Господин Чичиков - Ярослав Веров

Чичиков, с трудом сдерживая зевоту, согласно кивал. Хозяин между тем вскипятил воду в электрочайнике, попутно пояснив, что чайник это не простой, а отрегулирован так, чтобы отключаться, не доводя воду до кипения, потому что нельзя чай ошпаривать. Насыпал заварочки в стеклянный заварной чайничек – «люблю смотреть, как лист разворачивается, это правильно настраивает», – залил водой на треть.

– Подливать чай надо по чуть-чуть. И в заварник, и в чашку. Ты даже вкус будешь отличать первой заливки, второй. И когда в чашке до краев – стынет долго, не то это. Неудобно. Ну вот, попробуй первую. Тут у меня еще к чаю орешки всякие, изюм, – Султан кивнул на широкое плоское блюдо, – все красиво разложено. Я каждый день меняю, чтобы фрукты были как надо, в меру сухие, но не пересохшие. Попробуй, Сергей, глоток чая, потом орешек. Вот, бери, кэшью, цукат. Теперь можно и поговорить без спешки. Жена на фитнес ушла. Чай для разговора гораздо полезнее водки. Ты как к водке?

– Более чем спокойно.

– Это правильно. Я тоже люблю иногда бутылку пива выпить, вон и коньяк хороший стоит, а я не пью. За водкой человек наговорит всякого ненужного, и никакого дела не получится. Водку нужно пить правильно, чтобы дело шло не к мордобою, а к большой дружбе. Только никто этого не умеет. Бери, бери орешек. Подлить чаю? Чувствуешь вкус?

– Неплохо, пожалуй, – вынес вердикт Чичиков.

Хотя на самом деле чувствовал он сейчас только то, как убегает время.

– Я же говорил. Так вот, Сергей, мы христиане, – продолжал он без всякого видимого перехода. – Но люди восточные. А на Востоке фамилия очень много значит. У нас в фамилии обозначено, из какого мы рода. У русских есть фамилия княжеская, а то, что она княжеская, никак не обозначено. Был князь какой-то там, слово «князь» отпало, и уже не князь. А у нас есть фамилии бедные, есть байские, а есть царские. – Султан внимательно посмотрел на Чичикова и слегка усмехнулся. – У меня раньше фамилия была бедная. А потом один очень серьезный человек подарил мне фамилию царскую. У нас без такой фамилии нельзя серьезным человеком быть. Давай еще подолью. Хорошо, правда?

Чичиков взял орешек потверже, кинул в рот, отчетливо хрустнул и принялся тщательно разжевывать, пристально глядя собеседнику в глаза. Тот мгновенно сменил тему разговора.

– Вот посмотри, Сергей, – указал он на стену.

На стене висел постер, озаглавленный «ООО «Астероид «Железный Странник». На постере был изображен вид Земли с орбиты. На орбите также находился правильной формы железный рифленый астероид с обгрызенным краем, подписанный «Железный Странник». В отдалении, в глубоком космосе, маячила еще одна планетка – серая и неприметная.

– Я люблю к делу подходить творчески, – невозмутимо продолжал Султан. – Смотри, вот Земля, значит, всякий поймет, что моя фирма распространяет дела на всю Землю. Вот «Железный Странник» – это мой склад металлолома. Знакомое название, правда?

Чичиков пожал плечами.

– Ну, как же, все мы в детстве любили мультфильм про космонавтку Настю. Человек смотрит, и ему приятно, он вспоминает приятное. А вот видишь, край астероида обгрызан. Это у меня на складе было три миллиарда тонн лома. Миллиард ушел, но два еще есть.

«С миллиардами это ты хватил, – подумал Чичиков. – Три миллиона – еще туда-сюда».

– А вот эта планета вдалеке – это мой новый бизнес-проект, задумка, об этом еще говорить рано. Нравится идея?

– В бизнесе все средства хороши. Астероиды тоже сгодятся.

– Славик мне прямо сказал – серьезный человек Сергей Чичиков, – заявил вдруг Султан.

– Чичиков человек, конечно, серьезный, но только ничего ему не продавай, – дословно процитировал Чичиков слова Паляницына.

Султан даже бровью не повел, словно этих-то способностей он и ожидал от гостя.

– Зачем так сразу? – спокойно сказал он. – Славик одно сказал, а решать мне. Я сам разберусь. Что интересует?

– А то не знаешь? – вопросом на вопрос ответил Чичиков.

– Ну так и ты знаешь, что Славик мне только в общих чертах. Речь идет о моих людях. Я своих людей ценю. Я их тщательно подбираю.

– Это заметно. Целых пять «мертвяков» ухитрился подобрать. Сватались, небось, сотни претендентов, а ты, вона как, из них выбрал не совсем людей.

– Хоть бы и не людей. Мне ведь работники нужны достойные.

– Работники – дело наживное. А владеть мертвыми душами – церковь не одобряет.

– Не скажи, нет такого закона. Где написано, что я ими владею? Я принял на работу человека, пускай он не совсем человек, я его уволил. Трудовое соглашение, все дела.

– Э, нет. От этих ты просто так не отделаешься. Вот попробуй уволить, увидишь, какая свистопляска начнется. И про чай из Китая забудешь, и про астероиды, и про мочу в подъезде.

– Это все слова. Реально чем докажешь? Давай так, Сергей, давай забьем на бабки. Уволю, и если ничего не начнется, с тебя, скажем, «лимон» зелени. А если по-твоему пойдет – с меня.

– Мне от тебя миллион не нужен. Мне от тебя нужно, чтобы ты купчую подписал. И получил от меня за «мертвяков» оговоренную сумму. А сумма, что ж… Шкурченкову я положил по четыреста долларов за единицу товара. Тебе, учитывая любезный прием, дам по тысяче.

Султан отхлебнул чаю, встал, прошелся по кухне.

– Извини, Чичиков, не в деньгах тут дело. Хоть режь меня, хоть геенной огненной пугай – не продам. Люди, понимаешь, мне доверились. Нельзя так с людьми.

– Хорошо, кладу по десяти тысяч. Но только это цифра крайняя.

– Не обижайся, Сергей. Вот до сегодняшнего утра я знать не знал, кто такой Шкурченков. А продал тебе Шкурченков своих людей задешево и все, теперь об этом весь город знает, в том числе и я, человек здесь новый. Что обо мне скажут, если я продешевлю? У нас среди людей восточных новости далеко разлетаются. А что десять тысяч – ты сам подумай, десять тысяч бумажек или три миллиарда тонн железа.

– Три миллиона, – поправил Чичиков.

– Тоже немало, – как ни в чем не бывало согласился Султанов.

– Больше десяти тысяч я все равно не дам. Просто прибегну к иным методам. Я вот давеча пугал свистопляской, которую могут устроить твои подопечные, так то цветочки в сравнении с тем, что устрою я. Маргаритки с незабудками. Я на твоих «мертвяков» уже глаз положил. А ты, как восточный человек, должен знать, что это означает.

– Так хорошо сидели… – задумчиво произнес Султан. – Не пугай меня, Чичиков, меня уже пугать поздно. До тебя испугали.

– Кто? – фыркнул Чичиков. – Людишки?

– Вот ты о чем. Хочешь сказать, что и ты не совсем человек?

– Да нет, Герман Иванович, я, в отличие от твоих подопечных, совсем не человек. Или опять потребуешь доказательств?

Султан умолк надолго. Потом открыл шкафчик и вытянул длинный хромированный предмет.