Бизнес - Иэн Бэнкс

— Да, согласна.

— Ну конечно. Так вот, этот фильм, или видеодиск, или как там это называется — я не силен в технических новшествах, — переходит в твое распоряжение. Что с ним делать — решать тебе лично, хотя я вполне понимаю, что тебе, возможно, не захочется использовать его, так сказать, по прямому назначению. Может, ты сочтешь, что Стивену лучше узнать о происходящем не от тебя; в таком случае нетрудно будет донести до него эту информацию без твоего участия. Просто скажи мне — и все.

— В ваших устах все это звучит весьма продуманно, мистер Хейзлтон.

— Вот и хорошо. Я рад.

Стивен, помоги.

Что такое?

Передо мной стоит дилемма. Кстати, ты где?

Дома, а ты?

В Карачи, в Пакистане. У тебя там все в порядке?

Отлично. А ты, я смотрю, по всему шарику мотаешься. Итак, чем могу быть вам полезен, мадам?

Мне предложили новую работу.

Новую работу? Какую, к черту, новую работу?

Во-первых, это строго между нами.

Само собой.

Во-вторых, в Тулане.

Шутишь. Нет, вернее, подшутили над тобой. Тот самый клочок земли в Гималаях?

Именно.

Объясни. Сгораю от нетерпения. Это, надеюсь, не понижение? Ты никаких глупостей не наделала?

Это отнюдь не понижение. Глупостей я наделала массу, но довольно о моей личной жизни. Они хотят чтобы я… ну, сложно объяснить. Разведала как и что. Не могу тебе открыть все подробности, но меня хотят отрядить туда на постоянное место жительства. Чтобы я там осела, познакомилась с людьми и постаралась выяснить, как они будут реагировать на перемены, каковы их общие настроения.

Но там же ничего нет?!

Там горы. Сплошные горы. И девятьсот тысяч населения.

Какие же подробности ты не можешь мне открыть? Хотя бы примерно. Обещаю, дальше это не пойдет.

Черт, прямо не знаю. Ну, ладно: говорят, это важное задание. Оно поможет моему продвижению. Но ведь это повлечет за собой решительные перемены. Мне придется в корне изменить образ жизни, оставить дело, в котором я набила руку, отдалиться от друзей, с которыми я и так вижусь крайне редко. Что же касается моей нынешней работы — вообще не знаю, смогу ли потом когда-нибудь к ней вернуться. Я ведь разбираюсь только в технологиях, а они так быстро развиваются, что за год уже можно отстать. Пройдет максимум полтора года — и мои знания безнадежно устареют. А то, что мне сейчас предлагают, — очень масштабно и, скорее всего, растянется больше чем на полтора года. Короче, обратного пути не будет — знаешь, как компьютер говорит: «Внимание, данную операцию будет невозможно отменить».

Ой, матерь божья. Не знаю, что и посоветовать. Похоже, неограниченная информация — только у тебя.

Хорошо бы к ней вдобавок еще и неограниченные способности.

Они у тебя есть. Что тебе подсказывает внутренний голос?

У меня, наверно, раздвоение личности — во мне говорят два внутренних голоса. Один твердит: «к черту сомнения, соглашайся», а другой забился в уголок и пищит: «нет-нет-не-е-ет!» Кого слушать?

Я знаю, что делать.

Стивен, неужели?

Тут Эмма рядом, так что я сейчас посоветуюсь… шучу. Когда от тебя ждут ответа?

Неясно. Предварительные соображения надо высказать через неделю-другую, но, наверно, при желании могу тянуть до 99-го.

Ты ведь сейчас в Карачи. До Тулана рукой подать. Может, стоит съездить туда на пару дней?

Вообще-то до него две тысячи километров, но и в самом деле, сообщение удобное. Пожалуй, да. Ты прав. Наверно, так и сделаю. Только вот не знаю, как быть с принцем.

О да. Если не ошибаюсь, он тебя очень уважает, просто боготворит.

Попросту говоря, запал на меня.

Слушай, Кейт, ты все проявления любви принимаешь за похоть. Не исключено, что какие-нибудь из твоих поклонников — а может, и все — в тебя по-настоящему влюблены. А ты, Кейт, занимаешься этаким самоуничижением.

Ага, я, похоже, в прямом эфире с доктором Фрейзиером Крейном. Слушаешь мою исповедь. А я и понятия не имела.

Кейт, зачем сразу выставлять иголки?

А ты не подумал, что я, говоря словами бессмертной Уитни Хьюстон, «храню свою любовь для другого»?

Так или иначе, с принцем ты совладаешь. Кхм.

Надеюсь, но если серьезно, этот аспект тоже надо учитывать.

Так устрой себе эту поездку, или как ты там это назовешь. Ты ведь сейчас в творческом отпуске, да?

По идее, да, хотя и непохоже.

Вот и поезжай.

Хорошая мысль. Слушай, мне предстоит набирать себе штат сотрудников. Ты случайно не хочешь переехать в Тулан? Не сейчас, конечно, а когда все решится? (Шучу, шучу.)

У меня здесь кое-какие обязательства, дети в школу ходят. Плюс к тому Эмма не особо любит горы. Может, это женский предрассудок — туфли на шпильках и все такое.

Обязательства — это серьезно. Да ладно, говорю же — шутка. Но ты всегда сможешь меня навестить, ха-ха, да-да?

Ну конечно.

Слушай, не держи меня за… хотя, вообще-то, держи, как/когда хочешь. О боже, усталость начинает сказываться. Меня манит постель. Пойду к ней. И буду думать о тебе. Приятного тебе дня, а из моего пояса — спокойной ночи.

Бесстыдница ты. Желаю хорошо выспаться.

Выспишься тут. Я приложила к губам палец и поцеловала его, а потом дотронулась им до экрана в том месте, где читались слова «Желаю хорошо выспаться». Посмеявшись над своей глупостью, покачала головой. Закрыла лэптоп. Он пикнул, экран погас, когда крышка должна была вот-вот коснуться клавиатуры. Теперь работал только телевизор, правда, с выключенным звуком — показывал новости экономики. Выглянув в окно, я посмотрела на огни города, а потом перевела взгляд на угол между стеной и потолком. Вся мебель здесь была встроенная, камеру так просто никуда не воткнуть. По всей вероятности, за миссис Б. с любовником наблюдало какое-то более хитроумное устройство: сейчас можно вставить объектив камеры даже в очки или в датчик пожарной сигнализации — да мало ли куда; при этом даже не важно, где находится остальная часть устройства.

Я опять подняла крышку лэптопа; экран засветился. Посмотрела на последние строчки нашего разговора. «Обязательства».

— Стивен, Стивен, — прошептала я, — как мне быть?

DVD-плеер я пока не распаковывала: не было ни времени, ни желания подключать его к лэптопу. Диск, полученный от Пуденхаута, все еще покоился в кармане моего пропахшего сигаретным дымом жакета (все промышленники на яхте мистера Ч. много курили), висевшего в шкафу. Да мне и не нужен был ни диск, ни плеер. Я и так слишком хорошо помнила, как миссис Бузецки беззвучно кричит «о да, да, да».

Сохранять наш разговор на жестком диске лэптопа я не стала, просто отключила питание. А вслед за тем отключилась и сама.

Так, теперь мне предстояло небольшое развлечение: добрый мистер Чолонгаи одолжил мне свой «лир» (собственность компании). Самолет отличный, с удобствами на борту. Когда меня впервые предложили подбросить на личном самолете, я с ужасом ждала, что мне предложат зайти в туалет в аэропорту, потому что на борту такой возможности не будет. Между тем наивысший корпоративный статус лишается своего блеска, если ему не сопутствуют удобства, которые есть даже в современных междугородних автобусах.