Я сказала правду - Керстин Гир

– Я всегда буду тебе за это благодарна. – Чарли поцеловала его в щеку, и Оле на мгновение отвлекся. Воспользовавшись этой возможностью, я отпихнула его ногу и захлопнула дверь.

– Эй! – крикнул Оле. – Вообще-то я еще не закончил!

– Оставь ее, – попросила Чарли. Несмотря на обилие коробок от яиц, мне было слышно каждое слово. – На нее сейчас столько всего навалилось. Ну, и тебе, конечно, тоже нелегко. Мне жаль, что так вышло с Миа. Вы поговорили?

– Все это очень сложно, – сказал Оле. Да уж, это точно.

– Она любит того, другого? – спросила Чарли.

– Откуда мне знать? Мы это не обсуждали.

– Но она знает, что ты в курсе про ее измену?

– Не знаю. Без понятия, что думает Миа. Как я уже сказал, все это очень сложно. Мы в последнее время мало друг с другом разговариваем... я и Миа.

– Но... Слушай, но как, же так можно! Такие вещи нужно обязательно прояснять. Ведь вы же женаты.

– Я знаю, – произнес Оле. – Поэтому я здесь.

– А какое Герри имеет к этому отношение? – спросила Чарли. – А, я поняла! Потому что Миа думает, будто между гобой и Герри что-то есть!

– Я же сказал, я не знаю, что думает Миа. И что думает Герри, я тоже не знаю.

«Герри и сама не знает, что она думает», – пронеслось в моей голове. Я покинула свой пост для подслушивания у двери и легла на диван.

Буквально через минуту в комнату вошла Чарли.

– Оле ушел. Слушай, а тебе тоже кажется, что он ведет себя как-то странно?

– Он думает, что между нами что-то было, – объяснила я.

Чарли прилегла рядом со мной на диван:

– Что?

– Он был настолько пьян, что уже не разбирал, где сон, а где явь. И когда утром он проснулся рядом со мной голый, то просто сам себе что-то напридумывал.

– А почему он был голый? – удивленно спросила Чарли.

Я пожала плечами:

– У него с собой не было пижамы.

– Но ведь нельзя не помнить, был у тебя с кем-то секс или нет, – пыталась рассуждать Чарли.

– Да ну? А как же случай с тем типом, когда ты боялась, что забеременела только оттого, что уснула у него на диване?

– Его звали Каспар. И это было совсем другое. Я тогда реально вырубилась.

– Вероятно, Оле тоже.

– Но ты, конечно же, объяснила ему, что все это чепуха? – спросила Чарли.

Я снова пожала плечами:

– Он мне не поверил. – Я села. – Чарли, я больше не могу этого выносить. Чем показаться еще кому-нибудь на глаза, я лучше сама добровольно пойду и сдамся в психушку. К тому же там тепло и сухо, и мне будут давать достаточно сносной еды.

– Чушь собачья. По-моему, ты только выиграла от всего случившегося. Ты сказала людям, что о них думаешь, и теперь наконец сможешь легко отделить зерна от плевел. И иметь дело только с теми, кто для тебя действительно что-то значит и любит тебя по-настоящему.

– Но перед ними мне тоже стыдно, – созналась я.

– Стыдно? Да ты что, тебе сколько лет? Стыд – это для маленьких девочек, – безапелляционно заявила Чарли.

– Сегодня Адриан из издательства звонил моим родителям. Это тот тип, которому я написала, что считаю его очень сексуальным, что его подружка ему не подходит и что под мою грудь не влезает ни одного карандаша. Тебе на моем месте не было бы стыдно?

– Нет, – сказала Чарли. – Ведь все это правда.

– Но я, же его совсем не знаю.

– Тем более. А чего он хотел?

– Он хотел послать венок на мои похороны и спросить, могут ли они посмертно издать мой роман о вампирах.

– Ну, так это же замечательно! – воскликнула Чарли. – Значит, у тебя снова есть работа!

– Ты не ослышалась: роман о вампирах, – повторила я, стараясь придать своему голосу как можно более презрительный тон.

– И где он? – спросила Чарли.

Я махнула рукой на ноутбук:

– Вон там. «Путь Ли в мире тьмы». Но, если ты боишься крови, лучше не читай.

Чарли пришла от Ли в полный восторг. После того как она взяла мой ноутбук и открыла файл, она умудрилась меньше чем за сорок пять минут прочитать восемьдесят страниц. Все это время я сидела напротив нее и наблюдала. Чарли явно была захвачена разворачивавшимися в романе событиями. Иногда она даже принималась грызть ногти, а это она делала только в кино.

– Просто супер, – произнесла Чарли, дочитав до конца. – Очень увлекательно. А что будет дальше? Ронина и сэр Амос поженятся?

– Ну, этим вопросом читатели должны задаваться в каждом романе, – ответила я. – Я задумывала этих героев по типу Кларка Кента и Лоис Лейн. Или Ремингтона Штеле и Лауры Холд.

– А, я поняла. Это чтобы было еще интереснее. А когда ты напишешь следующий?

– Чарли, я не пишу романы о вампирах. Это же полное фуфло.

– Но фуфло очень увлекательное, – возразила Чарли. – И вообще, с каких это пор у тебя появились такие литературные притязания? То, что ты ведешь себя, как юный Вертер, еще не значит, что ты Гете[19]. Не говоря уже о том, что мне этот самый Вертер всегда казался ужасно противным. Вся эта возня, жалость к самому себе, которые он развел из-за этой Шарлотты. Я пойду с к твоему Адриану из издательства и скажу ему, что ты будешь для него писать.

– Хм... – неуверенно промычала я. – Но в этой серии столько совершенно невообразимой ерунды...

– Ну и что? Скажешь ему, что хочешь работать на своих условиях: никакой ерунды и побольше денег. Все равно тебе терять нечего.

– Хм... – задумалась я.

– Пошли! Если он звонит, чтобы купить роман покойницы, значит, ему очень нужна эта хрень. Ты знаешь, как я люблю твои истории, но это не только романтично – это еще и очень увлекательно. И как-то даже... эротично со всеми этими темными силами, странным оружием и телепортацией, – сказала Чарли. – Так вот, не умаляя достоинств остальных твоих романов, в этом что-то есть. Ты только представь себе, что было бы, если бы эти изменники проникли в клинику доктора Олсена и захотели стащить оттуда все запасы крови. Если бы медсестра Ангела была вампиршей, а заведующего отделением Гозвина укусил бы оборотень... Да ты почти из любого своего романа можешь сделать историю о вампирах! Ну, то есть, я хочу сказать, трансформировать!

В ее словах была доля правды. С Ли у меня все получилось довольно легко. Чарли вдруг спросила:

– Сколько романов ты написала за последние десять лет?

– Двести сорок один. Если считать «Путь Ли» – двести сорок два.