Есть только миг - Вячеслав Ландышев

– Наоборот, я уверен, что получится шедевр. Правда, возможно, на первый взгляд выйдет что-нибудь непонятное и фантастическое, как у знаменитого архитектора Барселоны – Антонио Гауди, но позже тебя оценят по достоинству.

– Мне и без Гауди начальница говорит, что мои работы на выставку отправлять можно.

– Вот видишь, еще один человек считает, что ты талантище.

– Не знаю, Саша. Я переговорю с начальницей, но ничего пока не обещаю. Скорее всего, до Нового года она меня не отпустит, поэтому увидимся только в январе.

– Как же долго еще до января. Уууу, – заканючил Александр, – Может, попробуешь все-таки в конце декабря вырваться сюда?

– Нет, вряд ли. Ко мне еще и мама приезжает на следующей неделе. Будет гостить до января.

– Жаль. Очень и очень жаль, – Александр задумался и вдруг неожиданно предложил, – Ну, тогда я к тебе в Киров на Новый год приеду!?

Катя не сразу отреагировала на предложение Бурашева. Помолчала мгновение, а потом без энтузиазма ответила:

– Конечно, если хочешь, то приезжай. Но только я не готова пока тебя маме представить. И не смогу поздно вечером с тобой встречаться. Мама у меня консервативных взглядов, сильно расстроится, если заподозрит, что ее дочка до замужества с кем-то ночами гуляет.

– Как все сложно в этом мире. И мама, и работа мешают нам быть вместе, – с отчаянием сказал Саша, – Увольняйся тогда, солнце, и перебирайся насовсем в Москву.

Бурашев выждал паузу, посмотрел внимательно на девушку. Та промолчала. Однако Саше показалось, что его предложения с ходу не отвергают. Тогда он продолжил уговаривать её переехать в столицу.

– Я планирую здесь еще, как минимум, побыть два года. Тебе работать не обязательно, я смогу прокормить нас обоих и достойно тебя обеспечивать. Если пожелаешь, то я сниму двухкомнатную квартиру, и мы будем жить в разных комнатах. При этом обещаю вечерами к тебе не приставать.

Катя пристально, задумчиво посмотрела в глаза Бурашеву и медленно ответила:

– Неа. Гражданский брак не для меня, Саша.

– А кто сказал, что это будет гражданский? Намерения у меня самые, что ни на есть серьезные, – произнес Александр, посмотрел в глаза девушки и тихо добавил, – Я ведь тебя люблю. Выходи за меня замуж, Катя.

Катя чуть покраснела, засмущалась, опустила вниз глаза, потом грустно посмотрела на Бурашева и сказала:

– Я подумаю, Саша. Но сейчас не представляю, как с тобой жить в одной квартире. Потому что я не в состоянии себя пересилить и тебя близко подпустить. Ты не обижайся на меня и прости, если сможешь за это. Вы с Иваном меня от смерти спасли, а я так неблагодарно поступаю. Я же вижу, что ты переживаешь. Но не могу с собой ничего поделать. Понимаю, что ты меня никогда не обидишь, но как только о тебе начинаю думать, то сразу возникают в глазах те подонки, их ужасные лица, грязные руки. Они же меня только физически не изнасиловали. Не успели. А в душу очень сильно наплевали. До сих пор забыть своего унижения и страха не могу. Поэтому сторонюсь не только тебя, но и Ивана, потому что вы все это видели. И ту девушку на квартире тоже часто вспоминаю. Какой кошмар! Я же могла быть вместо нее! Мне плохо становится от этих воспоминаний, и голова начинает болеть.

– Да, я все прекрасно понимаю, Катя. Но, уверен, что мужчин ты бояться через какое-то время перестанешь. Остается только большой вопрос – подпустишь ли так близко к себе меня, как было раньше?

– Я тоже не знаю ответа на этот вопрос, – тихо ответила Катя, закрыла глаза и приложила ладонь ко лбу.

– Тебе плохо? – спросил Александр, увидав, что девушка побледнела.

– Нет. Все нормально, – ответила она, опустила руку на стол, взяла бокал, пригубила вина. Затем повернулась к окну и взглянула на заснеженную стоянку.

Бурашев тоже выпил вина и посмотрел на улицу.

Возникла непродолжительная пауза, по истечению которой Катя виновато посмотрела на Александра и произнесла:

– Ладно, я пойду в номер. Завтра рано вставать, а я еще вещи не собрала. Ты меня не провожай. И еще раз прости меня за всё.

– Да, все нормально, Катя. Не за что мне тебя прощать. Не переживай. Может быть, тебе помочь со сборами? – с надеждой на продление встречи, спросил Бурашев. Ему очень не хотелось расставаться.

– Нет, не надо. Ты езжай домой отдыхать. Тебе же завтра еще раньше вставать, чем мне.

– Тогда – до завтра, любимая.

– До завтра, Саша, – она медленно встала, взяла из вазы цветы и элегантно пошла в холл гостиницы.

Александр проводил ее печальным взглядом, глубоко вздохнул, залпом допил вино и жестом попросил официанта подать счет.

* * *

На следующий день, после того как Иван и Александр посадили девушек в поезд, Бурашев признался другу, что сделал Катерине предложение.

– И как это прошло? – сразу оживился Иван, – С букетом цветов, стоя на одном колене?

– К сожалению, не совсем так, – ответил Бурашев, – Надо было, конечно, сделать предложение в романтической обстановке, подготовиться к нему. Но вчера вышло как-то само собой. Просто я понял в ресторане, что если не сделаю предложение сейчас, то мы расстанемся с Катей навсегда. Она уедет, и мы никогда больше не будем ближе, чем в эти дни. Я почувствовал, Ваня, что теряю ее.

– Может быть, у нее кто-нибудь появился в Кирове?

– Любовник? Вряд ли, – рассуждал вслух Бурашев, – Думаю, что она еще не до конца отошла от того майского шока, и ей не хочется никакой интимной близости с мужчиной. А вот какой-нибудь парень-друг вполне мог появиться. Я заметил, что она часто получает смс-ки и сразу же отвечает на них. А иногда улыбается, читая сообщения. Раньше за ней не наблюдал такого.

– Может подружка пишет? – предположил Иван.

– Конечно, это может быть и подружка, но может быть и парень. Поглядим, что дальше будет. По крайней мере, для меня, как и для тебя, сложно вымолвить слова «Выходи за меня замуж». Ведь, таким образом отказываешься от определенной части свободы, кардинально меняешь холостяцкий распорядок. И я очень надеюсь, что Катя это понимает и будет ценить в первую очередь содержание моего предложения, а не форму его подачи.

– Думаю, что она все понимает, Санек. И ответит тебе скоро согласием. Так что не переживай.

– Да, я не переживаю. Готов уже к любому ответу. К любому повороту событий. Лишь бы все до конца прояснить. Надоело ждать. Нервотрепка одна. Нет душевного спокойствия, – кисло сказал Бурашев.

– Ты прав. В таких делах хуже всего неопределенность.

– В общем, первый шаг сделан, теперь ответный – за ней. В ближайшее время все решится. Скоро увидим, есть ли серьезная перспектива у этих затянувшихся отношений.

Однако Бурашев ошибся. Он полагал, что Катя подумает над его предложением всего несколько дней и скажет ответ. Но ни через неделю, ни через месяц ответа не было.