Где находится край света - Ольга Меклер

Оказывается, он был не один. А Женя поначалу и внимания не обратила на шустрого украинского паренька Андрея, который теперь озвучивал заказ. Приняла, быстро обслужила и буквально сбежала от этого жаркого неотрывного взгляда – нашла себе какую-то работу в подсобке.

– Евгения, посетители просят, чтобы ты посидела с ними, – вездесущий Жак знал, где ее искать.

– Хорошо, – душа ликовала, а лицо горело, непослушные ноги дрожали и еле передвигались.

– Присаживайся, Женечка! – запросто кивнул Андрей. – Вот, мой друг хочет с тобой познакомиться, – и что-то быстро сказал по-английски своему спутнику.

– Yes! – подтвердил тот. – My name is Marian.

– Мариан?!

Они по-своему поняли ее удивленно-радостный взгляд:

– Это греческое имя, означает «морской».

– Я знаю, моего сына зовут Мариан. My son is Marian, – с трудом складывая слышанные когда-то английские слова, повторила она.

– Это судьба! – Мариан улыбнулся, взял ее руку и задержал в своей. – И наша встреча, и имя… Твой сын тоже будет моряком, вот увидишь!

Она не заметила, как в приятной легкой беседе и обслуживании других столиков пролетел вечер. Около полуночи подошел Андрей и, неловко переминаясь, выдавил:

– Он приглашает тебя в гостиницу…

И Женька, Евгения Зиновьевна, молодой перспективный педагог, любимица учеников и их родителей, красивая женщина с умным взглядом, замужняя дама, тридцатидвухлетняя мать двоих сыновей, не раздумывая кивнула:

– Да.

Вверх-вниз-перекат-гладь… Вверх-вниз-перекат…

Они бросились в эту любовь, как в море: то погружаясь в самую пучину, то всплывая и резвясь на поверхности, то расслабленно покачиваясь на волнах.

Мариан не знал русского, Женя – ни одного из пяти знакомых ему языков. Но влюбленные изобретательны, и там, где не хватало слов, говорили глаза, руки, губы. Она приобрела англо-русский разговорник и носила его с собой в сумочке, готовясь к свиданиям, как к урокам. Моряк тоже проявил недюжинную смекалку. Однажды дома раздался телефонный звонок. Трубку взял муж.

– Это тебя, какая-то девчонка, – и добавил ворчливо: – Даже в выходной не могут оставить в покое!

– Здравствуйте, Женя! – Девочка, явно выросшая здесь, старательно выговаривала уже с трудом дающиеся ей русские слова. – Я звоню из кафе. Здесь сидит Мариан. Он ждет вас.

– Да-да, конечно, я смогу подменить тебя сегодня! Через полчаса буду на месте, – и кинулась лихорадочно собираться.

Никогда и ни с кем она не испытывала больше такого блаженства, такой неизъяснимой близости, такого непреодолимого желания раствориться в нем без остатка.

– Почему ты плачешь, Женя?

– Мне так хорошо с тобой…

– А дома? Разве дома тебе плохо?

– А дома муж. Он все время ругается и пьет. Давно мне изменяет. И бьет меня, – ей вдруг захотелось рассказать ему то, о чем не знали даже лучшие подруги. Всхлипывая, она сопровождала и заменяла слова жестами, боясь, что не поймет. Но он понял. И долго молчал. Наконец заговорил:

– Завтра мы пойдем в голд шоп, и ты выберешь себе самое красивое украшение, какое захочешь, хорошо?

– Нет! – Женька испуганно замотала головой – не хватало еще, чтобы он подумал, что ей от него что-то нужно!

Мариан нежно провел рукой по ее волосам, по лицу и продолжил:

– Ты знаешь, я ведь хорошо зарабатываю, у меня много денег. А на берегу всегда много женщин, готовых ради этого на все. Я мог бы купить любую. Но мне они не нужны. А ты… Когда я впервые увидел тебя, твои глаза, я подумал: «Боже, сделай так, чтобы эта женщина была со мной!» У меня есть жена. Она очень славная, но я никогда не чувствовал с ней того, что с тобой. Я не покупаю тебя, Женя, и знаю, что ты не возьмешь денег. Но мне очень хочется сделать для тебя что-то, хочется, чтобы осталась какая-то безделушка на память обо мне. Я взял у капитана зарплату за два месяца, и… Позволь потратить ее на тебя!

– А знаешь что? – Женькины глаза озорно блеснули. – Давай ее прокутим!

И они закутили.

Вверх-вниз-перекат-гладь… Вверх-вверх-вверх!

– Шлюха! Моряцкая подстилка! – с перекошенным от злобы лицом Влад потрясал перед ней разговорником. – Сколько он тебе платит?!

– Сколько платит? Да уж побольше, чем ты – он… я себя с ним женщиной чувствую, понял?! Красивой, любимой, желанной!

– А со мной, значит, уже не чувствуешь?

– А с тобой, как выяснилось, никогда не чувствовала! – и выскочила за дверь, воспользовавшись его замешательством.

Поздней ночью Мариан провожал ее домой. В подъезде обнял, притянул к себе.

– Женя… Женя, я сейчас позвоню в дверь. Твой муж откроет, и я скажу ему, что люблю тебя, что ты лучшая из женщин!

– Не надо, Мариан. Я очень люблю тебя, но ты скоро уедешь, а я останусь… – порывисто прижалась и мягко оттолкнула – иди…

Спустя два дня его корабль ушел к турецким берегам.

Ма-ри-ан… Ма-ри-ан…

Через полгода Женя развелась с Владом. Он уехал в Европу, женился во второй, а затем и в третий раз. Заключение второго брака ознаменовалось курьезом: в качестве свидетеля под рукой оказалась… Женька! Она-то и заверила регистратора в том, что господин брачующийся никакими подозрительными узами не связан. И даже пояснила, кем является, повергнув служащую мэрии в состояние легкого ступора.

Дети выросли, выучились. Когда пришла пора определяться, Мариан Младший, ничтоже сумняшеся, бросил одиннадцатый класс и ушел в школу морских офицеров – судьба!

А Женя еще много лет получала со всех концов света открытки, лаконично подписанные твердым убористым почерком: «С уважением, Мариан».

2015