Наваждение (сборник) - Николай Куценко

Он взял телефон и набрал номер Веры:

– Ты… ты меня закрыла! – еле выдавил он из себя. Голос все еще дрожал и каждое слово давалось с трудом.

– Привет, разве? – неуверенно сказала Вера, затем что-то зашуршало. – Слушай, точно, я думала, что просто захлопнула, а ключ-то у меня в сумке остался. Ладно, не переживай, я скоро буду.

– Мне не скоро, мне… сейчас надо! – закричал Дмитрий.

– Ты чего так орешь? Я же сказала: скоро буду.

– Ты, ты – сволочь! Мразь! Вот кто ты!

И тут Вера сделала следующее – она просто положила трубку, ничего не ответив. Дмитрий, не понятно зачем, повторно крикнул в трубку:

– Сволочь! Вот ты кто! Сука!

Он подошел к двери и подергал за ручку. Замок не открылся. Затем он прыгнул на кровать и изо всех сил стал бить кулаком по подушке – его душила непонятная смесь обиды с наивностью. Неужели он не понимал, кто-такая Вера? Понимал, с самого начала понимал. Но он верил, что сможет изменить ее, что именно с ним она расцветет как женщина, что именно он и будет тем единственным человеком в его жизни, с которым наконец-то можно спокойно встретить старость. «Ведь такой была его жена», – промелькнуло у него в голове. И ему вдруг стало обидно: сначала за себя, потом за нее. Почему так все происходит? Почему? Ему вдруг захотелось позвонить жене. Извиниться перед ней. Все объяснить. Он знал: Ира простит, Ира все поймет. Он знал, но звонить не решался – ему не хотелось туда, назад, в прожитую жизнь, где он знал каждый миллиметр, где ему было уже не интересно. А главное – не интересна эта женщина. Хотя и очень хорошая женщина.

Он сел на кровать и почувствовал во рту солоноватый вкус – это были его слезы. Сколько же лет он не плакал? Дмитрий не мог этого вспомнить. Да и не важно это было. Подумаешь, слезы. Со всеми бывает. Он вспомнил себя маленьким: рядом с ним сидит его мама и вяжет ему свитер, а он держит ее за руку и спрашивает о смерти. Да, именно о смерти. Он почему-то помнил, что в детстве больше всего боялся умереть. И когда мама его успокаивала, он подолгу не верил ей. Думал – она жалеет его, своего единственного сына. Ему захотелось увидеть маму и он решил, что при первой возможности поедет к ней. После этого страх прошел, будто его и не было. И обида прошла. Вера показалась ему маленькой песчинкой в его жизни, а главное – несущественной песчинкой.

В замочной скважине зашуршал ключ – в квартиру зашла молодая девушка, очень похожая на Веру. Только моложе лет на пятнадцать. На вид очень милая. С большим бюстом и узкими бедрами.

– Привет, – внезапно сказала она, – Я Саша.

– Привет, – опешил Дмитрий и от неожиданности прижался к двери, – Я Дмитрий.

– Знаю, мать сказала, что ты дома.

– Когда?

– Вчера еще, – сказав это, она осмотрела Дмитрия с головы до ног. От этого он почувствовал себя неловко, словно был на осмотре врача, – А ты это… ничего еще такой!

– Спасибо…, – все еще не понимая, как себя вести, сказал Дмитрий. – Ты тоже ничего, – зачем-то добавил он и сразу подумал, как это неуместно.

– Я рыбу принесла, в холодильник положить надо. Сможешь или мне зайти?

– Смогу… хотя ты лучше зайди, мне ехать на работу надо.

– Хорошо, Вы только рыбу сегодня ешьте, мне мой парень привез из командировки. Свежая!

– А кто твой парень? – зачем-то спросил Дмитрий, особо не интересуясь ответом.

– Препод наш, по химии.

От услышанного Дмитрия передернуло – его правая щека немного приподнялась, а рот скривился в несуразной улыбке. Саша это заметила.

– Ты не удивляйся. Он – нормальный. Рыбу нам с матерью все время возит и икру иногда. В общем – человек нужный в семье. Ну и в постели ничего, иногда даже очень.

– Понятно.

– Матери он тоже нравится. Так что надо вас с ним познакомить, – на полном серьезе сказала Саша, – будете друзьями!

Дмитрию вдруг стало противно – он видел перед собой такую же Веру, только маленькую. Но уже с теми же повадками и поведением. Он снял свою куртку с вешалки, взял в руки сумку и вышел из квартиры. За спиной он услышал «Пока», но ничего не ответил.

На работу он приехал через час. Начальник сидел в своем кабинете и что-то печатал на компьютере. Рядом с ним стояли два московских продавца. Когда Дмитрий зашел, все посмотрели в его сторону. Начальник сделал жест рукой, показывая на стул. Дмитрий понял – босс в хорошем расположении духа и наказания ждать не стоит.

– Дима, ты чего в дверях встал? Заходи! Присаживайся. Мы как раз тут твои проекты обсуждаем.

Дмитрий повиновался: он прошел вдоль кабинета начальника, и сел на самый дальний стул. Затем он достал компьютер и блокнот, готовясь что-то записывать.

– Да ты спрячь это. Не нужно. Мы просто так общаемся.

– Да пусть… На всякий случай, – промямлил он. Дмитрий чувствовал себя смущенно и виновато. Мысль о том, что он пропустил встречу с начальником, угнетала его. Он ждал неприятностей всем нутром. Он думал – не пронесет. Но в этот раз пронесло – у начальника непонятно откуда было отличное настроение. Они поговорили о каких-то будущих проектах, о стратегии развития бизнеса и еще о чем-то. Затем начальник внезапно сказал:

– Дима, а ты обедал?

– Нет, только вот думал об этом, – Дима знал, куда клонит начальник.

– Может, давай вместе сегодня?

– Можно, в принципе. Сейчас только компьютер оставлю в кабинете.

– Тут оставь. Пойдем, а то у меня только час.

Когда-то, много лет назад, Дмитрий дружил с начальником. То ли оттого, что они пришли в компанию в один день и вместе стояли на ресепшн, то ли оттого, что в начале своей карьеры начальник был человеком дружелюбным и мягким. Уже и не вспомнить. Но последние годы сильно изменили босса, испортили его характер. Босс не любил общаться с подчиненными неформально, тем более обедать. Как правило, он делал это в полном одиночестве. Но сегодня начальник был не похож на себя – шутил, смеялся, в общем, вел себя странно. Не так, как обычно.

Они пошли обедать в русский ресторан, находившийся в соседнем здании. Босс сразу же заказал два бизнес-ланча и, когда официант уже собирался уходить, – водочки. Делая заказ, он спросил Дмитрия:

– Водочки?

– Да можно. Почему бы нет?

– Девушка, сделайте нам водочки графинчик.

– А сколько налить?

– Да грамм 200 можно, хотя лучше 300. Мы же выпьем? Тебе никуда не надо? – посмотрел он на Дмитрия.

– Да нет, не спешу.

– Ну тогда 300, – и он протянул меню официантке. – Давно мы с тобой не сидели, Дима.

– Так это не по моей вине. Ты же сам людей чураешься. Все больше один.

– Да, верно говоришь. Я стал таким на этой работе.