Сетевой - Екатерина Осянина

«Стой на шухере. Если он появится, дай мне знать, чтобы я успела стереть свои реплики».

– Понял, – сказал Чур заинтересованно и переместился к экрану.

Я стерла предыдущую реплику и написала:

«Верни деньги бандюкам. Он хочет запланировать операцию и накрыть всю банду. Обе банды, точнее»

– Ну, вернуть я, положим, могу, – задумался домовой и пошкрябал пальцем висок. – Но как мне с ними связываться и отдавать инструкции?

«Руководить операцией будешь отсюда». – Было видно, как ему понравилось слово «руководить». Он оживился, глазки азартно заблестели.

– А этого куда денем? Он же так рвется тебя охранять!

«Ничего, как-нибудь выставим. Но тебе придется с ним обсудить детали операции».

– И как ты себе это представляешь? Игровой чат? А если он будет следить за квартирой?

«Ты что-нибудь придумаешь».

Он напыжился и всячески старался не показать, как доволен отведенной ему ролью. Веселится, паразит.

«Ты только давай цирк не устраивай. Хитро продумал, как стырить деньги – вот давай напрягись и придумай, как их хитро вернуть, чтобы и меня не подставить, и бандюков накрыть одним махом. И чтобы не грохнули никого!»

Он напыжился еще больше и буркнул: «Обижаешь, начальник!»

Я хмыкнула, стерла всю лишнюю писанину и махнула ему рукой, словно отгоняя назойливую мошку. Он понял мою безмолвную команду «Сгинь!» и немедленно ее выполнил.

И вовремя, потому что я спиной почувствовала появление Алексея, который, как тогда, в кафе, склонился к моему плечу и буркнул в самое ухо:

– Прогуляемся?

Я повернула к нему удивленное лицо, но он улыбался как ни в чем не бывало своей голливудской улыбкой. Ладно, сделаем вид, что ничего подозрительного в его предложении нет. Я сохранила несчастный текст, в котором так и не сделала ни одной правки, встала и благосклонно улыбнулась ему в ответ.

– Почему бы и нет? Работа не волк.

Я вышагивала с этим красавчиком, который наконец-то оделся во что-то более теплое, чем кожаная куртка, что называется, «в облипочку». Сейчас на нем было короткое полупальто, модный шарфик. Свои торчащие в разные стороны светлые вихры он так ничем и не прикрыл. Ну и пускай себе уши морозит, мне-то что. Я фыркнула и отвернулась.

И хотя я превосходно чувствовала себя на морозе и не ежилась от ветра в своей горнолыжной куртке и спортивных же штанах, в своих верных нескользящих «говнодавах» и вязаной шапочке с помпоном, сама себе я казалась ярким попугайчиком рядом с… ну не знаю. Я покосилась на своего спутника, чтобы найти для него верное сравнение. На ум приходили всякие благородные хищники типа соколов, беркутов и орлов, хотя мне и хотелось обозвать его павлином.

Он заметил мой взгляд и усмехнулся. Потом взял меня за локоть, настойчиво вынул мою руку из кармана, снял с нее перчатку и зажал мою ледяную руку в своей теплой ладони.

– Думаешь, сбегу? – снова фыркнула я.

– Кто тебя знает, – усмехнулся он, выдохнув целое облако пара. – Вид у тебя такой…

– Какой? – агрессивно спросила я.

– Колючий. Фыркаешь идешь, как дикий котенок. Я тебя чем-то обидел? Расстроил?

– Нет, просто…

Он ждал, что я отвечу, а я пыталась понять, чем вызвано мое раздражение.

– Ты выгуливаешь меня, как собачку.

Он расхохотался и обнял меня за плечи, переложив при этом мою вынутую из кармана руку в другую ладонь.

– Так лучше? – Он даже подстроился под мои шаги, чтобы нам обоим было удобнее идти.

– Да! – с вызовом сказала я. – Лучше.

Он покровительственно потрепал меня за плечо, и я почему-то перестала злиться.

Я прислушивалась к своему внутреннему «полиграфу», но не чувствовала в нем неискренности и фальши. Почему же меня все это настораживало? Может, дело просто в том, что я привыкла считать себя ну если не дурнушкой, то по крайней мере серой мышкой? А тут рядом со мной такой видный парень вышагивает, мечта и загляденье…

Да что со мной такое, в конце концов? То «попугайчик», то «серая мышка». Вот он меня только что с котенком сравнил. Уж всяко более приятная зверушка. Я снова фыркнула, на этот раз гораздо менее злобно, и он это почувствовал.

– Вот, так-то и правда лучше, – промурлыкал он своим бархатистым баритоном и снова фамильярно сжал мое плечо.

Так мы пробултыхались по морозу, изображая сладкую парочку, около часа. Надо признаться, что лично я неплохо провела время. Давно не была на свежем воздухе – чтобы вот так слоняться по зимнему городу безо всякой цели, да еще в компании приятного молодого человека. Мы болтали на отвлеченные темы (наши «служебные» дела мы оба старательно не обсуждали), дружески хихикали, сплетничали про наших игровых товарищей. Когда я заметила, что он время от времени стал хвататься за свои побелевшие уши, мне стало его жалко, я стянула с себя шапку с помпоном и натянула ему на голову. Он отнекивался и сопротивлялся, но когда я, привстав на цыпочки, все-таки дотянулась до его головы, позволил надеть на себя шапку, улыбнулся, потряс помпоном и покорно развернулся вслед за мной в сторону дома. Я демонстративно натянула капюшон, чтобы он не вздумал возвращать мне шапку.

Возле моей квартиры он вернул мне шапку, дружески чмокнул меня в щеку и как ни в чем не бывало пожелал мне спокойной ночи, пообещав заскочить завтра. Я криво улыбнулась, сделала ему ручкой, проследила, как он спускается по лестнице, показала язык соседкиному «глазку» и отперла дверь.

Первое, что я увидела, – это огромные глаза домового, который делал мне знаки держать рот на замке.

– Говорить буду я, – деловым голосом затараторил он, – а ты слушай и делай вид, что тут никого нет вообще, и ты одна. Вообще ни слова не говори, даже не кивай!

Я сделала каменное лицо и принялась молча раздеваться.

– Значит так. Сейчас разуешься – и прямиком в ванную. Ну или в туалет, там тоже чисто. Цыц! – шикнул он на меня, заметив, как я, не сдержавшись, уже открыла рот, чтобы засыпать его вопросами.

Я не спеша разулась, закинула шапку на полку, не спеша протопала в ванную. Заперлась изнутри (новая полезная привычка!), села на край ванны и стала ждать домового с объяснениями.

Он немедленно просочился вслед за мной и стал докладывать обстановку, предупредив меня, чтобы я говорила как можно тише. Я даже воду открыла, как в кино.

– Как только вы ушли, появился тип с жучками.

Я не поверила своим ушам.

– С чем?

– С жучками и камерами!

– И ты его впустил?

– Он ключами дверь открыл! Я думал, это вы вернулись, может, забыли чего. А это тип. Ну я решил посмотреть, чего делать будет. А он давай жучки втыкать и камеры вешать. Быстро управился, профи! Короче, прихожая, коридор, кухня и зал просматриваются.