Главные вещи - Юрий Серов

Вовку Лаврова в военкомате ждал сюрприз: в армию его не взяли.

– У вас, батенька, плоскостопие, – прошамкал старый доктор в стильных очках, обращаясь к Вовке. – Запущенное, с таким в армию не берут.

– Какое к чёрту плоскостопие?! – искренне возмутился Лавр. – Я здоровый, и хочу служить!

– Не возьмут. Сто процентов даю. У вас нога практически ровная. А на таких ногах солдатские сапоги не носят. Так что идите домой.

Вовка выругался, заставив старика покраснеть, стукнул со злости кулаком по двери и ушёл, расстроенный неожиданной новостью.

Купив баночку пива, которое Лавр позволял себе лишь в редких случаях, а сейчас именно такой случай и подвернулся, неудавшийся призывник поехал к Чёртовой башне, забрался на крышу и уселся на самый край, свесив ноги с ровными стопами вниз.

С Чёртовой башни был виден весь город, за исключением Советского района, находящегося на возвышенности, но Советский район Вову не интересовал. Парень пил вкусное прохладное пиво, разглядывал девятиэтажные дома и размышлял, что делать дальше. Хотелось поступить в институт, но родители отказались от этой затеи, мотивировав отказ тем, что каждый парень должен отслужить. Лавр настроился на армию, но и здесь остался с носом, ибо мечтал о карьере военного. Оставалось одно – искать работу. А какая работа без высшего образования? Дворники, грузчики, продавцы – вот, пожалуй, и весь перечень. На такой работе семью не прокормишь.

Допив пиво одним глотком, он смял банку и выкинул, попав в мусорный бак, одиноко стоящий у башни. Вздохнул, поднялся, подобрал сумку и поехал домой, где его никто не ждал…

Первое, что он учуял, открыв дверь, – это запах алкоголя – запах дешёвой самогонки, которую мать и отец покупали в соседнем подъезде у дяди Толи за двадцать два рубля. Качеством самогонка не отличалась, но била в голову после третьей рюмки.

Отец сидел за столом в окружении друзей-собутыльников и что-то рассказывал. Когда сын вошёл в зал, он резко замолчал и хмуро уставился на своего отпрыска, буравя маленькими крысиными глазками. Мать сидела в кресле и дремала в полупьяном состоянии и приход сына не заметила.

– Здорово, батя, – выдавил Лавр. – Меня от армии освободили.

– Как так освободили? – икнул от удивления отец.

– Сказали, что с плоскостопием не возьмут.

– Вот дожили! – глава семейства повернулся к сыну. – Представляете, ребят? Этого кабана и в армию не взять! Несправедливо!

– Несправедливо, – заблеяли, поддакивая, отцовы дружки.

– Что же ты теперь делать будешь? Снова на мою шею сядешь? Я тебя восемнадцать лет кормлю, пора уже и меру знать! Устраивайся на работу и приноси деньги, а не захочешь приносить, выгоню к чертям собачьим на улицу!

– Таки выгонишь?

– Выгоню! Мне не нужен нахлебник!

– Нахлебник, – усмехнулся Вовка. – Вот кем ты меня считаешь? А дружков за бесплатно поишь каждый день, их, значит, нахлебниками не считаешь?

– Ишь, как ты заговорил! – захорохорился батя. – На деньги мои заришься? Не зарься! Говоришь по-взрослому, вот и зарабатывай по-взрослому! А я тебе больше ни копейки не дам! Щенок! Будешь меня тут жизни учить!

Идти Вовке было некуда. Проситься к друзьям на ночлег не позволяла гордость, да и не нужен никому лишний квартирант, занимающий угол и создающий неблагоприятную обстановку. Промелькнула мысль уехать в Старый город к Майке, семнадцатилетней девчонке, с которой Лавр познакомился на пляже, но что-то не тянуло. Пошатавшись по переполненным улицам, Вовка купил бутылку минералки, булочку и уныло побрёл к Чёртовой башне. Других мест для ночёвки не придумалось.

Спал он прямо в одежде, подложив вместо подушки сумку и укрывшись старой кожаной курткой и свитером, но под утро замёрз, долго стучал зубами и проснулся с насморком.

Вовка поскрёб ногами грязный пол, собирая мусор в кучу, отыскал среди хлама бумагу и зажёг её. Пламя мгновенно разгорелось, и спустя несколько минут парень грелся у костерка, изредка подкидывая в него «топливо».

Хотелось есть – желудок посылал сообщения в виде голодных колик, но запасы еды отсутствовали. Порывшись в сумке, Лавр не обнаружил в ней ничего съестного, кроме старого заплесневелого сухаря из кусочка тульского пряника. Пришлось употребить пряник, но сделалось только хуже – аппетит разгорелся с новой силой, и количество колик увеличилось. Вовка пожалел, что купил вчера пиво, а не беляш или пирожок с картошкой.

Город постепенно просыпался. С унылым взором парень наблюдал, как отходит ото сна родной Новый Уральск, как на рельсы выходят первые трамваи с недовольными кондукторами, появляются одинокие прохожие, спешащие по делам, как усталые проститутки возвращаются с ночной смены, куря сигареты и ругаясь между собой, обсуждая денежных клиентов. Бабочки, заметив сидящего на башне Лавра, помахали ему, но Вовка не стал отвечать приветствием, а послал девушкам нецензурный жест, уместившийся в среднем пальце правой руки и вызвавший бурю негодования у проституток. Они стали кричать что-то нецензурное, но парень не стал связываться и исчез в башне, оставив бабочек ни с чем.

Голод в конце концов взял своё. Лавр, устав бороться с природой, насобирал мелочи у фонтана, сел на маршрутку и поехал на улицу Краснознамённую, к Майке. Майка училась в институте на педагога начальных классов, зарабатывала на жизнь писанием курсовых и дипломных работ и снимала чудесную однокомнатную квартиру, не напрягая родителей присутствием.

С Майкой Вовка познакомился год назад на дне рождении лучшего друга Васька, который не поленился пригласить на скучную вечеринку несколько симпатичных девчонок, превративших унылый вечер в шоу с громкой музыкой, алкоголем, конкурсами и игрой в бутылочку. С тех пор Лавр периодически навещал Майку, прилетая мотыльком на огонёк и улетая спустя два-три дня.

День и ночь он провёл у девушки, а утром Лавр и Майка поднялись в восемь часов. Девушка торопилась на важную консультацию, а парень решил поискать свободные вакансии. Быстренько позавтракав, они разошлись в разные стороны, пожелав друг другу удачи, и Вовка впервые осознал, насколько он одинок в этом огромном сумасшедшем мире.

Пролистав подборку газет с объявлениями, Лавр обвёл кружочком несколько приличных и отправился по адресам. В первой фирме, где предлагали должность продавца-консультанта, вежливо отказали, сославшись на молодость и отсутствие опыта. Во второй фирме, обещавшей золотые горы, пропитый мужик с красным лицом раскрыл секрет, что это всего лишь развод на деньги, и лучше валить куда подальше. В третьей фирме, на деле оказавшейся обычным продовольственным магазином с грязными полами, Вовку брезгливо оглядели и согласились взять его грузчиком, на что Лавр ответил средним пальцем. В четвёртой фирме – агентстве по торговле недвижимости – его даже не пустили внутрь, и Вовка чуть не подрался с охранником, возомнившим себя царем земли русской. Кое-как прорвавшись, парень добился приёма у начальника отдела кадров, и тот выдал ему пропуск на собеседование в пятницу.