Спаси меня - Гийом Мюссо

Но и это не смогло избавить ее от боли.

* * *

Сидя за столиком у окна, Сэм и Грейс думали о том, что нужно предпринять, чтобы спасти Джоди.

— Если ваша дочь употребляет наркотики, она наверняка уже попадала в больницу или какой-нибудь медицинский центр.

— Вы так думаете?

— Да. К нам поступает много наркоманов после передозировки или тех, кто хочет поживиться метадоном. Я посмотрю базу данных службы скорой помощи, возможно, мы найдем какие-то следы Джоди.

— У вас есть право просматривать эту базу?

— Вообще-то нет. Но я могу кое-кому позвонить. У меня есть знакомые во многих больницах. С кем-то мы работали в Африке, с кем-то — на Балканах. Там завязываются прочные связи. Если я попрошу, они не откажут мне в помощи.

— Отлично, но нужно все делать по порядку. Марк сказал, что Джоди видели в Южном Бронксе.

— Хорошо, я позвоню в справочную, чтобы узнать телефоны больниц в том районе.

* * *

— Нет? Никаких сведений о Джоди Костелло? Точно? Ладно, Алекс, спасибо.

Сэм повесил трубку. Это был уже пятый звонок, который не помог узнать ничего нового. Он возлагал большие надежды на разговор с Алексом Стиплом, врачом, с которым он познакомился в Нигерии во время последней кампании по вакцинации местного населения от полиомиелита.

Стипл возглавлял интернатуру скорой помощи в Маунт-Кроун, самой большой больнице Бронкса. Сэм очень рассчитывал, что Стипл поможет им что-нибудь узнать. По лицу Грейс было видно, как она разочарована, и он попытался ее утешить.

— У нас все получится, — твердо сказал он. — Мы обязательно найдем Джоди.

Он собрался набрать еще один номер, но тут зазвонил его мобильный.

— Гэллоуэй слушает, — сказал он.

— Сэм? Это Жюльет…

— Я сам хотел тебе позвонить, но у меня нет твоего номера. Как прошел визит к врачу?

— Можно сказать, что хорошо.

— Где ты?

— На Парк-авеню. Может, встретимся? Пообедаем вместе?

— Слушай, я бы с радостью, но сейчас не могу. В городе эпидемия гриппа, работы невпроворот. Люди что-то слышат о гриппе по телевизору и тут же находят у себя симптомы. Приходится их успокаивать. До двух дня и шагу не смогу ступить из приемного покоя, а потом у меня консультации.

— А где ты сейчас?

Сэм заколебался. Он не хотел врать, но сейчас он просто не мог рассказать Жюльет о Грейс Костелло. Он все ей расскажет, но позже, когда будет уверен, что нависшая над ними опасность миновала.

— Где я? На работе, конечно.

— В больнице?

— Да, — скрепя сердце ответил Сэм.

Грейс бросила на него странный взгляд, словно хотела предупредить о чем-то.

— А что ты сейчас делаешь?

— Только что закончил принимать пациентку, это маленькая девочка, ей всего полгода.

— И что с ней?

— У нее бронхиолит. Это бронхит, которым болеют младенцы…

— Я знаю, что такое бронхиолит. Как ее зовут?

— Э-э… Майя. Слушай, Жюльет, ты как-то странно разговариваешь. С тобой все в порядке?

— Нет, не все.

— Что случилось?

— Ты мне врешь.

— Вовсе нет, — попытался возразить Сэм.

— ТЫ ВРЕШЬ! — крикнула Жюльет и стукнула ладонью в окно кафе.

Все посетители, и Сэм в том числе, вздрогнули. Жюльет стояла в двух шагах от Сэма, их разделяло лишь стекло. Сэм растерянно смотрел на нее. Жюльет что-то сказала; читая по губам, он разобрал:

— Я больше никогда не поверю тебе.

Сэм выскочил на улицу. Жюльет бежала прочь, он бросился за ней.

— Стой! Пожалуйста, подожди меня!

Жюльет выскочила на проезжую часть и стала махать рукой, чтобы остановить такси.

— Жюльет! Выслушай меня! Я все объясню!

Жюльет села в такси, даже не посмотрев в его сторону. Сэм бежал рядом с машиной, барабанил по стеклу. Такси рвануло с места и растворилось в потоках транспорта.

— Вот черт! — в отчаянии воскликнул Сэм.

Он вернулся в кафе. Грейс расстроенно развела руками.

— Гэллоуэй, я сожалею.

— Знаете, что я вам скажу!.. — рассерженно начал он, но тут зазвонил его телефон. Он схватил трубку, уверенный, что это Жюльет.

— Дорогая, я все объясню! Это совсем не то, что ты подумала…

— Я бы тебе поверил, — ответил ему Алекс Стипл, — но, похоже, твоя пламенная речь предназначена не мне.

— Алекс? Извини, я думал, это… Я принял тебя за…

— Ох уж эти женщины… — вздохнул Стипл. — Рано или поздно всем нам от них достается.

— Точно, — ответил Сэм, мрачно глядя на Грейс. — Ты не представляешь, как ты прав.

— Вообще-то я хотел сказать, что мы нашли Джоди Костелло. Если это тебя, конечно, еще интересует.

— Правда? — переспросил Сэм, показывая Грейс большой палец.

— Да. На это понадобилось некоторое время, потому что она сама не обращалась к нам, но три месяца назад она приводила к нам подругу, которой стало плохо после приема наркотиков. В общем, я раздобыл адрес.

— Диктуй, — сказал Сэм, доставая ручку.

Он записал адрес прямо у себя на руке, как это делают школьники, и поблагодарил коллегу. Повесив трубку, он посмотрел на Грейс уже не так сурово.

— Пойдем пешком, — сказал он. — Моя машина тут недалеко, но сейчас везде пробки, а нам нужно торопиться.

Сэм решительно шагал к больничной стоянке, обогнав Грейс на десяток метров. Вдруг она окликнула его:

— Небольшое уточнение, Гэллоуэй.

— Да?

— Поверьте, я очень ценю вашу помощь, — сказала Грейс, поравнявшись с ним. — Но при всей моей благодарности вы ничего за это не получите.

— О чем вы говорите? — спросил Сэм, нахмурившись.

— Я здесь затем, чтобы забрать Жюльет, и это невозможно изменить. Понимаете?

Несколько секунд он молчал, словно так и не смог поверить в эту странную историю, несмотря на то что доказательства множились. Грейс с сочувствием смотрела на него. Ее удивляла и в то же время трогала его решимость во что бы то ни стало действовать на благо других.

— Нужно торопиться, мы должны найти вашу дочь, — сказал Сэм, показывая на свои наручные часы, словно напоминал, что времени у них в обрез.

* * *

Садистская улыбка появилась на лице Сируса. Перед ним стояла Джоди. Она о чем-то умоляла его. Что-то выпрашивала. Что угодно: колеса, крэк, героин… У нее не было денег, но она была готова расплатиться по-другому. Сирус наслаждался ситуацией. Он знал, что однажды Джоди приползет к нему на коленях. Так всегда бывало: сначала девчонки обращались с ним свысока, но потом, когда по-настоящему попадали в зависимость от наркотиков, они возвращались на брюхе, забыв о гордости, готовые на все, что угодно.