Господин Чичиков - Ярослав Веров

Едва дождавшись, когда Паляницын освободится, Перетятькин позвонил ему и, не скрывая раздражения, поинтересовался, какого лешего понесло полковника к скупщику душ? Паляницын, хоть и находился в крайнем удручении, ответил, – тоже не скрывая раздражения, что его контакты с Чичиковым – это его личное дело, а если Нестор Анатольевич думает пугать его чудесами в магните, так после Чичикова ему уже ничего не страшно. После чего выключил мобильник. «Кто ж такой этот Чичиков, что Лаврентий так испугался?» – подумал Нестор Анатольевич и стал звонить Жеке, чтобы пожаловаться тому на обстоятельства. Жизнерадостный Жека посоветовал не брать в голову и, кстати, сообщил, что для Перетятькина есть интересный экземпляр, как раз для его опытов с тонкоэфирными паразитами. Жека голову клал на отсечение, что экземпляр удачный и к тому же еще вчера общался с «нашим Чичиковым».

Директор ИПК был, как уже говорилось, маниакально одержим темой тонкоэфирных паразитов. И потому намеченный было визит к Чичикову отложил до вечера, а сейчас поспешил в «больничку». Там их с Жекой приветствовал гуру Федор:

– Здоровы, батьки! Чудного сынишку вы мне сосватали. Молчун! Смотрит грустно, словно мамку потерял. А я его утешил. Говорю – жить долго будешь. Никто, говорю, с тобой ничего сотворить дурного не сможет. Потому что сила у тебя будет невероятная. Выше даже моего разумения!

– Ты чего буровишь? – разозлился Жека.

– А ты, сморчок, вскорости сдрыснешь, – обиженно поджал губы гуру Федор. – Так далеко, что не сыскать. Сынишка мой тебя изведет, червяк поганый! – Гуру Федор грозно встопорщил бороду и, повысив голос, с каким-то болезненным вдохновением провозгласил:

– Здесь, здесь и сейчас! Здесь лед и пламя, высокое и низкое, свет и тьма! Добро и зло! Красота и мерзость. Это – сердцевина тайфуна. Здесь – все и ничто!

– Кажется, Евгений Петрович, ты не того к нам доставил, – мягко пожурил Жеку Нестор Анатольевич. – Ну давай, посмотрю на твою находку.

От разговора с Артемом Перетятькин ожидал подробностей о Чичикове. С чего бы это Чичиков нанес визит какому-то Артему? Чичиков осчастливливает общением людей неслучайных. Сам является только души покупать. Больше всего Нестора Анатольевича занимал вопрос – что вкладывает Чичиков в понятие «душа»? Если Перетятькин воевал с живыми душами, называемыми им «паразитами», то Чичиков скупал мертвые. А таковых Перетятькин пока не встречал. На уборщиц с сантехниками он и внимания-то не обращал. Тем более в «больничке», где он появлялся только на эксперименты с магнитом. Здесь уж никакая уборщица или сантехник ему на глаза не попадались. Оставив Жеку в коридоре, он зашел в палату.

Но разговор не заладился. Заготовленная фраза: «Вы на нас не в обиде, юноша?» – так и не прозвучала. Потому что тонкоэфирный паразит Артема спал, парил над теменем хозяина или, наоборот, своего слуги, блаженно улыбался во сне и пускал слюни. Те, вместо того чтобы капать или стекать, поднимались к потолку маленькими разноцветными пузырьками и там лопались, производя яркие вспышки.

Артем сидел на койке, угрюмо нахохлясь и кутаясь в больничный халат. На директора не обратил внимания. После ночной беседы с гуру Федором ощущал он себя наполовину Наполеоном, наполовину червяком. Последнее оттого, что гуру Федор объяснил, куда Артем попал, и что выхода отсюда не предусмотрено, разве что ногами вперед. А первое оттого, что опять же гуру Федор предсказал ему великое будущее, такое, что невозможно описать его человеческим словом. Пытаясь сказать что-либо внятное, гуру Федор мычал, тряс головой и громко восклицал: «У-у! Такое! У-у, какое, понял?!» Артем понял, что гуру – это продукт экспериментов хозяев «больнички» и что его, Артема, ожидает та же скорбная участь. Но гуру вдохновлял, умел вселить веру в свои слова. Вот и сидел Артем сейчас, ожидая великих бедствий, мысленно хоронил свою молодую жизнь и в это же самое время смутно надеялся, что называется, удариться оземь и обернуться каким-нибудь «избранным Нео» из любимого фильма и поломать эту матрицу бытия к чертям собачьим, чтобы запомнили его, чтобы знали, как над ним издеваться, черви…

Нестор Анатольевич попробовал добудиться паразита – решительно потянул его за ухо. Паразит выпустил целую струю радужных пузырьков. Тогда Перетятькин пребольно ущипнул его – тщетно. Директор засопел, стал часто дышать. Подивился себе: отчего-то участилось сердцебиение, и, наверное, поднялась температура, так что пот прошиб. Он стал колотить и пинать паразита мысленно. Тому хоть бы что. Только повернулся к директору спиной, и все. У Перетятькина перехватило в горле, да так, что стало трудно дышать. Что за дела?

– Молодой человек, вас, кажется, зовут Артемом?

Артем поднял голову, вяло глянул и отвернулся.

– Знаете ли вы, из-за кого вы здесь?

Артем посмотрел на директора уже осмысленно.

– Мы вас не собираемся здесь задерживать. Возникла необходимость провести небольшое психиатрическое обследование. Только и всего.

Директор улыбнулся со всей возможной приятностью, внутренне испепеляя взглядом спящего паразита. «Ничего, в магните ты у меня проснешься, гаденыш», – подумалось Нестору Анатольевичу.

– Мы понимаем, какое болезненное впечатление могло произвести на вас исчезновение ваших сослуживцев, – продолжал директор, не подумав, что Артем об исчезновении как раз ничего не знает. А что люди не пришли на работу, так всякое бывает. – Да к тому же вас навестил некий господин Чичиков. Нам известно, голубчик, что его визиты даром не проходят. Очень люди жалуются. Даже не будучи в отличие от Евгения Петровича специалистом в области психиатрии, готов утверждать, что его визит вызвал у вас крайне неприятные эмоции. Поэтому, что же… Мы бы хотели всего лишь услышать от вас подробный рассказ об обстоятельствах встречи с господином Чичиковым. И провести одну небольшую процедурку. После чего мы вас отвезем домой. И все, Артем Макарович, только-то и всего!

Директор для кротости даже руки на груди сложил.

– Отпустите? – жалобно спросил Артем.

– Непременно, – закивал Нестор Анатольевич. – Да и какое право мы имеем вас удерживать?

– А изолировали зачем?

– Увы, приходится исправлять то, что наделал господин Чичиков. Есть случаи помешательства! – сбрехнул Перетятькин. – Вы рассказывайте, голубчик, не стесняйтесь. Вам необходимо выговориться.

– Он мои дневники читал, – сообщил Артем.

– А что еще он делал или говорил?

– Больше ничего. Прочитал и ушел.

– Разве вы ни о чем не разговаривали?

– Он ехидничал, стебался.

– Ну а конкретнее? О чем он говорил?

– Да ни о чем! Отстаньте все от меня!

– Хорошо-хорошо! – всплеснул руками директор. – Вы только не нервничайте.

Директор покинул палату. Жека сидел в фойе и смотрел на него ехидным взглядом. Нестор Анатольевич с обиженными нотками сообщил, что пациент показания давать не желает. Жека усмехнулся.