На бензоколонке только девушки - Фэнни Флэгг

– Ясно, а что еще ты обо мне думала? Смелее, не бойся задеть мои чувства. Я правда хочу знать. Серьезно, если бы ты меня кому-нибудь описывала, что бы ты сказала?

– О, ну, я бы сказала, что ты приятная и милая донельзя, вот и все.

– Вот и все. И так все и думают?

– Ну да… Наверное. Но это очень по-хорошему.

– Но разве нет во мне чего-нибудь по-плохому? У меня же наверняка есть недостатки?

– Нет, ничего в голову не приходит, кроме… но и это не плохо.

– Нет-нет, скажи. Кроме чего?

– Ой, ну если у тебя и есть недостаток, то лишь один – ты позволяешь людям тобой помыкать.

– Ты это про маму?

Марвэлин кивнула:

– Да и про себя. Но, Сьюки, это не плохо. Эдна Йорба Зорбра говорит, что есть вожаки и ведомые, и секрет счастья как раз в том, чтобы принять свою роль в жизни.

– Понятно.

– Эдна Йорба Зорбра говорит, что я – идеальное сочетание ученика и учителя.

– Правда?

– Ага. Она говорит, что я могла бы хоть сегодня превратиться в профессионального тренера личностного роста, если бы следовала за своей внутренней богиней. Но вообще я тебе хотела вот что сказать: если тебе и твоему – ты знаешь кому – потребуется уединение, у меня есть гостевой домик во дворе, ключ под ковриком. Ни в чем себе не отказывай, в любой момент. Нам, зрелым дивам, следует держаться друг за дружку.

Сьюки поняла, что без толку тут разубеждать, и сказала:

– Ну спасибо, Марвэлин, я, может, и тебя за компанию приглашу. Тут пара моих друзей-матросов прибывает на той неделе.

– Матросов?

– Ага. Они близнецы.

– Близнецы?

– Да. Всё делают вместе. – Сьюки подмигнула Марвэлин: – Ты же меня понимаешь.

Марвэлин ошалело открыла дверь, выбралась наружу и глядела вслед отъезжающей машине. «Ну и ну. Вот тебе и тихий омут».

Отъехав, Сьюки подумала, что про матросов она зря. Надо бы позвонить Марвэлин из дома и сказать, что она это все сочинила. Зато узнала, что люди считают ее скучной, и она это все время подозревала. Бывают люди без родины. Она – женщина без характера. Бесхарактерная она совсем.

А как его добыть, характер, после шестидесяти? Она не понимала даже, с чего начать. И почему у нее этого самого характера нет? Ленор сломала? Или она такой уродилась? У каждого ее ребенка был свой исключительный характер – они его откуда взяли? Она задумалась, какой бы у нее был характер, вырасти она в Висконсине, среди поляков. Может, получилась бы куда интереснее… играла б на аккордеоне, танцевала польку и все такое…

Добравшись домой, Сьюки все еще огорчалась, что все легко поверили, будто у нее роман, – не у кого-нибудь, а именно у нее. Ну ей-богу. Так неловко. Но теперь никакого «Вафельного дома». Она сняла трубку, набрала номер.

– Доктор Шапиро, вы случайно не знаете, где именно на четырехполоске находится «Рубиновый вторник»?