Непреодолимое черничное искушение - Мэри Симсес

Я смотрела на группу загорелых юношей, которые восходили по трапу на корабль «Бостон Уэлер» с удочками и рыболовными снастями в руках – и в глубине души мне очень захотелось уплыть сейчас с ними подальше в океан и никогда не возвращаться.

Хайден положил свою ладонь на мою.

– Это будет прекрасно, милая, – сказал он. – Чем чаще ты делаешь такие вещи – тем больше к ним привыкаешь.

Почему-то мне не стало легче от его слов.

– И как это делается? – спросила я. – Они будут встречаться с каждым из нас по отдельности? Или вместе? – Я надеялась, что мне не будут задавать каверзных вопросов и я не буду выглядеть в результате дурой и не опозорю Хайдена и его семью. – Мы ведь будем встречаться с ними вместе, да?

– Ну, не волнуйся ты так, я уверен, что вместе.

Я сделала большой глоток чая.

– А что насчет фотографий? Где они их будут делать?

– Ну, они наверняка сделают несколько снимков в церкви, – сказал Хайден. – И скорей всего на приеме в «Метрополитен Клаб».

Значит, и в церкви, и на приеме. Они будут и там и там.

Я потянулась за еще одним пакетиком сахара.

– И… ладно. Есть еще кое-что, – произнес Хайден.

Я высыпала сахар в стакан.

– Да?

– Они интересовались моей семьей. Больше в таком… политическом смысле. И тобой, потому что твой отец был типа финансовым гением, ну и…

У меня кожу закололо словно иголками.

– Так вот, Том Фрейзер мне сегодня рано утром звонил, когда ты еще спала, и когда я сказал ему, где мы находимся, он очень заинтересовался этим. И сказал, что хочет обязательно включить это как врезку в статью. Ну, знаешь, девушка из провинциального городка выходит замуж за преуспевающего представителя семьи политиков.

Врезка? Моя семья, оказывается, врезка?

– Хайден… я не хочу быть врезкой. И вообще ничего этого не хочу.

Хайден заглянул мне в глаза и погладил меня по щеке.

– Послушай, милая. Я понимаю, тебя все это немного смущает, и я хочу, чтобы ты знала: все будет очень деликатно. Я проанализировал все с разных сторон, клянусь тебе. И не имеет значения, как ты к этому относишься, как я сам отношусь к этой перспективе – мы просто должны сделать это, и все.

– Но… – я отняла руку.

– Просто выслушай меня. Пожалуйста, – он наклонился ко мне ближе, глядя на меня в упор, и заговорил тем тоном, который я не раз слышала в суде, уверенным и безапелляционным.

– Во-первых, – сказал он, загибая указательный палец, словно собираясь считать по пунктам. – Мой отец всегда говорил мне, что никогда нельзя ссориться с прессой. И он абсолютно прав. Мы же не хотим их разозлить – они нам этого никогда бы не забыли и не простили, – он загнул следующий палец. – Во-вторых: мы можем обратить это себе на пользу. Карьере каждого из нас не повредит немного дополнительного внимания прессы, пусть люди узнают о нас чуть больше, не так ли? – Он не стал дожидаться моего ответа. – И мы будем держать все под контролем.

Я понимала, что все совсем не так легко и просто, как он говорит, но понимала, что перебивать сейчас его не стоит.

– И в-третьих, – продолжал он, загибая третий палец. – Это может быть полезно для меня в следующем году, когда я буду баллотироваться в городской совет. Просто еще один способ добиться успеха на выборах.

Он смотрел на меня в ожидании моего согласия.

Я нетерпеливо переступила с ноги на ногу под столом.

– Хайден, мне реально от всего этого очень не по себе. Ты вот приводишь мне все эти аргументы, почему мы должны это сделать – но мне от них не становится лучше. Ведь это же наша свадьба!

Он отвернулся и стал смотреть на что-то в дальнем конце патио.

– Я не могу им отказать, Эллен. «Таймс» уже назвал нашу свадьбу одним из главных событий сезона. Бывают ситуации, когда можно колебаться или давать задний ход, но эта ситуация не из таких. Да и потом – мы же приглашаем на свадьбу триста человек! Ты и не заметишь там в этой толпе парочку фотографов!

Главное событие сезона?!

Я начала нервно грызть ноготь.

– Я чувствую себя так, словно наша свадьба превращается в сюжет передачи «Ты не поверишь!».

Он покачал головой.

– Нет, это не так, милая. Я бы никогда этого не допустил.

Подошла официантка и поставила на стол перед нами заказанные блюда. Я покосилась на жареных моллюсков, но чувство голода куда-то пропало, я и думать не могла о еде сейчас.

Хайден снял со своего сэндвича верхний кусочек хлеба и внимательно изучил рыбу.

Я отодвинула тарелку в сторону и уставилась на гавань. Корабль с рыбаками уже отплыл и набирал ход.

Хайден взял меня за подбородок, повернул мое лицо к себе и поцеловал. Я не чувствовала ничего, кроме паники. Я понимала, что у меня не хватит сил и аргументов отговорить его от этой затеи – и в то же время не могла позволить ему на это согласиться. Голова у меня пухла от мыслей и вопросов. Во что я ввязываюсь? Что я делаю?!

А потом я внезапно все поняла.

А чего я, собственно, ожидала? Я же понимала, что все так и будет. Я собираюсь выйти замуж за Хайдена Крофта – а это предполагает определенные обязательства и ответственность. С самого начала наших отношений я должна была это понимать и быть готовой эти обязательства выполнить, когда придет время. Что ж, время пришло.

– Хайден, – произнесла я, выдавив из себя улыбку. – Я… сделаю это. Я смогу это пережить, и все будет хорошо, – я хлопком соединила ладони, искренне надеясь, что мои слова звучат достаточно убедительно. – И ты прав – чем чаще я буду сталкиваться с такими вещами, тем привычнее они будут. Сейчас, здесь, я просто немножко… выпала из колеи, но я знаю, что когда мы вернемся в Нью-Йорк – я снова займусь своими обычными делами и через пару недель уже все будет нормально и я буду готова ко всему. Ты сможешь выставить против меня всех журналистов Нью-Йорка – и я выдержу их натиск с честью и легкостью.

Хайден опустил взгляд на свой сэндвич с окунем, потом снова посмотрел на меня, между бровей у него залегла складка:

– Ну, тут такое дело, понимаешь…

Ой-ой. На этот раз новости будут точно плохими.

– Они приедут сюда через два дня.

Я почувствовала, как в голове взрывается вулкан боли, от которой глаза чуть не вывалились наружу. И выпрямилась на самом краешке стула:

– Кто приедет? О чем ты вообще говоришь?

– «Таймс». Они пришлют репортера и фотографа в Бейкон.

– О господи! – я вскочила и шарахнула ложкой о стол со всей силы – звук эхом разлетелся по всему патио. – Зачем? Зачем сюда? Зачем через два дня?! – я вцепилась в скатерть. – Я не готова… не готова!