Слова, которые мы не сказали - Лори Спилман

Это произошло в июле. Я поступила так случайно, без злобы и плохих намерений. Это я могу сказать точно. Мы поехали на север Мичигана, так местные жители называют «палец» штата, напоминающего по форме варежку. Боб снял крошечный домик в Харбор-Ков – сонной рыбацкой деревушке на берегу озера Мичиган, расположенной на расстоянии многих миль от города. Тихое местечко у мутного озера, предназначенного скорее для рыбной ловли, чем для купания. Только сумасшедший мог решить, что тринадцатилетняя девочка захочет провести лето в этой богом забытой глуши. Единственным человеком, хоть как-то подходящим мне по возрасту, была соседка Трейси.

Три первых дня было невыносимо влажно и душно. Мы проклинали жару, с которой не мог справиться даже кондиционер. Мама и Боб собрались в кино, смотреть «Неспящие в Сиэтле». Боб надеялся, что я пойду с ними, он буквально умолял меня.

– Пойдем, сестренка, я куплю тебе попкорн. Да что там попкорн, я куплю тебе конфеты «Джуниор минтс».

– Я не люблю «Джуниор минтс», – фыркнула я, не отрываясь от журнала YM.

Боб казался расстроенным, но я-то знала, что он только счастлив от меня отделаться. Все его слова – сплошное притворство. Он, наверное, мечтает, чтобы я умерла… или, по крайней мере, уехала в Атланту. Тем вечером я позвонила папе. Время отличалось лишь на час, и он тогда только вернулся с поля для гольфа.

– Привет! Как там моя девочка?

Я сосредоточенно потерла нос и сказала:

– Папа, я по тебе скучаю. Когда мы вернемся в Атланту?

– В любое время, сладкая моя. Выбор за твоей мамой. Ты ведь меня понимаешь, правда? Я хочу, чтобы и ты, и твоя мама были со мной. Я люблю вас обеих. Ты ведь мне поможешь, малыш?

Я начала рассказывать ему о том, какое меня ждет ужасное лето, но он прервал меня.

– Подожди, – сказал он, прикрыл рукой трубку и стал с кем-то разговаривать. Через несколько секунд он произнес, смеясь: – Позвони мне завтра, милая. Тогда и поговорим.

Я повесила трубку, ощущая себя одинокой, как никогда в жизни. Папа отдаляется от меня, вот и все. Он уже не мечтает, как раньше, чтобы мы с мамой скорее вернулись домой. Мне надо что-то делать, пока он окончательно нас не забыл.

Я упала на диван и включила телевизор. Лежала, слушала сериал «Женаты… с детьми» и смотрела в потолок, а слезы катились по моему лицу. В какой-то момент я заснула и вскочила лишь тогда, когда услышала звук подъезжающей машины. Я пыталась поправить сбившуюся майку и пригладить мокрые от жары волосы. Телевизор все еще работал, теперь он показывал вечерние новости. В последнюю минуту я спрятала валявшийся на диване лифчик, который сняла раньше, за диванную подушку.

Я слышала, как они подходят к двери и весело смеются. Бежать в свою комнату времени не было, поэтому я легла обратно на диван и закрыла глаза. У меня не было никакого желания слушать рассказ об этом глупом фильме.

– Бьюсь об заклад, здесь кто-то хочет попкорна.

Это Боб. Шут! Шаги. Он приближался к дивану, но я не реагировала, делала вид, что сплю. Вскоре я почувствовала, как мама и он наклоняются надо мной. От Боба тогда пахло попкорном, лосьоном после бритья и еще чем-то знакомым. Так пахло от папы. Виски? Не может быть, ведь Боб не пьет.

Я лежала, боясь пошевелиться, и внезапно поняла, что не одета. Грудь прикрывает лишь тонкая майка, а ноги совсем голые.

– Оставим ее здесь? – тихо спросил Боб у мамы. Я представила, как он буровит меня взглядом. По позвоночнику пробежала дрожь. Я едва сдержалась, чтобы не натянуть на себя плед.