Где находится край света - Ольга Меклер

– Ничего, пусть привыкают! Не будет же она жить здесь, как в клетке, – и мы покинули спальню. Не прошло и двух минут, как непривычную тишину взорвал дикий вой. Не самая приятная привычка жителей юга Израиля к обстрелам взяла свое – поначалу мы приняли его за сирену воздушной тревоги и кинулись к двери, но, вовремя поняв, что звук доносится из новых апартаментов Сары, в мгновение ока сменили направление. Гостья, вздыбив шерсть, сидела на трюмо с вытаращенными глазами. Том и Леля, демонстрируя редкостное единодушие, – на кровати. И все трое как-то удивительно слаженно выли, в упор глядя друг на друга. Мы расхохотались, сгребли в охапку оскорбленных в лучших чувствах старожилов и вышли, на сей раз закрыв дверь.

Сара покорилась судьбе. Обосновалась на трюмо – там же спала, там же приводила себя в порядок. Дважды в день мы приносили ей еду, меняли воду, чистили туалет, брали на руки и ласкали. Ласку кошка принимала благодарно, еду – как должное, но заточение было ей явно не по вкусу – всякий раз, когда визит заканчивался, она пыталась выйти с нами. Да и мужу доставляло мало удовольствия спать в одной комнате с кошачьим ящиком. Через пару дней я вновь решила рискнуть и оставила дверь открытой.

Робко, будто делая первые шаги, Сара вышла из своей темницы и, принюхиваясь и приглядываясь, добралась до густонаселенного салона (так вот претенциозно в Израиле называется холл, большая комната). Леля неприветливо глянула на узницу, Том напрягся, котята никак не отреагировали, но вызвали определенный интерес у гостьи, что она и не преминула выразить, потянувшись мордочкой к Шоко – более смелому и озорному. И тут мамашу прорвало! С диким воплем она кинулась на захватчицу, и живой клубок с воем и мяуканьем покатился по полу. Том на долю секунды остолбенел, затем кинулся в гущу битвы в надежде разнять дерущихся, но песочно-серый цвет менялся на бело-серебристый с такой скоростью, что разобраться, где кто, не представлялось никакой возможности, и он заметался так же бестолково, как и мы. Наконец воительницы притомились и разошлись передохнуть перед новой схваткой. Дочь, используя момент, бросилась к Саре, а Том… Том с воплем прыгнул на Лелю и вцепился в нее мертвой хваткой. Конечно же, я осуждала агрессию своей любимицы, но материнские чувства возобладали:

– Том, паршивец, что же ты делаешь?! Своих защищают, а не бьют!

– Мама, но он же ведет себя, как папа, когда мы с тобой ругаемся! – заступилась за миротворца дочь. Вот уж воистину!

Итак, Сара была водворена в темницу, хозяева постепенно угомонились – справедливость восторжествовала: большая часть территории осталась за ними, котята были в безопасности. Я же погрузилась в раздумье. Ждать, пока объявятся настоящие владельцы кошки, становилось все труднее, но сказать Маше «Неси, откуда взяла!», как это сделала когда-то моя мама, я не могла. В конце концов, никто не предполагал, что наши питомцы столь буквально воспринимают британское законодательство и принцип «Мой дом – моя крепость» для них не пустой звук! Приходилось терпеть. Объявления, размещенные на всевозможных сайтах, давали результаты, но звонившие дети и подростки, начинавшие нести что-то невразумительное в ответ на просьбу позвать кого-нибудь из взрослых, не вызывали у нас доверия. И вот раздался он, тот самый звонок! Милейшая женщина поинтересовалась, не нашлись ли хозяева, и выразила готовность подумать. Дело в том, что кошку она брать не собиралась, но двенадцатилетний сын потребовал или шиншиллу (представляете, Олечка? крысу в дом!), или – о, ужас! – игуану, и мама решила обойтись малой кровью. Фотография же бесхозной красавицы произвела неизгладимое впечатление на всю семью. Перезвонила она в 8 часов утра, опасаясь, как бы мы не нашли другие хорошие руки, и мы договорились, что в 3 часа пополудни экипаж с роскошной незнакомкой прибудет к парадному…

Никогда ни одному из своих животных я не готовила столь торжественной встречи! Саре были куплены домик-туалет и целый мешок игрушек, корм, предназначенный непосредственно для длинношерстных кошек, и суперрасческа, в ее честь была приготовлена рыба! Не возникало даже тени сомнения, что в этом доме кошке будет хорошо. У меня окончательно отлегло от сердца.

– Только вот… знаете, – застенчиво проговорила интеллигентная Аня, – мне не нравится имя Сара. Пусть она будет Клеопатрой – ей это имя больше подходит!

– Не вопрос! Считайте, что это было рабочим названием фильма, а теперь он выходит на экраны уже с новым, цветной и широкоформатный! Итак, Клеопатра, сокращенно – Клепа!

– Клепа! – радостно подхватила свита новоявленной царицы.

Послесловие

Иногда мы созваниваемся с Аней, и она рассказывает мне о подвигах и достижениях Сары-Клеопатры. И о том, как та привыкает к дому и его обитателям, и о том, как совершила беспарашютный прыжок с третьего этажа, а Аня с заплаканным сынишкой искали ее несколько часов, и о том, что кошка оказалась ласковой и послушной, но необычайно ленивой, и о том, что и наш найденыш, похоже, обрел наконец-то свою крепость.