Кошка с Собакой - Алексей Свешников

Всё-таки мне с ними повезло. Конечно, с первого раза кажется, что жизнь моя – это ад кромешный. Не, всё не так, абсолютно не так. Благодаря этим четвероногим, жизнь имеет хоть какой-то смысл. Если вы в зрелом возрасте решите жениться, а потом спустя каких-то три года поймёте, что ошиблись в выборе, и начнёте планомерно с горя закладывать за воротник, то единственные, кто будут помогать вам на этом трудном и скользком пути, на этой обледенелой дорожке, ведущей к обеспеченной одинокой старости, это они – кошка с собакой.

Был последний день моего отпуска, нужно было срочно приводить себя в норму.

Кое-как растормошив безымянную тётю и объяснив ей, что она опаздывает на самолёт, я, пока она не очухалась, вытолкал её на лестницу практически нагишом.

– На какой самолёт? – ничего не понимая, спросила она.

– Из клёпаного алюминия.

– Почему?

– Потому что вибрации…

Очень сильно болела голова, наверное, сильнее чем у Брюса Виллиса в «Крепких орешках».

– Тебе срочно необходимы кислородные ванны.

– Не грузите меня, кофе давайте, а то блевану.

– Тётю успел разглядеть?

– Успел, лучше бы этого не делал. Страшная, как ночной кошмар.

– После кофе надо прогуляться.

– Может, не надо? Ей-богу, очень хуёво!

– Надо-надо, – собака была непреклонна. – Ты с нами? – спросила она кошку.

– Не, давайте без меня.

Посмаковав божественный напиток, я закинулся парой таблеток и исчез в ванной. Но даже после стольких оздоровительных процедур я всё равно оставался абсолютно никаким.

Собака критически осмотрела меня:

– И надо было доводить себя до такого состояния?

– Об одном прошу, – умоляюще обратился к ней я, – давай без мозгоклюя!

– Ничего, сейчас я тебя поставлю на ноги: в ЦПКиО погуляем, на лодочке покатаемся и к вечеру придёшь в себя. Вода, она оттягивает.

До парка нас довёз молодой парень, остановившийся на мою поднятую дрожащую руку.

Узнав, что нам в ЦПКиО, удивлённо покосился на меня, но я был слишком разобран, чтобы заподозрить неладное.

– А вы где служили?

– Ракетные войска, – с трудом отвечал я.

Довёз он нас быстро:

– Удачи! – как то уж больно сердечно попрощался он.

Мы не торопясь побрели по аллейкам. Собака, всю дорогу радостно помахивавшая хвостом, как-то поутихла и понуро побрела рядом. Я, наоборот, потихонечку приходил в себя:

– Ты чего загрустила?

– Да так, что-то как-то прохладно стало. Может, в другое место поедем?

– Чего это вдруг? Мне и тут хорошо.

Я обвёл окрестности просветленным взором и внезапно понял причину собачьей грусти.

– Сегодня что, второе августа?

– Да.

Представьте картину – человек со страшным похмельным синдромом, ракетчик, с собакой на поводке стоит посредине огромного парка, заполненного пьяными в хлам десантниками.

– Ты за что ж подставила-то так? А?!

– Уходим огородами…

– Это же крылатая гвардия – они нас в момент сейчас накроют, только повод дай!

– А ты не давай!

Легко сказать! Но делать нечего, я стал выбирать дорожки, наименее нашпигованные десантурой. Но они были повсюду. Береты гуляли так же, как и воевали – на всю катушку.

– Ты кто? – подозрительно оглядывая меня, вдруг спросил проходивший мимо фактурный десантник, расписанный по всем законам сегодняшнего праздничного дня.

– Ракетчик, – ответил я ему, надеясь, что он отстанет от меня ко всем чертям.

– Ну всё, приплыли… – пробормотала собака.

– Ракетчик? – переспросил он, покачиваясь.

– Ракетчик, – повторил я, понимая, что отступать уже некуда.

– Ракетчик! – уже утвердительно и несколько недобро опять проговорил ВДВ-шник.

– Ракетчик, – повторил я, но почему-то, начиная улыбаться. Уж больно дебилова-то всё это выглядело.

– Ракетчик – миньетчик, – ответил мне на это десант и встал в стойку.

Десантура с соседних дорожек повытягивала головы как страусы. Как они всё это чувствуют? Сидели бы бухали дальше! А некоторые, самые активные, сразу же заработали ногами в нашу сторону.

Я зло посмотрел на собаку. Та виновато забегала глазами.

«Вот ведь втравила меня в блудняк, сейчас ведь насуют так, что не унести».

– Ну, что делать будем? – я сквозь зубы тихонько спросил собаку.

– Бантик, – чуть слышно отвечала она.

– Что? – не понял я.

– Десантник – бантик.

– Спасибо, подруга, помогла я ебу как!!! – я вложил весь сарказм, который у меня на тот момент оставался, в эти слова.

Десант с трудом, но стоял и ждал ответа, буравя меня взглядом. Алкоголь явно мешал ему понять, почему я так долго его игнорирую.

– Ну? – нетерпеливо поторопил меня он.

– Десантник – в жопе бантик.

Таким образом все необходимые формальности были соблюдены. Дальше десант не стал оценивать мой литературный талант и сразу пошёл в атаку. Мне очень сильно повезло, что он был сильно выпивши. Попадись я на его удар правой – шансов бы не было. Всё-таки это дело у них поставлено хорошо. Между тем, оценивать боевую подготовку десантных войск дальше было некогда, я резко принял влево, заходя ему за спину, десантура, не устояв на ногах, завалился по инерции, увлекаемый силой своего могучего удара.

Я выхватил из кармана мобилу и рванул на прорыв. С обеих сторон от меня уже гремели сапоги.

Кто-то истошно заорал, как будто его резали:

– Держи Карацупу!

– Окружают, – выдохнула собака. – Давай к кустам!

– Погоди ты с кустами, надо «в разрез» выходить, собрать их в кучу – это основное правило стратегии, а потом уже, на оперативном просторе, постараемся что-нибудь замутить.

– Тогда не останавливайся! Жизнь танкового подразделения в тылу врага напрямую зависит от его мобильности.

– Где ж ты раньше была с твоими познаниями?

– Извини! Проспала разведка! Кому звонить будешь?

– Есть только один человек, который может нам сейчас помочь. Вован…

Я на бегу нашёл его номер в записной книжке. Обстановка тем временем резко осложнилась, нас с преследователями разделяло уже несколько метров. Я прибавил ходу и вовремя. Два отряда практически смяли друг друга, столкнувшись. Мы ускользнули чудом. В спину нам раздались многочисленные проклятья и обещания страшной смерти.