Лила, Лила - Мартин Сутер

Спустя полтора часа он собрал вещи, расплатился за номер и, направляясь на такси во Франкфурт, восстанавливал в памяти минувший вечер.

Если не считать перебора с выпивкой, вечер для него прошел хорошо. С поля боя он удалился победителем. Не помнил, в котором часу, но одним из последних. Давид, кажется, ушел чуть раньше. А вот парень из «Драко» – как бишь его звали? – оставался до конца. И они договорились о встрече. Хотели потолковать о будущем Давида. Надо только вспомнить, когда и где.

Он почти не сомневался, что речь шла об обеде.

Нащупав замок, Джекки отстегнул ремень безопасности, наклонился всем корпусом влево и извлек из правого заднего кармана бумажник. Водитель искоса наблюдал за ним.

Джекки перебрал талоны на жратву и визитные карточки в разных отделениях и в конце концов отыскал карточку издательства «Драко». «Клаус Штайнер, ведущий редактор», – прочел он вслух. На обороте размашистым почерком стояло: «Четверг, 12.30, «Штеффенс-штубе», 2-й этаж». Это он тоже прочел вслух. Спрятал карточку, сунул бумажник в карман и так долго колупался с пряжкой ремня безопасности, что водитель не выдержал, оттолкнул его руку и сам защелкнул ремень.

Джекки велел отвезти его на вокзал. Там он оставил чемодан в камере хранения и поискал, где можно прилично позавтракать.

В такие дни, как этот, приличный завтрак состоял из кофе с молоком, булочек, двух яиц всмятку, большого количества минеральной воды и одного-двух бокалов красного вина, чтобы унять дрожь в руках.

После завтрака он взял такси и поехал на ярмарку. На входе предъявил карточку участника, которую вчера в баре выцыганил у начальника отдела сбыта какого-то английского садоводческого издательства. С видом ярмарочного завсегдатая сел в челночный автобус и на нем добрался до павильона, где располагался стенд «Кубнера».

Давид, сидя за столиком, разговаривал с какой-то журналисткой. Вид у него был бледноватый, контуры усиков слегка расплылись из-за двухдневной щетины.

Джекки проигнорировал неодобрительный взгляд Карин Колер, подошел к Давиду и поздоровался с ним за руку.

– Все в порядке? – спросил он.

Давид кивнул.

Засим Джекки представился журналистке:

– Джекки Штоккер. Агент Давида Керна. – И снова обернулся к Давиду: – У меня тут несколько встреч, а потом обед с… ну, ты знаешь. Увидимся позже.

– Ладно, – пробормотал Давид, покосившись на Карин Колер, которая сидела на стуле в пределах слышимости, но как раз сейчас разговаривала с посетителем.

Джекки покинул кубнеровский стенд и не спеша двинулся в сторону солидных издательств.

У «Лютера и Розена» он подошел к информационной стойке и потребовал главного редактора.

– Господин Риглер в данный момент занят, может быть, я вам помогу? – спросило юное существо с алыми губками.

– Нет, я подожду.

– Предупреждаю заранее, если у вас нет договоренности с господином Риглером, он вряд ли найдет для вас время.

– Просто скажите ему, что я представляю Давида Керна. Возможно, тогда у него найдется минутка.

Девушка отошла к Риглеру, что-то ему сказала. Он бросил беглый взгляд на Джекки, тот кивнул ему. Риглер что-то сказал и снова обратился к своему собеседнику.

– Господин Риглер сейчас подойдет. Позвольте вам что-нибудь предложить. Кофе? Воды?

Джекки выбрал кофе и уселся на стул. Риглер подошел одновременно с кофе.

– Вчера я как-то не понял, что вы агент Давида Керна. Надеюсь, свой бокальчик вина вы все-таки получили.

Они обменялись рукопожатием.

– Не буду вас задерживать. Я просто подумал, что мы с вами могли бы встретиться в кулуарах ярмарки, выпить по коктейлю или перекусить, а заодно доверительно потолковать.

Риглер вытащил ежедневник и, наморщив лоб, полистал.

– В четыре я мог бы ненадолго отлучиться отсюда. Где мы встретимся?

– В баре отеля напротив.

– В баре «Марриотта»?

– Совершенно верно.

– Не самое тихое место.

– Зато близко.

«Штеффенс-штубе» – добропорядочный бюргерский ресторан. В нижнем этаже располагался зал попроще, во втором – заведение рангом повыше, с крахмальными белыми скатертями на столах. Когда Джекки вошел, Штайнер уже был там и приветственно махнул ему рукой. Джекки немного опоздал, потому что по дороге забежал выпить аперитив. Он не хотел произвести неблагоприятное впечатление и решил при Штай-нере алкоголем не злоупотреблять.

Но искренне обрадовался, увидев рядом с прибором Штайнера стакан кампари. Будет неучтиво не заказать и себе то же самое.

– На ярмарке хуже всего то, что изо дня в день приходится засиживаться допоздна, – простонал Штайнер.

– Да, много чего набирается.

– Вы давно этим занимаетесь, господин Штоккер?

– Джекки. По-моему, вчера мы перешли на «ты».

– Клаус. Я был не вполне уверен. – Штайнер смущенно ухмыльнулся. – Как давно ты этим занимаешься, Джекки?

– Книжной ярмаркой?

– Нет, вообще. Книжным бизнесом. Как агент и все такое.

– Да не сказать, что очень давно. Раньше я активнее участвовал в литературной жизни. Но тебя в ту пору и на свете не было. А вернулся я в эту сферу только благодаря Давиду. Он нуждался в доверенном человеке, который бы немножко его опекал, прикрывал ему спину. А у меня времени хоть отбавляй.

– И опыта. – Интонация была не вопросительная, но Джекки знал, что это вопрос. Штайнер хотел разобраться, с кем имеет дело.

– Ну, здесь вполне достаточно минимума коммерческих ноу-хау. Чем ни торгуй – ядровым мылом или авторскими правами, – законы одни и те же. Покупатель хочет дать меньше, чем запрашивает продавец. А кто из них одержит верх, зависит от предложения и спроса.

– Однако ж надо знать рынок и торговые обычаи.

– Невелика премудрость. У меня на руках Давидов договор с «Кубнером», и я могу исходить из того, что он по всем позициям занижен.

– Господа уже выбрали? – спросил официант в тесной белой куртке.

– Еще даже и не смотрели, – ответил Штайнер.

Оба открыли меню и молча углубились в изучение оного.

Не поднимая глаз, Штайнер спросил:

– Как выглядят планы Давида Керна на будущее?

– Как у всех писателей, – отозвался Джекки. – Новая книга.

– Он уже приступил?

– На сегодняшний день ему немножко недостает мотивации.

Штайнер опустил меню на стол.

– Это вполне можно обсудить.

Разговор с Клаусом Штайнером оказался весьма конструктивным. Как и разговор с Йенсом Риглером в «Марриотте». В ближайшие дни оба представят свои предложения.