Строго между нами - Кэти Келли

Эмилия пока еще не была знакома с Ником. Стелла хотела их познакомить и одновременно опасалась этого. Хотя она и обещала Нику не бояться стремительного развития их отношений, страх в душе оставался.

Роуз, так же не притронувшаяся к еде, пристально наблюдала за сменой эмоций на красивом лице дочери.

— Знаешь, Стелла, тебе не следует быть такой настороженной, — наконец сказала она. — Рискни, вдруг тебе выпадет счастье. Тем, кто не рискует, никогда ничего не выпадает. Кроме одиночества.

— А как же Эмилия? — возразила Стелла. — Я же должна думать о ней. Совершив ошибку с Ником, я могу причинить ей боль.

— А как же ты сама? — сказала Роуз. — Ты знаешь, что я люблю внучку, но и ты мне небезразлична. Я не хочу видеть, как ты упускаешь такой шанс только потому, что возможна неудача. Подумай, что ты теряешь. Пусть Ник будет в твоей жизни всего полгода, такое случается. Когда-то нечто подобное уже было в жизни Эмилии.

— Я знаю, это и удручает меня, — с грустью сказала Стелла. — Один раз она уже теряла отца. Я не могу ввести в ее жизнь человека, который через полгода так же исчезнет.

— У детей психика крепче, чем ты думаешь, — успокоила дочь Роуз. — Ты с Гленом рассталась очень мило, и никакой горечи между вами из-за нее не было.

— Это потому, что Глену было абсолютно все равно, что станет с дочерью, — заметила Стелла.

Все было именно так. Отношение Глена к жизни вообще было своеобразным. Что бы ни случилось, он неизменно произносил: «Вот черт!» — и тут же успокаивался. Это просто сводило с ума и без того беспокойную Стеллу, когда она жила с ним под одной крышей. Однако эта его философия очень пригодилась, когда они расстались. Вопрос о том, с кем будет жить маленькая Эмилия, решился сам собой. Ничуть не претендуя на общение с ней, Глен куда-то исчез, а девочка осталась с матерью.

— Иногда мне кажется, что Эмилия все же страдала, — настойчиво сказала Стелла. — Ты ведь ради нас никогда не бросила бы папу. Я знаю, вы безумно любите друг друга, но и без любви вы бы не развелись. Сохранили бы семью только ради меня, Тары и Холли. Я не смогла сделать этого ради Эмилии и поэтому считаю, поступила с ней плохо.

Роуз все это время смотрела на Стеллу, и той на мгновение показалось, что она обидела мать своими словами.

— Я всего лишь использовала вас с папой как пример и не подразумевала… — начала она.

Но Роуз прервала извинения.

— Не стоит, — добродушно сказала она. — Я просто задумалась. Тебе не надо корить себя за неудачи, которых к тому же и не было. Ты поступила правильно. Эмилия замечательная внучка. Наверное, отсутствие в ее жизни отца сказалось на ней, но разве было бы лучше, если бы вы оставались вместе и при этом ненавидели друг друга?

— Ты права, — ответила Стелла. Она вдруг вспомнила, с какой болью Ник рассказывал ей о своем разводе. Хотя Кавалетто настаивал, что его развод с Уэнди и прошел по-доброму, он не отрицал, что это была его инициатива. Его жену привело в бешенство то, что ради дочерей после развода Ник согласился возвратиться в Ирландию, а ради нее, когда они еще были вместе, — отказался.

«По крайней мере мы с Гленом остались друзьями и никогда так не спорили, даже когда были вместе», — подумалось Стелле. Если верить Нику, то в браке они жили как на пороховой бочке, особенно в последний год. Стелла силилась представить себе вечно спокойного Ника, который с кем-то яростно спорит, но так и не смогла.

— Итак, когда ты планируешь познакомить Эмилию с Ником?

Стелла рассмеялась:

— Папа однажды рассказывал, что тебя в комитетах боятся как огня. Теперь я понимаю почему. Ты всегда задаешь прямые вопросы.

— Просто это единственный способ чего-либо достичь, — не без гордости заявила Роуз. — Кажется, мы больше не хотим есть. Надо бы заказать кофе.

— Я не против, — ответила Стелла.

Роуз изящным движением встала и направилась к бару, чтобы заказать кофе. За ее стройную фигуру и изящную походку незнакомые люди «омолаживали» ее почти вдвое. Но дело было не только в фигуре и осанке. Ее разум был открыт для новых идей — совсем как сейчас у двадцатилетних.

Стелла смотрела матери вслед и думала о том, какая все же замечательная она женщина. Обладая талантом делать все в жизни правильно, она тем не менее не теряла способности очаровывать тех, кто рядом. Роуз никогда не судила и не читала морали. Ее разумные советы были всегда добрыми и искренними.

За этими мыслями Стелла не заметила, как подошла Роуз с двумя чашками кофе.

— Ну хорошо, — согласилась Роуз. — Перечисли хотя бы доводы «за» и «против»; почему следует познакомить Эмилию и Ника.

Стелла задумчиво размешала сахар.

— Доводы «за» просты. А вот «против»… Допустим, Эмилия возненавидит Ника. Ты же знаешь, как дети ревнуют, когда у матери появляется кто-то еще.

Подумав, Роуз сказала:

— Но ты не узнаешь об этом, пока не попробуешь. Нет смысла и гадать, как отреагирует семилетний ребенок. Есть еще возражения?

— Он не так давно развелся, — добавила Стелла. — Сейчас, конечно, все улеглось, но… осадок остался, — продолжила она. — Хотя они разошлись по взаимному согласию, развод всегда неприятен. Он очень не хотел отдавать дочерей. Это может сказать о многом.

— А ты могла бы полюбить мужчину, который не сожалеет о том, что бросил собственных детей? — спросила Роуз.

— Да, ты права. Ник просто обожает своих дочерей. Он только за тем и вернулся в Ирландию, чтобы быть с ними. Именно это и не понравилось его бывшей жене.

Стелла искренне не понимала, почему Уэнди так не понравилось решение Ника возвратиться в Ирландию. Ведь тогда бы он мог лучше позаботиться о дочерях.

— Уверена, именно это, — оживленно ответила Роуз. — Только один совет, дорогая. Не торопись превращать эту женщину в дьявола. Бывает так, что бывшие жены вначале ругают мужа в разговоре с подругами, а потом дуются на этих подруг за то, что наговорили о муже. Ведь подруги, естественно, соглашались. Не забывай, что они в браке были двадцать лет и теперь каждый из них надеется сохранить добрые, если не дружеские, отношения. Но ты же не захочешь оскорбительно отзываться об Уэнди только потому, что ее ругает бывший муж?

— Ты права, мама, — больше думая о своем, произнесла Стелла. Правда, она была неприятно удивлена тем, как царапнул ее слух звук имени. «Уэнди Кавалетто». Однако ей нравилось слушать рассказы Ника о том, какой несносный характер был у его жены. «Совсем не в моем духе, — думала она. — Но должно быть, стервой быть проще, чем ангелом».

Стелла продолжала рассеянно смотреть в окно, и Роуз, попивая кофе маленькими глотками, принялась рассматривать проходящих через галерею людей. Она видела, что Стелла о чем-то думает, и не хотела мешать дочери. Вот Роуз заметила миссис Фрейдленд с дочерью. Они насупленно молчали, словно недавно поругались.