Неосторожность - Чарльз Дюбоу

– Что станешь делать?

– Наверное, поселюсь в какой-нибудь дешевой гостинице и буду искать жилье.

– Деньги нужны?

– Нет, спасибо. Я справлюсь. Мне пока приходят чеки. И агент говорит, что студия подумывает о покупке прав, так что деньги будут.

– Когда это выяснится?

– Похоже, это отнимает уйму времени. Им нужно обсудить проценты, авторские, разрешение споров. Ты знал, что многие студии покупают права на книгу за кучу денег, а потом даже не снимают кино? Глупость какая-то, но если повезет, то весной все выяснится.

– В смысле, ты поедешь в Голливуд?

– Вероятно. На пару встреч. Я там не был сто лет. Когда служил, мы с Мэдди ездили в Лос-Анджелес. У нее там жила какая-то дальняя родственница в Брентвуде. Безумная старушка, ее отец был когда-то знаменитым режиссером. Работал со звездами типа Эррола Флинна и Богарта. Старая пьянчужка, но с ней было весело. Жила в большом разваливающемся доме с блондином, профессиональным игроком в гольф, который был даже моложе нас. У нее везде были кошки, собаки и даже древняя черепаха. Мы у нее жили, а она возила нас по отвязным вечеринкам то в Венецию, то в Санта-Монику.

– Она еще жива?

– Нет, умерла много лет назад.

– Ну, ладно, удачи тебе. И пригласи меня на премьеру.

– У тебя будут билеты в первый ряд.

Но Гарри, как всегда, воспринимал свое финансовое положение с излишним оптимизмом. Суть, как я потом узнал, была в том, что он уже потратил большую часть своих заработков. Он так долго жил с Мэдди, полагаясь на ее доходы, что в вопросах денег был не разумнее подростка, живущего на содержании. Все, что ему удалось отложить, пустили в дело управляющие Мэдди. Как многие инвесторы, они потеряли деньги во время недавнего обвала рынка, но продажи книги помогли восполнить потери.

Его спонтанные траты всегда оставляли самые заметные прорехи в бюджете. Он купил «Сессну», повинуясь капризу. Я помню, как Нэд, банкир, говорил ему, что деньги лучше вкладывать, но Гарри лишь отмахивался.

– Мне до зарезу нужен самолет, Нэд. Я себе это давно пообещал. И к тому же она красавица.

На следующее утро, когда Гарри выходит в кухню с собранным чемоданом, Нэда уже нет дома. Сисси стоит возле раковины в длинном халате и смотрит в окно, прихлебывая кофе.

– Прости, что беспокою, Сисси. Я ухожу.

Она ничего не отвечает, но еще выше задирает подбородок.

– Спасибо, что разрешила у вас пожить. Когда я приехал, то надеялся, что все повернется по-другому. Наверное, во многом ошибся. Просто хотел сказать, что, как бы глупо это ни звучало, я все равно люблю Мэдди и сделаю все, чтобы ее вернуть.

Не глядя на него, Сисси говорит:

– Почему мужчины так поступают? Почему им надо изгадить жизнь всем вокруг, потому что они хотят потрахаться? – Она поворачивается к нему: – А? Можешь мне объяснить? Ты так поступил. Почему?

– Я… Я не знаю, – бормочет Гарри.

– Не знаешь? Неужели твой брак для тебя так мало значил, что ты прыгнул с какой-то шлюхой в койку без всяких причин?

– Нет. Все сложнее.

– И что же тут сложного? Мне все кажется простым, как дважды два. Ты был женат. На Мэдди, не на ком-то там! Она что, недостаточно красива? Недостаточно добра? Она была плохой матерью? У нее было мало денег? Скажи, чего она тебе не дала, что пришлось пойти за этим куда-то еще?

– Нет, Мэдди мне дала все.

– Тогда что? Тебе надо было больше? Тебе не хватало того, что ты – успешный писатель, отец, у тебя есть друзья, которые тебя любят? И жена, которая тебя обожает? Ты считал, что слишком хорош, чтобы жить по тем же правилам, как и все? Или ты просто не думал о том, к чему приведут твои поступки? Так дети думают, Гарри. А не взрослые мужчины.

Он ничего не может сказать.

– Меня от тебя тошнит. Господи, ну почему ты просто не уйдешь? – У нее в глазах слезы.

В тот же день Гарри звонит мне:

– Хотел тебе сообщить, что съехал от Нэда и Сисси.

Он говорит, что нашел номер в дешевой гостинице где-то в восточной части двадцатых улиц. Я никогда о ней не слышал.

– Там полно немцев, – объявляет Гарри. – Я единственный постоялец не в биркештоках и без рюкзака.

– На случай, если нужно будет с тобой связаться, ты там надолго?

– Не знаю. Номер стоит около двухсот долларов в день, так что там неплохо. Хочу сегодня начать искать жилье.

– Не забывай, там должна быть комната для Джонни. А то судья может не разрешить ему у тебя оставаться.

Через несколько дней он снова звонит и рассказывает, что нашел квартиру с одной спальней на Мюррей-Хилл, около туннеля. Завтра хоккейный матч. Он спрашивает меня, как ему поступить. Нормально будет, если он заедет за Джонни домой? Я говорю, что узнаю у Мэдди и перезвоню ему.

Я набираю ее номер и жду, пока закончится запись автоответчика. Я знаю Мэдди. Она ненавидит говорить по телефону и никогда не берет трубку.

– Мэдди, это я. Подними трубку, пожалуйста.

– Привет, Уолтер! – Как я и предположил, она стояла возле телефона, решая, брать трубку или нет.

– Завтра вечером хоккей. Гарри хочет узнать, можно ли ему заехать за Джонни домой. Если тебе это неудобно, я мог бы отвезти Джонни на стадион.

Она вздыхает.

– Нет, все нормально. Зачем тебе быть у меня на посылках? Передай ему, пусть приходит.

– Хорошо. Давай я свожу тебя поужинать, пока их не будет?

– Спасибо, с удовольствием.

На следующий вечер я приезжаю к Мэдди без четверти семь. Гарри должен явиться в семь часов.

– Заходи, – приглашает Мэдди, подставляя щеку для поцелуя.

Джонни бросает на меня полный знакомого разочарования взгляд, убедившись, что я не его отец. Он в свитере «Рейнджеров». Я ерошу его волосы.

– Повеселись сегодня, хорошо?

– Иди, налей себе выпить, Уолтер, – говорит Мэдди.

– Неплохая мысль. Тебе что-нибудь сделать?

– Нет, спасибо.

Я иду к бару и смешиваю мартини. Звонит дверной звонок.

– Папа!

Джонни летит к двери и прыгает в объятия отца.

– Папа! Папа!

Гарри крепко обнимает сына, поднимая его, зарывается лицом в его шею.

– Джонни, – шепчет он. – Я так по тебе соскучился.

– Я тоже, папа. Ты приехал насовсем?

Гарри смотрит на Мэдди и ставит Джонни на ноги. Склонившись к сыну, чтобы смотреть ему в лицо, он берет его за руку и отвечает:

– Нет, дружок, не могу. Мне нужно закончить дела в Риме. Я прилетел повидаться с тобой и сразу после игры улетаю обратно.