Есть только миг - Вячеслав Ландышев

Не до конца продумав план дальнейших действий, Александр поднял мужика, взвалил его себе на плечо и пошел по ступенькам наверх, в квартиру.

– Фу, как от тебя потом несет. Мыться хоть раз в неделю надо, животное, – пробормотал Александр и отвернул нос в сторону, спасаясь от въедливого ядреного запаха.

Зайдя в квартиру, Бурашев сразу закрыл за собой дверь на засов, прошел в комнату и со вздохом облегчения, сбросил ношу у батареи. Тяжело дыша, постоял несколько секунд. Посмотрел на девушку, потом на мужика. В голову пришла мысль, что даже униженное добро, истерзанное и побитое выглядит красивее, чем нетронутое зло.

«Ну, это пока нетронутое. Дайте время, все воздастся» – подумал Саша и затем со всей силы пнул ногой мужику по бедру, – «Чтобы у тебя там все отсохло, гадина».

После этого Бурашев отстегнул наручники девушки, медленно снял скотч с лица, и накрыл несчастную покрывалом. Затем приковал руки мужика к батарее, достал телефон и позвонил Кате. Та быстро ответила.

– Катя, мне срочно нужна твоя помощь, – начал он без приветствий.

– Что случилось? – с тревогой спросила она.

– У меня все нормально, я нашел их притон. Нужно срочно сюда вызвать милицию и скорую помощь.

– Зачем скорую? – голос Кати дрогнул.

– Я потом все подробно объясню. Ты только не волнуйся, со мной все в порядке. Сейчас нужна милиция и скорая. Одного козла я обезвредил – его нужно ментам сдать. А скорая помощь девушке нужна, я ее на квартире у них нашел. Но, правда, я адреса не знаю. Помоги мне, определи его.

– А что с девушкой? А где второй бандит? А ты где, Сашенька? – Катя не на шутку испугалась.

– Катя, вызови милицию и скорую, – громко, уже с нотками раздражения повторил Бурашев.

– Да, конечно, говори адрес, – быстро ответила Катя.

– Я не знаю адрес, – начинал беситься Александр, – Ты его должна определить. Помоги мне. Ты сможешь. Наверное, гуляла здесь не раз. Это недалеко от твоего дома. Если пройти два квартала мимо остановки, на которой ты садишься каждое утро в автобус, то на углу, где цветочный ларек нужно повернуть направо. Там улица, по которой еще троллейбусы ходят. Понимаешь меня?

– Да, понимаю, – как в забытье отвечала Катя.

– По этой улице нужно пройти метров двести и напротив большого продуктового магазина свернуть налево в проулок. Знаешь, где это?

– Да, знаю, – уже увереннее проговорила девушка, – Как дальше?

– За девятиэтажками идет небольшой пустырь и сразу за ним стоит одинокий пятиэтажный панельный дом. Подъезд третий или четвертый. Знаю только номер квартиры – тридцать шестая на третьем этаже. Найдешь?

– Думаю да. Сейчас по карте посмотрю.

– Как определишь адрес – позвони срочно в скорую, скажи им, что здесь на квартире девушка. Она в изнеможении и без сознания. Ее били и насиловали, может быть, даже долго не кормили.

– Ой, как это ужасно, – Катя чуть не заплакала в трубке.

– Вызовешь сначала скорую. Потом позвони в милицию. Один насильник в отключке, я его к батарее наручниками зацепил, но второго нет. Скажи ментам, пусть не шумят, без сирены подъезжают, чтобы не вспугнуть его.

– Саша, уходи оттуда быстрее, – перебила его Катя, она почти кричала в трубку, – Выйди на улицу. Давай у продуктового магазина встретимся!

– Катя, я милицию буду ждать здесь на квартире, – крикнул раздраженно в ответ Александр. Потом добавил более спокойно, – Не волнуйся за меня. Здесь железная дверь, я ее закрою изнутри на засов – никто не войдет.

– Только никому не открывай, – жалобно попросила Катя.

– Хорошо. Лишь врачам или милиции открою. Давай, звони быстрее. Все. Пока.

Бурашев отключил телефон, задумался, как лучше поступить дальше и вдруг почувствовал на спине чей-то взгляд. Холодок вмиг пробежал по позвоночнику. Саша резко повернулся, испуганно посмотрел назад, думая, что встретит нападение незваного гостя. Но увидел лишь сидящего на полу, прикованного к батарее мужика, который пришел в себя и затуманенным взглядом через тяжелые, наполовину прикрытые веки, исподлобья, зло и угрюмо смотрел на него.

Подонок увидел пугливую реакцию Бурашева, и на его лице появилась ухмылка.

– Лучше отпусти, а то хуже будет, – тихо, тяжело выдавливая слова, но угрожающе произнес насильник.

– Хуже уже не будет, – громко и твердо сказал Александр, сделал два быстрых шага к мужчине и на третьем, сходу по дуге, въехал носком кроссовка в левую скулу противника.

Голова мужика резко ударилась о правое плечо и задела батарею. Удар получился сильным. Бандит моментально потерял сознание и, свесив голову вперед, повис на пристегнутых руках.

От разговора в комнате также очнулась и девушка. Но она была настолько подавлена и утомлена, что ничего не говорила и не двигалась, а просто лежала с открытыми глазами.

– Пить хочешь? – спросил ее Саша.

Она ничего не ответила, даже не мотнула головой. Ее оттекшие синью глаза тускло и непонимающе смотрели на Александра через маслянистую пелену.

– Потерпи чуть-чуть, милая, сейчас скорая приедет. Хочешь водички?

Бурашев положил свою ладонь на лоб девушки. Он пылал. Несчастная даже не шевельнулась от прикосновения парня. Жалость и сострадание проснулась у Саши к этому созданию и захотелось быстрее ей помочь.

– Сейчас я тебе попить принесу, – сказал Александр и пошел на кухню. Там открыл шкаф, но не нашел чистой посуды. Грязные стаканы и чашки стояли везде – на столе, на холодильнике, на подоконнике, в раковине. Бурашев брезгливо выбирал стакан, который нужно помыть, когда вдруг неожиданно сработал входной звонок.

Саша вздрогнул. Кровь моментально ударила в голову. Он испугался. Мысли засуетились: «Кто это? Скорая? Милиция? Или второй подонок приперся? Что делать, если это он?»

Бурашев тихо, на цыпочках пошел к двери. В коридоре под ногой внезапно предательски скрипнул старый паркет. Саша моментально застыл, но не услышал за дверью никаких движений.

«Милиция или скорая уже давно бы начали стучать в дверь, – размышлял он, – Может быть, это случайный прохожий или почтальон?».

Осторожно сделав последние два шага, Бурашев прильнул к глазку двери, посмотрел, но ничего там не разглядел – сплошная темнота. Саша моргнул и еще раз прильнул к глазку – опять непроглядный мрак, но через мгновение вздрогнул, потому что увидел желтоватые кривые зубы в разинутой пасти, потом скуластое круглое лицо, злые прищуренные глаза с дьявольской искоркой и услышал неприятный блеющий смех – «ээээээээ».

– Чо, обосрался? – в ту же секунду раздалось из-за двери, – Не ссы, пацан, это свои. Открывай, давай. Твоя мама пришла, молочка, принесла.

Бурашев понял, что если он в течение минуты не откроет, то бандит заподозрит неладное и уйдет. И больше здесь никогда не покажется.