Собака, которая спустилась с холма. Незабываемая история Лу, лучшего друга и героя - Стив Дьюно

– Тридцать четыре фунта ровно, – сказал я, снимая Лу с весов и укладывая на скользкий металлический стол для осмотра. Пес пытался пошевелиться, но я крепко удерживал его.

– Ему примерно полгода, – заявил ветеринар, заглядывая Лу в пасть. Зубы у него были белыми как мел. – Тут какая-то нитка.

– Он съел носок, – пояснил я.

– Рейнджер в заповеднике сказал, что его родители были сторожевыми псами на посадках марихуаны, – провозгласила Нэнси, которая явно гордилась криминальным происхождением Лу.

Доктор Смит послушал ему сердце и легкие.

– Дышит хорошо. В сердце небольшие шумы.

– Это плохо? – спросила Нэнси, вытаскивая насекомое, забравшееся Лу в ухо.

– Марихуана?

– Нет… шумы.

– По большей части, с такими шумами собаки живут совершенно нормально. Но он весь в блохах и клещах, и рана на шее гноится.

Он выдавил из пореза желтоватую жидкость и насухо вытер марлей.

– Какая гадость, – пробормотал я. Нэнси улыбнулась. Она не испытывала никакой брезгливости.

Врач продезинфицировал рану, сделал местную анестезию, чтобы наложить швы. Он действовал размеренно и тщательно, как часовщик: осмотрел порез, удалил омертвевшие ткани, вычистил остатки гноя. Лу пытался вертеться, но не слишком сильно. Он явно не возражал против лечения и вилял хвостом, когда я скармливал ему кусочки сыра.

Брал он их очень мягко. Он вообще был очень бережным, именно поэтому он так хорошо ладил с детьми. Я научил его подбирать предметы с пола, не повреждая их – даже куриные яйца. В ту пору я разрабатывал программу дрессировки для собак, которым предстояло стать домашними помощниками: их надо было обучить, как поднимать с пола очки или доставать еду из шкафа или из холодильника, я практиковался на Лу, чтобы отобрать самые действенные приемы. И, конечно, всегда разрешал ему потом съесть яйцо.

– Рану я зашью потом, сперва надо его выкупать, – сказал доктор Смит. – Иначе чистый шов сделать не удастся.

– Чем мы можем помочь? – спросил я, глядя, как он замазывает порез каким-то густым липким гелем. Лу негромко рыкнул, словно хотел уточнить: «А без купания никак нельзя?»

– Уложите его в ванну и пустите воду. Я принесу шампунь, и постарайтесь не слишком замочить рану.

Вода почернела от блох и грязи, шерсть чуть не забила водосток. Лу и впоследствии не слишком жаловал водные процедуры.

– Гадость, – поморщилась Нэнси, смывая с рук дохлых блох и пытаясь увернуться, когда Лу в очередной раз вздумалось помотать башкой. Капли грязной воды разлетелись веером во все стороны.

– Гной тебе нормально, а это гадость? – переспросил я и тут же отпрянул, поскольку Лу не переставал брызгаться. Справляться с клещами предстояло отдельно, их пришлось удалять одного за другим, и это заняло у нас несколько недель.

Пока мы купали Лу, доктор Смит куда-то ушел: возможно, чтобы сообщить жене о том, чем он занят. Мы сушили Лу, когда он вернулся.

– Ну вот, совсем другая собака. Кормите его два раза в день. – Он ощупал выступавшие ребра пса. – Если это помесь ротвейлера с овчаркой, то в таком возрасте он должен весить на десять фунтов больше.

– Вы так думаете?

– О, да. Уложите его на бок.

Доктор Смит счистил медицинский гель и быстро зашил рану. Стежки чем-то напоминали шов на баскетбольном мяче. Лу закатил глаза, но продолжал искоса следить за мной: многие собаки так делают в поисках доверия и поддержки. Впервые в жизни я ощутил ответственность за собаку.

– Ты молодчина, Лу, – сказал я.

– Лу? – переспросил доктор Смит, вставляя пластиковую трубочку в нижний край раны.

– Мне показалось, ему это имя подходит.

– Почему бы и нет. – На этом он почти улыбнулся. – Я поставил дренаж, чтобы рана полностью не затянулась и был отток. Иначе скопится жидкость, и швы пол давлением могут лопнуть.

– То есть у него из шеи будет торчать трубка? – испугалась Нэнси.

– Ваш ветеринар ее вытащит через неделю. Ну, или как пойдет.

– Наш ветеринар? – обернулся я к Нэнси. – У нас есть хоть один знакомый ветеринар?

– Один точно есть, и даже совсем рядом.

– Откуда ты знаешь?

– Ниже от нас по улице, ветклиника «Мар Виста».

– Главное, следите за дренажем, чтобы он не забился и чтобы пес его не вытащил, – предупредил доктор Смит под конец. – Но я не думаю, что ему нужен колпак.

– Колпак?

– Широкий воротник, похож на абажур. Его надевают, чтобы собака не грызла швы. Но до шеи он зубами и так не дотянется.

– Вот и хорошо, – вздохнул я с облегчением, представив, с какой скоростью Лу способен стянуть с себя абажур.

– А теперь давайте уберем с него клещей.

Он снял их с Лу не меньше полусотни. Они были повсюду – в ушах, в уголках глаз, даже в носу и под хвостом. Врач удалял этих насосавшихся крови мерзавцев одного за другим и опускал в емкость со спиртом. Лу поскуливал и умоляюще смотрел на меня. Емкость оказалась заполнена почти наполовину, и алкоголь порозовел от крови.

– Они переносят массу всякой заразы: клещевой риккетсиоз, болезнь Лайма, эрлихиоз и даже тиф – чрезвычайно вредоносны. Я уберу, сколько смогу, но вы потом посмотрите еще, я лам вам с собой спирт и пинцет.

– Спасибо. – Несмотря на внешнюю суровость, доктор Смит оказался замечательным человеком. – Я сделаю ему прививку и накормлю глистогонным. Еще вы возьмете таблеток с собой. Кроме того, сейчас мы ему вколем антибиотик, и советую присмотреть за больной лапой.

– У него болит лапа?

– Передняя левая, да. Он на нее прихрамывает.

– Что, серьезно?

– Конечно.

– Хорошо, – сказал я, пока доктор удалял очередного клеща у Лу между пальцев. – Все хорошо, приятель.

– Он уже испражнялся?

– Пока нет.

– Посмотрите, что там будет с глистами… ну, и вообще. С бродячими собаками никогда не знаешь, какие подарки тебя могут ждать. Но не сомневаюсь, что это будет любопытно.

Он привел нас в кабинет, вручил дешевенький ошейник и поводок, пинцет и скляночку спирта. Ошейник был достаточно свободным, чтобы не сжимать Лу горло и не пережимать рану.

– Пока шея не подживет, нормальный ошейник не надевайте. Думаю, это займет недели три. Через недельку обратитесь к врачу, чтобы снял швы и вытащил дренаж.

– Большое спасибо, – сказала Нэнси.

– Сколько мы вам должны? – Я достал кредитку из бумажника.

– А наличные у вас есть?

Мы проверили содержимое кошельков.

– Боюсь, нам не хватит, – предупредил его я.