Осознанная необходимость - Ирина Горбачева

— Ему легче, у него только лицо пострадало, а вот его мама в тяжёлом состоянии. Один он без неё не справится. А его больше не могут держать в больнице. Я вернусь в Южногорск. Роме нужна моя помощь.

— Давай, всё это обсудим, когда нам всем разрешат покинуть эту квартиру, — успокоила я её.

Ольга оказалась приветливой доброй женщиной. После окончания всех формальностей с полицией, она всех собрала нас у себя, с просьбой подробней рассказать, о произошедшем. Марек не выходил из своей комнаты, и даже Лера не смогла его уговорить посидеть с нами за большим круглым столом, предусмотрительно накрытым к вечернему чаю.

Мы сами сначала не всё понимали, но сложив все факты воедино, сложилась вполне ясная картина, жизни Юры и участие в ней Геры. Оля, опустив голову, плакала.

— Моя мама умерла, когда мне исполнилось шестнадцать. Как раз, в разгар Перестройки. Пришлось рано повзрослеть. Отец вышел из очередной отсидки. Намучилась мама с ним. Бил её очень. Бил, да пил. Меня, правда, никогда не трогал. Только мне от этого радости никакой не было. Хорошо, что вскоре посадили его. Я к тому времени на рынок в «Лужниках» пристроилась к одной женщине, Любаше. Повезло, помогла она мне очень, жалела меня. И присматривала, чтобы не приставали ко мне ушлые ребята, а потом, как говорится, от греха подальше, помогла с загранпаспортом и стала меня в Польшу посылать за тряпками. Через несколько лет, я уже свою точку имела на рынке. Для работы нужна была машина. Вот мне и посоветовали из Германии автомобиль пригнать. Познакомили с двумя парнями. Они уже несколько машин по заказу пригоняли. В России покупатель закажет, они предоплату возьмут, на неё и купят автомобиль. А вторую половину, получают после передачи автомобиля и документов покупателю. Конечно, можно было и им сделать заказ, но решила сэкономить. Подумала, всё равно в Польшу надо ехать за товаром, вот на своей машине и затарюсь. Дело выгодное. И машину продать можно и товар в ней привезти. Собрались и поехали. Но видно примелькались мои знакомые уже и в Польше и в Германии. Вычислили их братки местные. Остановились мы около одной частной польской гостиницы недалеко от границы Германии. Вернее подъезжали к ней, в этой гостинице ребята всегда останавливались. Но надо было такому случиться, что у меня мотор заглох. Троса не оказалось. Ребята меня оставили на дороге, а сами в гостиницу помчались за помощью. Только слышу с той стороны, куда поехали, выстрелы. Испугалась я. Стемнело. Вокруг лес. Думаю, раз вычислили, значит, знают, что следом я еду. Подумала, а потом решила дёру дать. В сумочку, деньги и документы мои и на машину собрала и в лес. Бежала, сколько могла, пока не наткнулась в забор усадьбы.

Польша. 1992 г.

От продолжительного бега Ольга очень устала. Увидев свет фонарей, она из последних сил добралась до небольшой усадьбы. В окне дома горел свет. Боясь шуметь, она осторожно перебралась через ограждение усадьбы и постучалась в окно, в которое выглянул молодой мужчина. Увидев её, он, молча, потянул Ольгу за руку, затянув её в дом, и быстро захлопнул за ней дверь.

— Матка Бозка, русская? — спросил её мужчина.

— Да. Спрячьте меня, пожалуйста, — Ольга поняла, что он понимает русский язык, — за мной, наверное, гонятся.

— Наверное, или точно? Для че`го? — Оля достала документы на автомобиль и протянула их мужчине.

— Понятно. Убери, — отдал он их ей. Иди в ванную, там халат моей сестры. Все вещи спрячь в стиральную машинку.

Ольга наугад пошла в ванную, открыла, показавшуюся ей подходящую дверь, и обомлела. В небольшой комнатке сидела огромных размеров собака. Из уголка её пасти свисала длинная тягучая слюна.

— Что ты, что ты! Ванна дальше, — мужчина быстро захлопнул дверь комнаты с собакой.

Проводив Ольгу в ванную, он, молча, вывел собаку во двор и закрыл за собой дверь. Она послушно села на пороге дома. Мужчина прошёл в другую комнату и вынес ружьё. Проверив его, загнал в дула два патрона и поставил ружьё около входной двери.

Уставшая Ольга уже лежала в постели в комнате сестры мужчины, когда услышала громкий и грозный лай собаки. Она, со злым рыком и глухим лаем бегала вдоль забора, не давая возможность кому-либо пройти на участок.

— Да здесь её точно нет, собака разорвала бы её на части, — послышалась польская речь.

Потом, кто-то ругнулся по-русски, и преследователи побежали к другому дому. Но радоваться было рано. Кто-то стал отчаянно стучать по калитке, вызывая хозяина дома. Видно, бандиты шли назад после обхода соседних домов. Опять громко залаяла собака. Оля испугано выглянула из комнаты.

— Не переживайте, ложитесь. Сейчас они уйдут.

Хозяин взял ружьё, вышел на веранду и два раза выстрелил в воздух.

Наутро мужчина пригласил Ольгу к завтраку. Он разлил кофе из фарфорового кофейника в красивую чашку. Предложил сливки из сотейника. На свежий с хрустящей корочкой хлеб намазал сливочное масло тонким слоем, сверху положил сыр и ветчину с листочком свежего салата и всю эту конструкцию предложил Оле. Они, молча ели, лишь улыбаясь друг другу. Ольга смущалась.

Первый раз её окружала такая обстановка. Не богатая, но светлая красивая кухня. Не то, что было у неё дома. Пока была жива мама, дома можно было видеть бедненький, они с ней перебивались с копейки на копейку, но уют. Но как вернулся из заключения отец, от маминого уюта не осталось и следа. Вечные попойки с грязными неадекватными собутыльниками превратили квартиру в бомжатник. Как Оля не старалась, более, менее чисто в квартире было, пока она была дома. Но, когда приезжала из вояжей не знала, за что браться.

Поблагодарив хозяина за завтрак, Оля встала и хотела собрать посуду со стола, но мужчина её остановил.

— Подождите. Давайте знакомиться, — он встал, протянул Ольге руку и представился, — Марек.

— Ольга.

— Очень приятно, пани, — Марек поцеловал руку Оле, чем привёл её в полное смущение.

— Что вы намерены дальше делать?

— Мне надо добраться до Варшавы, а там поеду поездом домой, в Москву. В Варшаве у меня знакомые, они смогут достать мне билеты до Москвы.

— Не думаю, что так будет правильно. Они вас там будут ждать. Им нужны документы на автомобиль. Хотя не проблема сделать новые, но они будут фальшивые. А у вас настоящие немецкие.

— Что же мне теперь делать?

— Вот что Ольга. Вам надо где-то переждать. Они покрутятся и успокоятся.

Вас дома ждут муж, дети?

— Что вы! Я и замужем не была.

— Если хотите, я предлагаю вам вернуться в Германию. Не удивляйтесь. У нас с сестрой под Франкфуртом-на-Майне маленькая гостиница и магазинчик при ней. Там они вас точно не найдут. Поживёте у нас неделю, другую, а домой поедите прямо из Берлина. Я вам помогу.

— Неудобно. И кто меня обратно в Германию пропустит?

— Не переживайте, со мной пропустят.

Ольга испугано смотрела на Марека и боялась дать положительный ответ. Россия кишит бритоголовыми мальчиками, в Польше положение не лучше, Германия только объединилась, там тоже не всё спокойно. А тут он ей предлагает уехать так далеко.