под Полину заточена.

– Перезаточим, – усмехнулся тренер. – Марина!

Помощница, которая обычно занималась малыми, сегодня почему-то ошивалась в зале. Видимо, бросила мальков на стажеров.

– Придумай им программу, – бросил Егоров. – И учти – у Кузнечика руки вымахали, он ими работать пока толком не умеет. Так что позировки партнера – максимально простые. А Света, – он критически осмотрел парнершу Захара, – с ней все нормально, ее не жалеть.

И он отправился гонять Федора с Леной, а Марина, с трудом пряча радость, захлопотала:

– Сейчас все поставим! Вы не волнуйтесь, я несложную композицию сделаю, я же понимаю… Так, Света, Захар, начнем со спин-поворота…

Композиция и правда оказалась простой. Даже, пожалуй, примитивной. И это было еще унизительнее, чем насмешки Егорова.

* * *

После тренировки Захар сразу отправился в комнату. Даже в раздевалку не зашел.

Не было сил смотреть на Льва, который переодевался с видом чемпиона всех времен и народов. Да и рука болела нещадно.

Визгливые интонации Лены он услышал издалека и заранее поморщился. Ленка орала редко, но уж когда входила в раж, стены дрожали, а люди разбегались.

– Как ты мог? – кричала Ленка. – Кто тебя просил языком ляпать?

Федор (скорее всего, ее собеседником был именно он) невнятно бубнил в ответ.

– Нормально, обвинить человека и не думать, что это серьезно!

В ответ опять невнятный бубнеж.

– Ты хоть понимаешь, что теперь сам будешь отвечать, ты хоть понимаешь, что наделал вообще!

– Заткнись! – неожиданно голос Федора обрел громкость и твердость.

И созвучно тембру его голоса в небе неожиданно громыхнуло.

Захар понял, что собеседники уже у него под окном и что Федору надоело выслушивать крики партнерши.

– Истерику прекрати! – сказал Федор.

Лена замолчала. И молчала так долго, что Захар не выдержал – встал с кровати и выглянул в окно. Лена с ошарашенным видом хлопала глазами. Молча! Федор смотрел вдаль.

Лена обернулась на стук открываемого окна.

– Скажи ему, что Егоров тебя не бил! – потребовала Лена. – Скажи ему, что глаза надо разувать, что думать надо, что…

Федор перевел взгляд на партнершу, и она поперхнулась словами.

– Да не помню я, – сказал Захар. – Я и следователю так сказал.

– Следователю? – опять взвизгнула Лена, и в глазах ее вскипели слезы. – Все из-за тебя!

Лену трясло. Федор смотрел на нее тяжелым взглядом.

– Если ты еще раз заговоришь со мной таким тоном, – сказал он, – то я…

В небе не только громыхнуло, но и полыхнуло.

– Никогда тебе этого не прощу! – всхлипнула Лена и ушла. Гордо. Демонстративно.

«Поворот на трех шагах, а потом шаги из самбы», – машинально отметил Захар.

– Что за следователь был? – голос у Федора был ненастоящий, как через вату.

– Ай, – отмахнулся Захар, – формальность. Бумажки заполнили, и все. Не парься.

* * *

В домик Лев не пошел. Услышал Ленкин крик, понял, что разборки происходят под окнами их комнаты, и решил во всем этом не участвовать.

На речку он пришел машинально. На него немедленно набросились голодные комары. Лев, чтоб смыть с себя пот тренировки, быстро разделся и бултыхнулся в воду.

Поплавал немного, услышал гром и вернулся к своим вещам, для чего пришлось потрудиться – его унесло течением.

На берегу закрученная в полотенце Полина выжимала волосы.

Пока Лев выбирался на сушу, в небе несколько раз отчетливо громыхнуло.

Одевались они с Полиной быстро и суетливо, повернувшись друг к другу спиной. Но, когда оделись, громыхало уже далеко.

– Пронесло, – сказал Лев.

Он потоптался, не зная, остаться ему или уйти. Полина расстелила полотенце и уселась на край.

– Садись! – сказала она. – Тут хорошо, тихо…

Никто из них так и не понял, что случилось, но через пять минут они уже сосредоточенно целовались.

Полина вскочила, только когда на них обрушился дождь. И, не сказав ни слова, убежала.

* * *

Дождь шел всю ночь, а утром вжарило. Стало душно, как в джунглях. Марина, которая отправила своих мальков заниматься физухой со стажерами, пооткрывала все окна, но это помогло слабо. Уже после разминки все выглядели так, как будто принимали душ прямо в одежде. А чувствовали себя еще хуже.

Только Егоров удивительным образом смотрелся бодрячком. Наверное, его любимый имбирный чай обладал освежающим действием.

– Группа трупов, – цедил он сквозь зубы, помахивая осиновой веткой. – Руки! Спины! Слушаем музыку! Кузнечик! Тебе еще программу упростить? Чтобы два притопа, три прихлопа?