Стекло и дерево - Сергей Буянов

Ковёр на полу, собран и скомкан в бесформенный тюк, на нём телевизор вниз экраном, ни одного стула, стоящего на ножках, – все валяются, как попало, а на их ножках и спинках повисли разбросанные вещи из раскрытых настежь шкафчиков стенки.

– Что это? – испуганно спросила Эвелина.

– К тебе кто-то приходил? Постой! Ничего не трогай! – гены сыщика тотчас проявились у Алины. – Ты уходила из дому?

– Подожди, дай подумать, – Эвелина напряглась. – Приходила Люська!

– Что она делала?

– А кто её знает? Бегала, бегала, щебетала что-то. Может, искала чего.

– Ну, так ведь нельзя! У тебя деньги не пропали?

– Мои деньги лежат у меня в кармане.

– Давай проверим твою комнату! – Алина решительно прошагала к кабинету. Здесь всё оказалось на своих местах.

– Проверь, ничего не пропало?

Эвелина не понимала, что случилось, и не разделяла тревоги своей тёзки. Какой чепухой забита голова подружки! Дурная наследственность, не иначе. Эвелина присела на кровать и опустила руки.

– И что?

– Ничего.

– Ничего не пропало?

– Нет, – Эвелина решила ничего не рассказывать, всё равно никто не поймёт. – Я искала книжку.

– Книжку? Но ведь как раз книжная полка-то и не тронута! – Алина подозрительно покосилась на подругу. Что-то она скрывает, только вот зачем?

– Маленькую такую, записную книжечку. Куда сунула не помню. Видишь дома, какой беспорядок! Что тут найдёшь?

Алина всё поняла. Она сама не раз пребывала в таком отчаянии. Потеряется, дорогая сердцу, вещь, так становишься одержимой, ищешь повсюду, тут не то, что мебель, весь дом перевернуть готова!

– Не нашла?

– К сожалению, нет.

– Тогда давай так поступим: всё уберём на место, а наутро, может быть, эта книжка сама попадётся на глаза!

Эвелина молча согласилась. Они расставили стулья по местам, телевизор на тумбочку, ковёр на пол, вещи в шкафы.

– А тебе сильно нужна эта книжка, то есть, срочно?

– Почему ты спрашиваешь?

– Так, может я смогу чем помочь. Может, я знаю то, что тебе нужно в этой книжке?

– Нет. Ты не знаешь.

Алина прекратила допрос, но подозрения её не отпускали. Что-то тут не то. Кто-то приходил, возможно, угрожал Лине. Вон она как напугана! Этот кто-то может в любой момент вернуться, тогда случится непоправимое! А она, вот так, возьмёт и уйдёт, а потом всю жизнь не простит себе преступную халатность.

– Тебе нельзя оставаться одной! – твёрдо сказала Алина.

– А вот мне бы, как раз, хотелось этого больше всего. Понимаешь, Лина, я так устала. Отдохнуть бы. Мне даже говорить не хочется.

– Ну и хорошо, молчи, отдыхай, а я рядом побуду.

– Ты только не обижайся, Лина, но ты станешь мне мешать.

– Ну и пусть! – разозлилась Кудрина. – Всё равно останусь! Ты хоть будешь знать, что кто-то есть рядом.

– Я не смогу заснуть.

– Я тут заметила аптечку, – Алина раскрыла верхнюю полку шкафа, вынула ящичек с выбитым медицинским крестом. Она подошла к дивану, придвинула к себе столик с телефоном и набрала номер. В трубке тишина. Она посмотрела на провод, так и есть, отключен. Алина воткнула розеточный шнур в гнездо и набрала номер ещё раз.

– Алина? Я же просил, не отвлекай меня, пожалуйста, хотя бы ещё пять минут!

– Володя! Я звоню от Лины. Это очень важно и срочно, – инстинктивно Алина прикрыла трубку ладонью.

Эвелина поняла, подруга хочет сказать что-то личное, и вышла из зала.

– Что?

– Тут что-то нехорошое творится. Лина напугана! Я не могу много говорить, – Алина с опаской глянула на выход из комнаты, – в общем, я останусь тут на ночь.

– Конечно, конечно, – сдержанно согласился Владимир. – Мне предупредить папу?

– Я сама. Ты мне вот что скажи, тут я аптечку достала, какие лекарства снотворные, ты знаешь?

– Нет. Хотя, постой! Моя бабушка принимала на ночь какой-то зепам. Это не снотворное, но ей помогало. А что, уснуть не можешь?

– Я-то? Это только с тобой о сне забываешь. Это для Лины, она вся такая взвинченная, напугана чем-то, ей бы уснуть.

– Не лучше ли позвать врача?

– Да зачем такая канитель? Пока «Скорую» дождёшься, уже рассветёт! Да и потом, фельдшер станет вышибать деньги за лекарство, за шприц, а у меня с собой почти ничего нет, так только на трамвай. Давай я буду читать, что тут есть, а ты мне подсказывай, какие таблетки дать!

– Алина! У меня ведь есть знакомый врач-психиатр! Давай я ему позвоню и проконсультируюсь.

– Зачем человека тревожить? Тем более, нового знакомого, ведь у тебя раньше не было друзей из медиков! Ты только скажи, вот аспирин, не пойдёт, конечно, а вот какие-то мелкие-мелкие таблеточки, нитро дальше стёрлось уже.

– Нет, так не пойдёт, ты отравишь девчонку, да и всё.

– Да погоди ты, – увлеклась Алина, – вот, фенобарбитал! У Булгакова читал?

– Ну и что? Сколько ты ей дашь? А вдруг лишку?

– Человеку плохо, а ты рассуждаешь! Ну что будет от парочки таблеток?

– Знаешь, я всё-таки позвоню. А ты пока ничего самостоятельно не делай, хорошо?

– Хорошо, только ты давай поскорее!

Владимир позвонил в отделение. Рима Николаевича не оказалось. Оказывается, сегодня он не дежурит. А вот завтра, пожалуйста!

Вахтёрша в общаге долго морочила голову вопросами: что, да как, да зачем. Потом только сообразила, что требуют «из органов», сбегала в комнату Любимова, поколотила в дверь. На требовательный стук вышел сосед и поведал, что хозяин запертой комнаты не появлялся, и где он сейчас, понятия не имеет.

Тогда Владимир потребовал позвать к телефону любого врача!

Вахтёрша вздохнула в трубку и выматерилась в сторону, но сходила к тому же соседу. Тот сказал, что он никакой не врач, а сантехник! Поочерёдно несколько человек отказалось подойти к телефону. С ментами связываться не захотел никто. Вахтёрша попала в безвыходное положение. В общежитии для аспирантов медицинского ВУЗа не оказалось ни одного врача! Она, не долго думая, задержала на входе первую попавшуюся девушку, с кафедры биофизики.

– Представьтесь, пожалуйста, с вами говорит капитан госбезопасности Комаров.

– Я, я.., – задохнулась от страха молодушка. – Инна.

– Инна…?

– Инна Эмильевна Фёдорова.

– Давали клятву Гиппократа?

– Так точно!

– Сержант?

– Так точно! – согласилась Инна и густо покраснела. Зачем соврала, если она младший лейтенант медицинской службы?