Комерс. Тем, кто не дожил - Ефим Дикий

Когда Ирина позвонила мне и, рыдая, попросила немедленно заехать к ним домой, по интонациям стало понятно, что случилось что-то серьезное и неприятное. А когда я увидел начальственную супружескую пару, то даже испугался. Ладно бы Миша: что называется, мужчин шрамы украшают. А вот на Ирку было страшно смотреть: лицо представляло собой один большой синяк. По хате мрачно бродили «дружественные бандиты», которые сами, похоже, не очень понимали, что делать.

– Мишка, что случилось?

– Ну, как… Сам видишь.

– Да что такое-то? Вижу, как не увидеть. Чего случилось-то?

– Да вот, в хату залезли…

Хрущевка на Наметкина была населена по большей части людьми происхождения вполне пролетарского – и никоновский «мерседес» на общем фоне выделялся достаточно сильно. Часто подъезжали гости, многие – тоже на пафосных машинах. Но кто додумался грохать хату, на которой практически на постоянке сидят или бандиты, или охрана?!

– Может, Лазарь привет передает? – предположил подъехавший Краб.

– Да нет, вряд ли, – вмешался в разговор молчавший до этого Миша Армян. – Не его манера, у него на такое дерзости не хватит.

– С дерзостью все хорошо как раз. А вот стилистика точно не его, согласен. Больно грубо. Залетные это, по ходу.

Версия гастролеров стала базовой. Похоже, что налетчикам просто повезло попасть в тот интервал, когда на квартире не было тех, кто мог оказать им сопротивление. Причем подготовка со вдумчивой слежкой за хатой практически исключалась: по всему выходило, что орудовали гопники.

То есть технология была применена хорошо известная: первый грабитель залезает через балкон (лето, все открыто), наносит несколько ударов жильцам, после чего открывает входную дверь, запуская товарищей. Дальше дверь закрывается изнутри – и…

Все штатно. Но люди явно не знали, зачем они, собственно, пришли. Терпил долго били, но на выходе основной материальный ущерб пришелся на крабовские костюмы, которые Сашка незадолго до этого завез к никоновцам.

– Прикинь! – жаловался он мне. – Четыре костюма, в среднем по двушке грина. Да и хрен бы со шмотками – бедные ребята. Ирку, сдается мне, еще и трахнули заодно.

– Да ты чего?!

– Ну, что-то она буркнула по этому поводу, когда Мишка выходил.

– Ладно, забыли. Будем считать, что не было. Они и без этого ничё так огребли.

Судя по всему, грабители жутко разозлились, что попали на порожняк. Грохнули богатую хату, а там пустота, одни тряпки.

Мишка, кстати, проявил себя настоящим мужиком. Наличность лежала у него в портфеле, куда налетчики просто не догадались заглянуть. И деньги он не сдал, невзирая на побои. Другой вопрос – стоило ли подставлять морду (и не только свою) за пятерку грина. Парни на хату вломились, по всем признакам, достаточно отмороженные: могли и грохнуть с расстройства.

Единственное, что удалось вычислить быстро, – это откуда пришла беда. Этажом выше жили какие-то ханыги, часто с никоновцами конфликтовавшие. Наши ребята поимели с ними задушевную беседу с изрядной степенью устрашения, и жалкие пьяницы признались и в наводке, и в том, что именно с балкона их квартиры спускался первый грабитель.

Правда, толку с этого вышло по минимуму. Отбуцкали ханыг, конечно, по всей длине – но и только. Думали поставить на хату, но потом отменили. А самих налетчиков и след простыл, ищи-свищи. Не марковские же костюмы по всей Москве выпасать, в самом деле. Излишне пояснять, что в милицию обращаться не стали: «не по понятиям». А понятия тогда были простые: или работаешь с братвой, или с мусорами; сочетание категорически не приветствовалось.

Был у этой истории один позитивный результат, причем забавный. Как-то утром Никонова поехала с братвой на какие-то разборки. Вернулись все очень довольные: бандиты ржали в голос и даже Ирка улыбалась – как бы не первый раз за последние три дня.

Разбирались с какой-то бабой, причем конфликт был, кажется, даже не чисто по деньгам: мелкий косяк, который надо было разрулить. И разрулили, но престранным образом.

Ирка в сопровождении бандитов зашла на хату к обидчице и начала беседу следующим образом:

– Видишь, чего у меня с лицом?.. Понимаешь, что с тобой будет?!

Ну да – и тут «разрыв шаблона», хоть и совершенно неумышленный. Чего Никонову понесло на такую импровизацию – она и сама толком ответить не могла. Однако то, что оппонентка данным заявлением была сломлена сразу и вопрос решился без каких-либо осложнений, – факт несомненный.

С хаты наши друзья месяца через полтора съехали. От ужасных воспоминаний не так просто избавиться, и хрущевка все же не лучшее место для проживания серьезных комерсов. Башня в конце Ленинского проспекта выглядела в этом смысле куда импозантнее, да и до конторы оттуда добираться было гораздо удобнее и быстрее.