Хрустальное озеро - Мейв Бинчи

— Едва ли. Скажет, что занятия в школе еще не закончились и что мы слишком маленькие.

— Я бы с удовольствием съездила куда-нибудь, — сказала Кит.

— Знаю. И я тоже. Но когда нам что-то разрешат, мы будем уже слишком старыми, — мрачно сказала Клио.

— Филип О’Брайен едет с матерью в Белфаст, — выдала секрет Кит.

— Представляю, какое удовольствие ездить куда-то с такой матерью.

— Но сам он ничего. Он мне нравится.

— И ты собираешься за него замуж. Я в этом не сомневаюсь, — заметила Клио.

— Ты всегда так говоришь. Ни за кого я не собираюсь. С чего ты взяла?

— С того, что он по тебе сохнет.

— Ну и что?

— Ты не сохнешь по нему, но это не имеет значения. Рано или поздно люди всегда женятся на тех, кто по ним сохнет.

— Вот и не всегда! — возразила Кит.

— Я имею в виду женщин и девушек.

— Почему? По-моему, мы сами решаем, согласиться нам или отказать.

— Это только в книгах и кино. А в жизни мы выходим замуж за тех, кто хочет на нас жениться.

— Так поступают все женщины?

— Да. Честное слово.

Кит задумалась.

— И наши с тобой матери тоже?

— Да. Да, конечно.

— Значит, твою тетю Мору никто не любил?

— Это другое дело. Она говорила мне, что даром потратила время на одного мужчину, который ее не любил. И что это была ее ошибка.

— Ошибка ли? — засомневалась Кит. — Ты всегда говорила, что тетя Мора счастливая. Самая счастливая из всех, кого мы знаем.

— Да, говорила. Но это только с нашей точки зрения. Может быть, в глубине души она несчастна.

— А как быть с сестрой Мадлен? Она сначала была замужем, а потом стала монахиней.

— Мне этого не понять, — ответила Клио. — До самой смерти.

* * *

— О чем ты думаешь? — спросила Лена.

Льюис лениво улыбнулся:

— О том, какая ты красивая.

— Неправда.

— Тогда зачем спрашиваешь?

— Не знаю. Наверное, иногда мне хочется знать, что происходит в твоей красивой голове. У нас дома был кот по имени Фарук Я смотрела на него и пыталась угадать, о чем он думает.

— По-твоему, я похож на Фарука?

— Да. Только не такой красивый.

— Мне не нравится, когда ты говоришь «у нас дома». Лох-Гласс — не твой дом. Твой дом со мной. В каком-то смысле так было всегда.

Лена задержала на нем взгляд. Несколько недель назад она стала бы просить прощения, умолять, доказывать, что просто неправильно выразилась. Но в тот вечер, когда он обиделся и ушел, в тот вечер, когда она решила, что должна написать дочери, все изменилось. Она не хотела привязывать его к себе мольбами. Разве это любовь, если она куплена такой ценой?

— Ты согласна? — спросил Льюис.

— Нет, милый, не согласна. Я попала туда не по своей воле, но провела там тринадцать тяжелых лет. Другие люди называли это место моим домом, и я действительно жила там. Если я мельком упомянула, что кот, красивый кот по имени Фарук, жил со мной в одном доме, едва ли эта обмолвка должна послужить причиной ссоры.

Льюис посмотрел на нее с благодарностью.

И тут Лена с горечью поняла, что если бы повела себя так много лет назад, Льюис не ушел бы от нее. Но если бы он не ушел… какими были бы Кит и Эммет? Были бы они такими же? Или совсем другими? Или бы их не было вовсе?

Если бы их не было, она заплатила бы за свою любовь слишком дорогую цену.

— На день коронации я хочу сделать перманент, — сказала Джесси Парк.

— Отличная мысль, — ответила Лена.

— Мистер Миллар приглашает нас обеих вечером в гости к его брату, — с уважением добавила Джесси.

— Что ж, надеюсь, вы расскажете мне обо всем. А я встречаюсь с Льюисом. Он немного расстроен из-за того, что я не проведу с ним весь этот день…

У Джесси вытянулось лицо.

— Ох, Лена, неужели? Пожалуйста, пойдемте к мистеру Миллару. С Льюисом вы бываете каждый вечер, а это особый случай.

Лена посмотрела на нее с симпатией. Хотя Джесси все еще называла своего работодателя мистером Милларом, но относилась к нему очень тепло. Во всяком случае, взгляды, которые она на него бросала, не имели ничего общего с тем, как подчиненный смотрит на начальника.

— Увы, Джесси. Пошла бы, но не могу. Да и вам без меня будет лучше. Не хочу быть третьей лишней.

— Он меня в упор не замечает, — с грустью произнесла мисс Парк.

— Откуда нам знать, что думают мужчины? В этом и сотня мудрецов не разберется. Поэтому попробуйте сами лучше узнать его.

— Вы думаете? По-вашему, все будет хорошо?

— Конечно. Он ведь не какой-нибудь незнакомец, с которым вы встретились на вечеринке. У вас очень много общего… — подбадривала ее Лена.

— Но без вас я не соображу, что следует говорить, — заволновалась Джесси.

— Самое время попробовать.

— Надеюсь, я буду прилично выглядеть. Как по-вашему, стоит мне сделать перманент?

— Конечно, стоит. Тем более что он обойдется вам почти даром. Грейс перед нами в долгу. Мы обеспечиваем ее работой и делаем салону сумасшедшую рекламу.

Счастливая Джесси отправилась в парикмахерскую, строя грандиозные планы. Лена сняла трубку:

— Грейс, окажите мне услугу. Сейчас к вам придет Джесси. Сделайте для нее все, что можно. Ногти, лицо, окраска волос… в общем, по полной программе. Сочтемся позже.

— Она ищет новую работу?

— Не угадали, — ответила Лена. — Не работу, а любовь.

* * *

В аптеку зашла Дейдра Хэнли:

— Мистер Макмагон, я пришла узнать, не нужна ли вам помощница или что-то в этом роде.

— Ты собираешься изучать фармакологию? — удивился Мартин.

— Нет. Но ведь это вовсе не обязательно, чтобы у вас работать, правда?

— Если ты хочешь быть полезной, то обязательно, — мягко ответил Мартин.

Дочь миссис Хэнли была девушкой неугомонной. Еще будучи ребенком, она вслух заявляла, что ждет не дождется, когда сможет уехать из Лох-Гласса. Иногда она говорила это Элен и, как казалось Мартину, находила у той слишком горячую поддержку.

— По-моему, тот, кто предлагает людям покупать косметику и все прочее, в этом не нуждается.

— Нет, Дейдра, нуждается. Ты ведь собиралась учиться на косметолога. Я не ошибся?

— Мистер Макмагон, долго учиться этому не нужно. Все, что от вас требуется, это договориться с одной из косметических компаний о небольшой стажировке. А потом вы будете торговать их барахлом. Говорить людям, что это замечательно. Ну, сами знаете…