Вампитеры, фома и гранфаллоны - Курт Воннегут

Я выгляжу пессимистом? Три года назад я преподавал в Университете штата Айова. У меня учились сотни студентов. Насколько мне известно, ни один из них не счел возможным оставить потомство. Я знаю только один подобный пример массового отказа от производства себе подобных, и относится он к Тасмании, к 1800-м годам. Тасманийцы отказались иметь детей и вообще заниматься любовью, когда белые колонисты, преступники из Англии, принялись охотиться на них ради развлечения.

Когда-то я был оптимистом. Это было в детстве, в Индианаполисе. Те из вас, кто бывал в Индианаполисе, понимают, как непросто быть в этом городе оптимистом. Там есть только гонка «500 миль Индианаполиса», затем 346 дней мини-гольфа, а потом – опять гонка.

Мой брат Бернард, который был старше меня на девять лет, готовился стать большим ученым. Позднее он открыл, что частицы йодистого серебра способны осаждать некоторые виды облаков в виде дождя или снега. Но в то время под его воздействием я стал большим энтузиастом науки. Считал, что ученые со временем поймут, как все на земле устроено, как работает, и заставят это работать еще лучше. Я был совершенно уверен, что, когда мне исполнился двадцать один год, какой-нибудь ученый уже сделает цветную фотографию Господа Бога и продаст ее журналу «Популярная механика».

Научные истины должны были сделать нас счастливыми и благоустроенными.

Что в действительности произошло, когда мне исполнился двадцать один год? Мы сбросили одну научную истину на Хиросиму и всех там убили. Сам я к тому времени вернулся из Дрездена, который был разрушен до основания. В Дрездене я был военнопленным. В этот момент мир начинал узнавать ужасную правду про немецкие лагеря смерти. И тогда я откровенно поговорил сам с собой.

– Эй, капрал Воннегут! – сказал я себе. – Наверное, ты был неправ, став в свое время оптимистом. Похоже, пессимизм вещь понадежнее.

С тех пор я был настроен неизменно пессимистично, за некоторыми исключениями. Чтобы убедить свою невесту выйти за меня замуж, я должен был обещать ей, что наше будущее будет божественным. Потом мне приходилось врать то же самое о будущем всякий раз, когда у нас должен был родиться очередной ребенок. И наконец, я вынужден был всякий раз делать то же самое, когда жена принималась угрожать, что бросит меня, потому что я пессимист.

Много раз я спасал наш брак, восклицая:

– Подожди! Я вижу свет в конце тоннеля!

Жаль, что мне не удастся показать этот свет и вам. Моя жена умоляла, чтобы я сделал это. Никакого света нет и не будет. Все станет невероятно плохо, а хорошо не будет никогда. Если бы я вам солгал, у меня возникло бы ощущение, что я солгал, и это был бы повод для уныния. А у нас и без того достаточно поводов для уныния.

Я хотел бы подарить лозунг вашему классу, всему вашему поколению. Это строка из моей любимой шекспировской пьесы, «Генриха VI», из третьей части. В первой сцене второго акта, как вы помните, Эдуард, граф Марч, который впоследствии станет королем Эдуардом, входит с Ричардом – тот будет герцогом Глостером. Они – сыновья герцога Йорка. Прибыв во главе своих войск на равнину возле Креста Мортимера в Херефордшире, они получают известие, что их отец обезглавлен. Кроме всего прочего, Ричард произносит слова, которые я и предлагаю вам взять в качестве своего девиза: «Рыдая, умаляешь горя глубину».

И вновь: «Рыдая, умаляешь горя глубину».

Но в этой же пьесе, которая явилась для меня утешением, есть и другая строка: «Наступишь на червя – он норовит вцепиться». Не буду даже напоминать вам, что это слова лорда Клиффорда из первой сцены второго акта^[4]. Я думаю, что фраза, по замыслу автора, должна была нести в себе заряд оптимизма, но хочу заметить: попробуйте наступить на червя, и вряд ли он сможет потом вцепиться вам в ногу.

Я неоднократно проводил этот эксперимент над своими собственными детьми. Сейчас они уже взрослые. Могут давить любых червяков, не прибегая к помощи своего папочки. Но давайте представим на мгновение, что червяки обрели способность «вцепляться», что они «вцепляются». И спросим себя: «Какое новое, позитивное направление выберет червь цивилизации?»

Конечно же, она направится вверх, насколько возможно. Вверх в любом случае лучше, чем вниз, по крайней мере большинство в это верят. И мы будем чувствовать себя в большей безопасности, если правительство заберет деньги у ученых и отдаст их астрологам и хиромантам. Раньше я думал, что наука спасет нас, и она действительно пыталась это сделать. Но нам больше не вынести этих чудовищных взрывов – и не важно, в поддержку или против демократии их устраивают ученые. Наша надежда – в суевериях. Если вы хотите стать другом цивилизации, будьте врагом истины и фанатом безобидной чепухи.

Я знаю, что на производство этого вашего замечательного класса были потрачены миллионы долларов, и главная надежда ваших учителей состоит в том, что, после того как они от вас отвяжутся, вы уже никогда не попадете во власть суеверий. Пусть меня извинят: я лишу их этой надежды. Я умоляю вас поверить в самое нелепое из возможных суеверий – что человечество является центром Вселенной и оно призвано либо воплотить, либо опровергнуть самые амбициозные мечты Всемогущего Господа.

Если вы поверите в это и заставите других людей разделить с вами веру, тогда для нас может засветить огонек надежды. Человеческие существа обязаны перестать относиться друг к другу как к мусору, должны холить и лелеять друг друга. Тогда, вероятно, опять станет обычным делом иметь детей.

Многие из вас заведут потомство, если хоть в чем-то похожи на меня. Как писал И. Ф. Шиллер: «…безумство… и сами боги против тебя не в силах устоять»^[5].

По поводу астрологии и хиромантии. Это достойные занятия, поскольку позволяют нам остро ощутить возможности, которые открывает перед нами жизнь. В них наиболее полно воплощены идеалы коммунизма – у каждого есть день рождения и почти у каждого – кисти рук.

Возьмем, к примеру, какую-нибудь серую унылую личность, день рождения которой приходится на 3 августа. Да он ведь Лев! И оказывается, что он – гордый, щедрый, надежный! Он энергичный, авторитетный, привык доминировать! Все Львы такие! Ему покровительствует Солнце. Его камни – рубин и алмаз. Цвет – оранжевый, а металл – золото. И после этого вы скажете, что этот человек – ничтожество? Знаки, гармонирующие с ним в делах бизнеса, брака и дружбы, – Стрелец и Овен. Есть ли среди вас Стрельцы или Овны? Внимание! Ваша судьба на подходе!

Вы думаете, что этот уныло выглядящий одиночка действительно одинок? Совсем не так! С ним в одной компании такие же Львы, как и он: Томас Лоренс Аравийский, Герберт Гувер, Дороти Паркер, Жаклин Онассис, Генри Форд, принцесса Маргарет и даже сам Джордж Бернард Шоу. О них-то вы слышали!

Посмотрите, как вспыхнули счастьем его глаза! Попросите его показать вам свои восхитительные ладони. Совершенно фантастическая линия сердца! Осторожно, девушки! А вы когда-нибудь видели такой холм Луны? Ничего себе! Вот человечище!