Извини, меня ждут… - Аньес Мартен-Люган

А потом тишину нарушили. Я вздохнула и прикрыла глаза.

– Куда вы подевались? – завопила перепуганная Алиса, подбегая к нам.

– В Л’Иль-сюр-ла-Сорг, – лениво ответил Марк.

– Я пыталась дозвониться тебе раз десять! – не унималась сестра. – Почему ты не отвечала? Ты же всегда приклеена к телефону!

– Ее мобильник упал в Сорг, – соврал Марк. – А я свой забыл.

Алиса окаменела, остальные потрясенно всматривались в меня.

– Как?

– Да так… по глупости… Я на ходу проверяла почту, споткнулась о камень, и… и… плюх!

– Яэль, ты сейчас рассказываешь нам, что провела целый день без телефона? И ты еще жива?! Так не бывает! – заорал Адриан.

– Признавайся, Марк, – подключилась Жанна. – Она устроила истерику, каталась по земле, носилась как безумная по всему городу, чтобы немедленно купить новый.

– А вот и нет! Она…

– Стоп! – закричала я, вскинув руки и вклиниваясь между ними. – Надоело! Перестаньте обсуждать меня, как больную! Вам смешно, и я это заслужила, признаю… но нельзя ли сменить тему?

Марк улыбнулся первым и сразу опустил голову. Адриан взял меня за плечо и увлек на террасу.

– За это нельзя не выпить! Детей уложили, так что самое время! Вечер наш! – Он обнял меня и поцеловал в волосы. – Круто!

Я не стала брать Алисин мобильник и проверять почту – не хотела отравлять им радость. Стол к ужину уже был накрыт, все-таки десятый час, ждали только нас. Мы все чокнулись, я сделала несколько глотков розового вина и поняла, что оно мне нравится. Как если бы мои рецепторы вновь обрели способность распознавать вкус. Алиса подсела ко мне и сокрушенно покачала головой:

– Знаешь, в прошлый раз, когда я убеждала тебя расстаться с телефоном, я не просила выбрасывать его в речку.

Я хихикнула, у меня начала кружиться голова. Маленький бокал розового затуманил ее, что было скорее приятно.

– Ты все же хорошо провела день?

– Да… – подтвердила я абсолютно искренне.

– Точно? Выглядишь уставшей.

Она легко провела ладонью по моей щеке. Ее жест подбодрил меня. Если бы мы вдруг остались наедине, я бы прижалась щекой к ее ладони, чтобы подольше сохранить ощущение нежности.

– Я действительно устала, но все было прекрасно… – сообщила я и поискала глазами Марка.

– Я приготовила помидоры с моцареллой, подумала, тебе понравится.

– Спасибо, – ответила я, сдерживая подступающие слезы.

Не знаю почему, но мне вдруг захотелось плакать. Шлюзы открывались, и я испытывала облегчение. Мужчины вернулись с шампурами. Передо мной появилась половинка острой колбаски.

– С помидором должна проскочить, – шепнул мне на ухо Марк и продолжил раскладывать еду по тарелкам.

Мне удалось доесть все, что мне положили, и это было удивительно. Несколько глотков вина все сильнее стучали в висках, веки отяжелели, глаза щипало, сил не осталось. Я встала из-за стола и начала собирать посуду. На кухне я оперлась о стол, в голове шумело. Я услышала голос Марка: «Иди ложись» – и обернулась. Он тоже вышел на кухню с горой посуды.

– Это от вина.

– Нет, тебе просто нужно выспаться.

– Сейчас я тебе еще кое-что расскажу о себе, чтобы дополнить восхитительный портрет героини: у меня хроническая бессонница! – сообщила я с горьким смехом.

– Почему-то мне кажется, что ты уснешь как миленькая, поэтому шагом марш в постель, Яэль, от которой бежит сон!

А вдруг он прав…

– Я послушаюсь, если объяснишь, зачем ты наврал насчет мобильника?

– Чтобы избежать разборок с компанией.

Я слабо улыбнулась ему:

– Окажи мне последнюю услугу – предупреди их, что я пошла спать.

– Всенепременно.

Ставни оставались закрытыми весь день, и в спальне было довольно прохладно. Я чистила зубы и чувствовала, как слабость накатывает на мое тело и мозг. Веки захлопывались сами собой, пришлось даже отказаться от душа. Я разделась, натянула тонкую пижаму, погасила свет, присела на кровать, и голова мгновенно упала на подушку. Я подтянула простыню, ее прикосновение к телу было удивительно нежным. Кто-то поскребся в дверь.

– Яэль? Спишь? Можно зайти за моими туалетными принадлежностями?

– Конечно.

– Свет из коридора падал и в ванную, и я смутно видела, как Марк собирает свои вещи.

– Спокойной ночи, – тихо сказал он.

– Марк?

Он подошел к кровати. Я собралась с силами и посмотрела на него:

– Спасибо за сегодняшний день. Спасибо…

– Спи.

Он вышел. Я услышала, как он отвечает на удивленные расспросы и объясняет, почему я ушла, как успокаивает Алису, волновавшуюся за меня, и не разрешает зайти ко мне. Постепенно голоса стихли, и я провалилась в сон, с которым больше не могла бороться.

Мои глаза не хотели открываться, и я, как ребенок, терла их кулаками, зевая. Потянулась, напрягая онемевшие мышцы. С трудом села в постели, и простыня, не сдвинувшаяся ни на миллиметр со вчерашнего вечера, соскользнула на пол. Я заморгала – сквозь жалюзи пробивалось солнце, которое поднялось уже довольно высоко. Не слышно было ни шороха, в доме царила полная тишина. Встав, я не сразу обрела устойчивость, меня пошатывало, я похрустела позвонками, выпрямилась. Я медленно поковыляла в ванную, чтобы рассмотреть себя в зеркале. Я опухла со сна, на щеке отпечатался след подушки. Я плеснула в лицо холодной воды, но она мало помогла, и тяжелое оцепенение не отпускало. Я вернулась в спальню и села на кровать, нужно было быстро что-то предпринять, не то я снова усну. Я поискала телефон на ночном столике. И тут я все вспомнила… Я сжала кулаки, заставляя себя сохранять спокойствие. Нет, только не сразу, не сейчас… Не дать нервам опять завязаться узлом… Так хотелось удержать хоть ненадолго ощущение безмятежности. Я встала, порылась в комоде, сразу наткнулась на купальник, который девочки выбрали для меня, и решила, что он подойдет. После чего схватила полотенце, распахнула ставни и выбежала к бассейну. Он не был накрыт брезентом, и это меня обрадовало, потому что мне срочно нужно было поплавать. Сбросив пляжное полотенце, я набрала в легкие воздуху и головой вниз нырнула в бассейн. Прохладная вода обожгла кожу, особенно на животе, который отвык от наготы, даже груди стало холодно, поскольку в последние годы я всегда была наглухо замурована в купальник профессиональной пловчихи. Я преодолела дорожку в одну сторону под водой, вынырнула на поверхность и поплыла кролем, но медленнее, чем обычно. Несколько раз проплыла туда и обратно, потом остановилась и отбросила за спину волосы. Избавленные от шапочки, они лежали на затылке, а по плечам с них скатывались капли. Я взялась за бортик и откинула голову назад, погрузив волосы в воду, ее плеск щекотал мои уши. Я уперла ноги в стенку бассейна, но не оттолкнулась назад и не поплыла кролем на спине, как обычно это делаю, а просто легла на спину. Я оставалась абсолютно неподвижной, чуть раздвинув руки в стороны, прикрыв глаза, и солнце согревало мою кожу, а я улыбалась. Я не знала, что сделаю в ближайшую секунду – засмеюсь или заплачу от затопившего меня чувства полноты жизни. Я вертикально выпрямилась в воде, опустилась на дно и наблюдала, как пузырьки воздуха поднимаются на поверхность, к свету. В конце концов я последовала за ними и вышла из бассейна. Взяла полотенце, вытерлась, завернулась в него и пошла на террасу, отжимая мокрые волосы. Только в этот момент я заметила Марка, который сидел с книгой в руках и прятал глаза за солнечными очками.