На бензоколонке только девушки - Фэнни Флэгг

Пойнт-Клиэр, Алабама

Сьюки уже покормила птиц – по-прежнему в основном синих соек – и немного повозилась в саду, но потом стало жарко. Август устроил пекло, и уже к восьми утра на улице слишком парило, ходишь весь мокрый насквозь. Был понедельник, и она подумывала, не одеться ли и не сгонять ли в «Уолмарт», закупить все продукты на неделю и выбросить из головы.

Только она вышла из душа, как в спальне зазвонил телефон. Мать была на заседании садового клуба, значит, наверное, Нетта. Обычно она просила захватить ей что-нибудь в «Уолмарте», а потому Сьюки завернулась в полотенце и побежала отвечать.

– Алло.

– Элис?

– Простите?

– Это Элис? Я звоню Элис Зяблик.

Сьюки внезапно узнала этот голос и быстро ответила:

– А, да! Это мисс Зяблик, да.

– Вам звонят из Висконсина, из Торговой палаты. Вы какое-то время назад спрашивали меня о Юрдабралински. Я все ждала, когда вы перезвоните, но вы все никак, и я сама нашла ваш номер, по телефонному счету. 251 – это какого штата код?

Сьюки запаниковала и соврала:

– Джорджия. – Но тут же пожалела и поняла, как это глупо, однако теперь уж поздно.

– Ну хорошо, слушайте, я тут для вас, милочка, нашла кой-чего. Интересное всякое про Юрдабралински. Мама говорит, что три из них были из WASP. Каково, а?

– WASP?[48]

– Ага, необычно, верно?

– Да. Я-то думала, они католички.

– Ну да, католички, но WASP — девушки-летчицы во время Второй мировой войны, их звали «осами»[49], знаете?

– Летчицы?

– Ага. Мама говорит, газетных статей про них в те времена вышла куча. Они были известны как Летучие сестры Юрдабралински из Пуласки. Говорит, три сестры Юрдабралински служили, а одна погибла… при крушении самолета.

– Ох ты.

– А вот. Были большие похороны в храме, все чин чином, а сама она стала героем и все такое.

У Сьюки екнуло сердце.

– Которая из сестер? Вы не знаете… ее не Фрици звали?

– Погодите, у меня тут записано. Так. Хм-м-м… (Сьюки ждала, пока женщина отыщет нужную запись, и сердце у нее колотилось.) Нет… не то. Подождите минутку. А, вот оно… нет, погибла другая сестра Юрдабралински.

Странное дело: Сьюки полегчало.

– А не известно ли, что сталось с сестрой по имени Фрици?

– Подождите, спрошу у мамы. Она вот здесь прямо. Мам, ты не знаешь, что сталось с Фрици Юрдабралински? (Сьюки услышала приглушенное бормотание.) Мама говорит, она уехала много лет назад. Полагает, куда-то в Калифорнию.

– А не знает, куда именно?

– Сейчас спрошу. Мам… Мам! Элис интересуется, куда именно в Калифорнии… Мама говорит, что не помнит, но город датский.

– Датский?

– Мам, датский?.. Да, говорит, она оттуда открытку получила от Фрици, где-то в пятидесятых, на ней мельницы.

– Понятно. А мама случайно не в курсе, жива ли еще Фрици?

– Она еще жива, мам? (Опять бормотание.) Говорит, должна быть, иначе бы в газетах прописали. Мама читает все некрологи. Но вот вам еще интересное. Одна из сестер стала сама по себе настоящей знаменитостью. Она и ее сестра-близнец. Аккордеонный дуэт у них был, играли у себя в округе, и мама говорит, эта сестра написала уйму отличных полек. Знаю, что «Слишком я толста для польки», «Полька Виника-Краника» и много еще других – это ее. Могу добыть вам список. Схожу в редакцию газеты, отыщу статьи и пришлю вам бандеролью, что найду.

– Ой, вот было бы чудесно.

– Ладно. Выкопаю, что смогу, и вам отправлю. На какой адрес, милочка?

Ох ты, попалась.

– Эм-м… шлите Элис Зяблик, но на имя миссис Эрл Пул-младший, 526 по Бейвью-стрит, Пойнт-Клиэр, Алабама.

– Хм. Вы же вроде сказали, что из Джорджии.

– Да, но очень близко к границе штата, а почту я получаю в Алабаме.

– А, ну ладно. Вышлю, как управлюсь. Рада была потолковать, Элис.

– И я. Спасибо.

Повесив трубку, Сьюки присела и заметила, что руки у нее трясутся. Она знала, что дама на том конце провода говорит о ее настоящей матери и настоящей родне, но все это по-прежнему казалось непостижимым и пугающим. Она даже не знала, что женщины во Второй мировой водили самолеты. Она думала, что летчики были только мужчины.

Телефон зазвонил вновь. На этот раз – Нетта.

– Ты едешь в «Уолмарт»?

– Да, конечно.

– Можешь прихватить мне шестерик бумажных полотенец и упаковку диетического «Доктора Пеппера»?

– Разумеется.

– И фунт замороженных креветок. Если, конечно, сразу вернешься.

– Сделаю. Без проблем.

– Все в порядке? Странный у тебя голос.

– Да, все нормально. Слушай, Нетта, а ты что-нибудь знаешь про «ос»?

– Каких ос?

– Девушки-«осы» водили самолеты во время Второй мировой.

Нетта подумала: «Та-ак, она опять за свое».

– Нет, милая, я не знала, что осы водят самолеты.

– Ну вот и я… а только что узнала. Правда, странно?

– Да, похоже на то.

– А ты слыхала о каком-нибудь городе в Калифорнии, который датский и в нем много ветряных мельниц?

– Нет, милая, точно не слыхала. – Закончив разговор, Нетта вновь забеспокоилась. Уже совсем было решила, что Сьюки получше, но, очевидно, нет.

Чуть погодя, прогуливаясь с тележкой по «Уолмарту», Сьюки опросила нескольких человек, слыхали ли они об «осах», но все как один сказали, что нет. Мистер Леннон, из уолмартовских зазывал, сказал, что, кажется, что-то о них помнит, но без уверенности. Но ему-то девяносто два. Сьюки едва дождалась Эрла с работы.