Сын Бога Грома - Арто Паасилинна

Увидев Сампсу, который сидел в кресле и живо беседовал с пастором Салоненом, Рутья на мгновение смутился. Пастор пил чай, а Сампса сидел напротив. Перед ним не было ни чая, ни бутербродов, ведь боги не пьют и не едят. Даже те дары, которые им преподносят, они расценивают лишь как знак внимания и поклонения.

Сампса представил настоятелю Салонену сына Бога грома.

— Добрый день, пастор! Мы с вами уже встречались, я заходил в вашу церковь. Помните меня? Вы еще жаловались, что прихожане нынче не слишком часто ходят в церковь и предпочитают бега.

Пастор вспомнил визит Рутьи, и они дружелюбно пожали друг другу руки. Настоятель Салонен рассказал, что приходит сюда каждый день и они ведут с Сампсой Ронкайненом длинные разговоры Пастор поведал, что прошел через глубокое осмысление жизненных ценностей и в результате решил обратиться в новую для себя религию — веру в Бога грома. Последнее, что подвигло его в этом направлении, стала неудача с проповедью, направленной на разъяснение основ христианства и его отличия от язычества — пришли всего две старухи. А он потратил столько сил на подготовку… И пастор решил, что христианскому Богу все равно, верит в него какой-то пастор из Сунтио или нет.

— К тому же надо признать, что моему обращению в новую веру во многом способствовали ежедневные беседы с вашим обликом…

Сампса вмешался:

— Могу подтвердить, что вначале пастор Салонен сомневался и не слишком-то верил. Но мы с ним много разговаривали, и я показал божка на том самом обломке скалы. Так что теперь у тебя, Рутья, будет новый помощник, обладающий опытом и практикой в вопросах теологии.

Пастор со сверкающим взором радостно добавил:

— Никогда раньше я не чувствовал такой свободы и легкости духа, как сейчас, когда я полностью укрепился в новой вере в Бога грома!

Разумеется, Рутья с большой радостью принял нового ученика.

Пастор сказал, что через месяц выходит на пенсию. Он также признался, что перестал читать проповеди, проводить обряды крещения и отпевания и в последнее время занимается исключительно приведением в порядок картотеки церковной библиотеки. Пастор сообщил, что было бы нечестно с его стороны читать проповеди, утратив веру в прежнего Бога. И признал, что переход к новой вере дался ему, старому человеку, с большим трудом. Внутренняя борьба между верой и неверием, новой и старой, то есть старой и старо-новой религией потребовала столько сил, что никому из своих коллег он не желает пережить подобное. Однако сейчас, утвердившись в новой вере, он безмерно счастлив! Ему не надо больше бояться проклятья преисподней, и он может со спокойной душой ждать момента, когда его призовут спуститься в подземный мир Туонелы. Или как, Рутья? Может ли он быть спокоен на этот счет?

— Даже не переживай по этому поводу, — ответил Рутья. — Даю тебе слово, в Преисподнюю ты не попадешь.

В этот момент Рутья счел необходимым рассказать Сампсе, что поменял его имя. Нотариус Мялкюнен тут же показал все подтверждающие документы.

— Надеюсь, ты не обидишься на то, что я сделал из тебя Рутью. Понимаешь, мне было крайне неуютно жить под именем Сампсы.

Сампса вовсе не расстроился.

— Надеюсь, ты хоть оставил мне прежнюю фамилию?

Нотариус Мялкюнен сообщил, что Рутья пытался поменять и фамилию, но этого не позволил сделать Союз.

Затем Рутья познакомил Сампсу и пастора со всеми присутствующими: Сивакка, Ханнула, Суваскорпи, Мялкюнен, Келтайуури. Салонен, Ронкайнен. Приятно познакомиться, взаимно.

Владелец рекламного агентства Келтайуури с восторгом разглядывал настоящий божественный облик сына Бога грома, одетого в огромную медвежью шкуру.

— Вот это и в самом деле настоящий Бог! Вот если бы тебя в таком виде снять в рекламе зимних шин «Нокиан», у зрителей не осталось бы ни малейшего сомнения, удержат ли их такие шины на скользкой ледяной дороге!

Вскоре компания отправилась осматривать дом. Внизу достаточно места, двенадцать просторных комнат. Конечно, они в основном были в плачевном состоянии, но ничего. Новые панели, циклевка пола и покраска стен могут значительно улучшить ситуацию. Сивакка и Ханнула сообщили, что если здесь планируется разместить много народу и будет высококлассная лечебница, то окна и двери также необходимо поменять. Дом следует покрасить снаружи и починить протекающую во многих местах крышу. Пораздумав, они сообщили, что для ремонта потребуются бюджет примерно в двести тысяч марок и дополнительная рабочая сила. Двумя строителями здесь явно не обойтись.

— Надо нанять еще человек десять и заказать несколько машин строительных материалов. Но, надо заметить, фундамент у дома крепкий, стены тоже возведены на славу.

Господин Келтайуури обещал, что дизайн интерьеров ему сделает знакомый специалист. А рабочие Сивакка и Ханнула заявили, что хоть сейчас готовы отправиться в Хельсинки за материалами.

А что с финансированием?

Сампса сообщил, что для такого дела можно заложить имение. Это даст достаточно средств, ведь, несмотря на обветшалое состояние, «Ронкайла» — большая усадьба.

Рутья обрадовался.

— В таком случае у нас нет проблем! Да, к счастью, мне удалось продать твой антикварный магазин со всей рухлядью. За все удалось выручить двести тысяч марок!

Сампса был потрясен. Неужели Рутья продал всю его с такой любовью и трудом собранную коллекцию?

— Да, и выгнал эту Мойсандер. Надеюсь, ты не слишком расстроился?

Сампса сидел с грустным видом. Нет, он не печалился по поводу госпожи Мойсандер, но потеря коллекции мебели в густавианском стиле была ему тяжела.

— А прялки? Тоже продали?

— Нет, мы не осмелились, — ответил нотариус Мялкюнен.

Дрожащим голосом Сампса спросил у Рутьи, чем же он будет заниматься, когда Рутья закончит здесь свои дела и вернется на небеса.

— Подумай обо мне, Рутья! Я же самый обычный человек, а не бог, как некоторые!

Рутья обещал компенсировать все потери. Ведь богу совсем несложно подправить дела одного земного человека.

— К тому же, когда ты умрешь, можешь быть уверенным, что не попадешь в ад. Вместе с пастором тебя заберут на небеса, где вам будет хорошо, светло и весело. Обещаю, — сказал Рутья.

Мысль о смерти не улучшила настроение Сампсы. С печальным видом он повернулся к книгам библиотеки. Келтайуури подошел к нему и сказал, что Сампсе не стоит грустить. Ведь как только Рутья откроет лечебницу, она начнет приносить хорошую прибыль.

— Я сделал экономические расчеты. Будь уверен, в этой стране работа по излечению дураков — самый прибыльный бизнес, — уверил владелец рекламного агентства.

А нотариус Мялкюнен добавил:

— К тому же подумай, что, когда Рутья вернется на небеса, тебе достанется налоговый инспектор Суваскорпи. Так что грустить не о чем.