Открытый финал - Евгения Пастернак

У Захара сил на злость не осталось. Хорошо, что Марина в паузе шепнула на ухо:

– Не слушай его! Вы отлично справляетесь! Всего вторая тренировка, а вы уже станцованы! Как будто всю жизнь в паре стояли.

– Да мы же и стояли! – радостно отозвалась Света.

А Егоров переключился на Льва с Полиной.

– Что с вами такое сегодня? Лев, возьми ее нормально! Ты мужик или ежик в тумане?!

Захар не удержался и посмотрел на Полину со Львом. Двигались они рывками, как будто их скрючила судорога. И руки торчат под неестественным углом. Захар вдруг понял, что ему мешало с Полиной – собственные руки! Теперь, когда они стали длиннее, надо было изменить поддержку. Захар немного поэкспериментировал, и на очередном круге руки заняли удобное положение, держать их стало вдвое легче. Судя по улыбке Светы, ей тоже заметно полегчало.

Захар начал ловить кайф. Он вел – Света шла. Кажется, он слегка выбился из ритма, но Света слушала его всем телом, угадывала каждое движение, перетекала туда, куда вел партнер…

Внезапно музыка прервалась.

– Прости, Кузнечик, – голос тренера казался противнее, чем обычно. – Музыка в тебя не попадает. Ты-то правильно танцуешь, а вот фонограмма… Все время убегает куда-то. Давай я лучше тебе посчитаю. И! Раз-два-три-четыре. Раз-два-три-четыре…

Сразу все стало деревянным: и руки, и тело, и Светка.

«Чего он до меня докопался? – тоскливо думал Захар. – У него еще две пары! Нас со Светой Марине отдал? Ну так и не лезь!»

– Раз-два-три-четыре…

– Извините, вам придется сделать перерыв.

На пороге зала стоял мужчина в костюме и демонстрировал всем присутствующим раскрытое удостоверение. Кажется, это был тот самый следователь, который разговаривал с Захаром.

– Майор Веснин. Прокуратура. Мне нужно задать несколько вопросов. Всем присутствующим.

* * *

Он вызывал по одному, начиная с Егорова, в раздевалку. Говорил подолгу.

Егоров вернулся безмятежным. Федор – мрачным. Света и Полина – растерянными. Лена раскраснелась и почему-то кидала злые взгляды на Захара. Самого виновника всего этого переполоха майор Веснин так и не позвал.

Захар сидел у окна и смотрел в пол. Когда следователь вызвал последнего свидетеля – Марину – Федор не выдержал и подсел к Захару.

– Слушай, – сказал он. – Я понимаю, ты Егорова не очень любишь. Но тут такое дело… Его же посадят. Реально. В колонию.

Захар не пошевелился.

– Нет, если это точно он тебе руку повредил – тогда да, – продолжал Федор. – Но если нет. Свинство это будет… Подумай.

Так и не дождавшись ответа, он вернулся на место. Лена встретила партнера вопросительным взглядом. Федор только пожал плечами. Лена метнула в сторону Кузнечика очередной гневный взгляд.

А Захар ждал, когда следователь выйдет из раздевалки. Потому что прав Федор – свинство получается. Надо сказать. Что сам об елку поранился. А Егоров его слегка только указкой тронул. И не нужно никакого уголовного дела. И сажать никого не надо.

А если кто-то решит, что это он перед тренером прогнулся… Захар мрачно усмехнулся. Нет, это вряд ли.

Наконец они вышли – майор Веснин и задумчивая Марина. Захар встал, собрался с духом…

И не успел ничего сказать.

– Показания расходятся, – сипло сказал следователь. – Придется провести что-то вроде следственного эксперимента. Встаньте, пожалуйста, где вы стояли в момент… инцидента.

Все завертели головами, соображая, кто где стоял. Егоров уверенно занял свое место и властно кивнул Захару с Полиной. Они, как лемминги, побрели к тренеру. Остальных расставила Марина.

Следователь откашлялся и продолжил чуть громче:

– Примите те позы, в которых вы тогда находились.

Захар положил Полине правую руку на спину, левой взял ее ладонь. «А ведь ей действительно неудобно», – подумал он вдруг. Изменил положение рук. Совсем чуть-чуть, но снова, как со Светой, вдруг стало комфортно и легко. Полина изумленно посмотрела на бывшего партнера.

– А где ваша палка? – спросил следователь Егорова.

Тренер продемонстрировал уже подсохшую осиновую веточку.

– Нет, другая. Которой вы коснулись локтя Захара.

– Не знаю. С утра найти не могу, – в голосе тренера послышался привычный сарказм. – Наверное, Кузнечик изничтожил. Он, знаете ли, не любит моих указок. Предыдущую в щепки разломал.

Веснин не среагировал на иронию.

– Ладно, пусть будет ветка. Коснитесь ею локтя потерпевшего.

Егоров усмехнулся и слегка дотронулся до руки Захара. Захар напрягся, ожидая боли, но прикосновение получилось очень аккуратным, почти нежным.

– Хорошо, – сказал следователь и неожиданно рявкнул. – Никому с места не сходить! И не вертеться!

Все испуганно замерли, как в детской игре «Морская фигура, замри». Следователь медленно и тяжело переводил взгляд с одной пары на другую.

– Свободны! – он слегка хлопнул по плечу Льва и Свету. – Вы ничего не видели.

Освобожденные синхронно выдохнули.

– Вы тоже ничего не видели! – сказал майор Лене почему-то с упреком.

– Я все видела! – запротестовала Лена. – Мы не так стояли! Я не туда лицом, а сюда…

Но следователь только отмахнулся, как от назойливой мухи. Осмотрел тех, кто продолжал стоять неподвижно.

– Начнем с вас!

Он резко повернулся к Полине.

– Еще раз повторите, что вы видели?

– Ничего, – глухо ответила Полина. – Я же говорила. Я в другую сторону смотрела.

– Почему в сторону, а не на партнера?

– А я и не должна, – процедила Полина.

Следователь оценил тон и удовлетворенно хмыкнул. Он уже повернулся к Федору, но Полина вдруг добавила, с трудом выговаривая каждое слово:

– Но он дернулся…

– Кто? – заинтересовался Веснин. – Ваш партнер?

– Да.

– Сильно?

– Сильно, – казалось, Полине больно говорить.

– А почему сразу не сказали? – Следователь подошел совсем близко и рассматривал Полину в упор.

– Не знаю… Не вспомнила. Теперь в поддержку встали – вспомнилось.

– Спасибо, – майор ткнул пальцем в Федора, – теперь вы…

– Я уже сказал, – с вызовом ответил тот, – что толком не помню.

– Но медсестра сообщила, что именно вы привели Кузнечика с травмой. И именно вы сказали, что травму нанес ваш тренер, Егоров.

Федор набычился.

– Или она врет? – теперь следователь буравил взглядом Федора.