Кошачий король Гаваны - Том Кроссхилл

– Им просто больше заняться нечем. Дело не только в коммунизме. К нам приезжают туристы со всего мира, задают нам вопросы приглушенными голосами. Хотят, чтобы мы им пожаловались, как все плохо, как Фидель облажался.

А я их спрашиваю: ребята, у вас что, своих проблем нет? Если выкроили две недели отпуска, лучше идите на пляж и оставьте Фиделя в покое.

– Именно, – поддакнул я.

Именно, Рик. Оставь уже Фиделя в покое. Никому не нужно, чтобы ты с ним связывался. Ни Тане. Ни Рикардо. Никому! Ты здесь, чтобы повеселиться.

Таня решительно допила коктейль. Она была такой красивой, что дух захватывало.

Здоровяк допел песню. Публика долго и громко аплодировала, и он с улыбкой покинул сцену. Музыканты заиграли медленный, неспешный мотив. Мгновенно какой-то чернокожий парень потащил танцевать белую женщину средних лет. К ним присоединилась пожилая итальянская пара. Они обнялись и продемонстрировали впечатляющую способность ни разу не попасть в такт музыке.

– Идем? – улыбнулся я.

Таня посмотрела на мою протянутую руку так, словно я ей какую-то гадость предлагал. Но когда я уже думал отстраниться, она все же приняла приглашение.

Мы поднялись на танцпол. Я обнял девушку одной рукой.

Таня посмотрела на меня. Нет, не посмотрела. Уставилась немигающим взглядом, словно, кроме меня, в мире никого не осталось.

Это немного напрягало, но я сказал себе, что девушка просто нервничает, и прошептал:

– Просто повторяй за мной.

И я начал исполнять базовые шаги сальсы. Вперед, назад. Вперед, назад. Вперед, назад.

Таня и правда совсем не умела танцевать. Спотыкалась, неловко двигалась. Я боялся, что мне придется ловить ее до конца композиции. Но потом Таня поймала ритм и задвигалась со мной – не совсем элегантно, но вполне легко. Я позволил себе добавить еще пару шагов вбок.

Получалось не очень, но чувствовал я себя превосходно.

Я, Рик Гутьеррес, учил красивую кубинку танцевать. Она крепко сжимала мое плечо и смотрела на меня доверчиво и немного испуганно.

Когда песня закончилась, Таня обняла меня, прижавшись теплым нежным телом. А обратно к столу шла уже с улыбкой на лице.

– Я не думала, что у меня получится. Наша семья не из танцующих. Надо мной все время смеются в школе, мол, единственная черная кубинка, которая не умеет танцевать… Я дала себе слово, что никогда не буду танцевать на людях, чтобы не выставлять себя на посмешище. Но сегодня с тобой… – Девушка улыбнулась шире. – Мне было все равно.

– Я рад.

– Гик-танцор из Нью-Йорка, ха! – сказала Таня. – А ты классный, Рик.

Я улыбнулся:

– Ты меня вдохновляешь. – Решил прибегнуть к одному из фирменных комплиментов Йосвани, и на этот раз мне удалось. – Танцуя с тобой, я чувствую, что могу горы свернуть.

– Слушай, у меня идея. – Таня резко встала. – Идем.

– Куда?

– Увидишь. Идем.

Таня провела меня по узкой мощеной улочке вверх на холм, откуда открывался вид на Тринидад. По пути мы все время задевали друг друга плечами. А потом в какой-то момент я осознал, что мы держимся за руки.

Я покраснел. По телу разлилось тепло, не имевшее никакого отношения к погоде.

На миг перед глазами вплыло лицо Аны, но я быстро прогнал ее образ. Все же в порядке. Мне нравится Таня.

Правда, не настолько, как я пытаюсь ее убедить…

Я украдкой взглянул на девушку. Ее загадочная улыбка ничего мне не сказала.

– Наверное, такой контраст приехать из Нью-Йорка сюда… – Таня обвела рукой грязную улицу с редкими фонарями: мы шли в тени среди низких обветшалых домов.

– Тут все иначе, – согласился я. – Очень захватывающе. Особенно если нашел хорошего проводника.

– Может, однажды ты покажешь мне Нью-Йорк, – легко предложила Таня. Так легко.

Хуанита много раз предупреждала меня:

– Кубинкам от приезжих только одно надо – билет прочь с острова.

Может, этого хотела Таня, может, нет. Я не собирался ничего ей обещать.

– Я с удовольствием повожу тебя по Нью-Йорку, если ты приедешь.

Она сжала мою руку.

Мы оставили дома позади и вышли на поросший травой холм. Сперва я решил, что Таня привела меня сюда показать панораму – ночной Тринидад, мазки света среди огромных пятен темноты. А потом заметил собравшихся под деревьями людей. Они стояли на ступенях. Лестница вела вниз, прямо в холм. Ни вывески, никакого знака, что внутри, только крепкий вышибала на входе.

– «Лас Куэвас», – пояснила Таня. – Мои друзья все время о нем говорят.

Пять минут спустя мы спустились по узкой лестнице в темные глубины пещеры. Из коридора доносились звуки сальсы. По бокам вздымались грубые каменные стены, с потолка капала вода.

– Не волнуйся, – сказала Таня. – У нас очень давно не было обвалов.

Я уставился на нее. Она фыркнула.

Мы двинулись дальше по коридору. Музыка становилась все громче, и наконец мы вошли в большую пещеру. Хорошо освещенный танцпол окружали пластиковые столы. Стойка диджея располагалась высоко на уступе. Длинный бар примостился у стены напротив. И там и за столиками сидело много людей, но никто не танцевал.

– А что, никто не любит папи? – спросил я. Играли «Que Cosas Tiene La Vida», старый, но популярный хит, полный веселья и задора.

– Большинство хороших сальсеро уехали из Тринидада, – пояснила Таня. – Мои друзья танцуют только реггетон.

– Что ж! – От перспективы выйти на сцену у меня сердце заколотилось. – Давай покажем им, как надо танцевать.

– О нет! – Таня нервно огляделась. – Для меня слишком быстро.

– Да ладно, – ухмыльнулся я. – Сама же сказала, что тебе плевать на тех, кто смотрит.

– Разве? – Таня попятилась.

– Ну да, помнишь?

– Нет. – Таня скрестила руки. – Если так хочешь потанцевать, пригласи мою подругу Лазару.

Неужели рассердилась? Может, зря я ухмылялся?

– Да ладно…

– Нет, правда, пригласи Лазару! – Таня кому-то махнула. – Лазара, иди сюда!

Из-за соседнего столика встала девочка лет тринадцати, тоненькая, как спичка, и в эффектном наряде – летящих белых брюках-клеш и стильной черной блузке.

Лазара обнялась с Таней и оглядела меня.

– Это Рик из Нью-Йорка. – С таким энтузиазмом Таня могла бы показывать подруге банку сардин. – Он хочет с тобой потанцевать.

Лазара взяла меня за руку и улыбнулась так открыто и дружелюбно, что я не мог не улыбнуться в ответ. Не знаю, что за муха укусила Таню, но Лазара в этом не виновата. Она еще ребенок. Мы просто повеселимся.