Ветви на воде - Эдвин Чарльз Табб

– В какой момент вы решили обратиться в полицию?

– Когда я поняла: того, что я знаю всю правду, ему недостаточно. Тогда я сразу же пошла в полицейский участок и рассказала о том, свидетелем чего была. И они весьма обеспокоились, уж поверьте мне!

– Спасибо, миссис Полк. Уверен, все мы поняли картину, – произнеся это, мистер Метц сел на место, посмотрел на Шелтонов и сказал:

– Ваши вопросы свидетельнице.

Миссис Шелтон поднялась на небольшую кафедру, с которой адвокаты опрашивали свидетелей. Она тоже поблагодарила миссис Полк за участие, но на этом обмен любезностями кончился.

– Миссис Полк, – сказала миссис Шелтон, глядя в блокнот с записями, – за все то время, что вы наблюдали за автобусом, в котором находились мистер Питтман и Джек, вы хотя бы раз замечали, как они совершают что-либо противозаконное или аморальное?

– Что вы имеете в виду? – спросила миссис Полк.

– Вы видели, как мистер Питтман недвусмысленно касается Джека или что-нибудь в этом роде? Видели, как они занимались чем-либо из того, что вы подозреваете?

– Нет, конечно, – ответила она, – окна автобуса были завешены, и никто не мог видеть, что происходит внутри. Я уже говорила.

– Стало быть, вы не видели, как совершалось преступление, верно?

– Ну а что еще они могли там делать? – спросила миссис Полк.

– Может быть, то же, что и вы со своей подругой? Пили кофе и беседовали?

– Джеку было всего двенадцать. С какой стати этот человек станет проводить с ним столько времени? Он просто понял, что Джек – заброшенный ребенок, и воспользовался ситуацией.

– Вы умеете читать мысли, миссис Полк?

Мистер Метц хотел вмешаться, но миссис Полк ответила раньше, чем он это успел:

– Не говорите глупостей. Нет, конечно.

– А ведете себя так, будто умеете. Будто знаете, что в голове мистера Питтмана.

– Я знаю, что творилось в том автобусе!

– Миссис Полк, вы обвинили мистера Питтмана в ужасном преступлении. Вам не кажется, что нужно что-то посерьезнее нелепых подозрений, чтобы обратиться в полицию?

– Хэнк не собирался этого прекращать! Кто-то должен был его остановить! – Лицо миссис Полк стало пунцовым.

– Хэнк? – переспросила миссис Шелтон. – Вы настолько хорошо его знаете, что зовете так, как его зовут только друзья?

Миссис Полк застыла, будто обратилась в статую.

– Я знаю его довольно близко, да, – пробормотала она наконец.

– Долгое время, верно?

– Ну… да, – начала миссис Полк. Мне показалось, миссис Шелтон что-то знает, но я пока не мог понять, что именно.

– Правда ли, что вы встречались с мистером Питтманом? Хэнком, как вы его называете?

– Это Хэнк вам рассказал? – взвизгнула миссис Полк.

– Вопросы буду задавать я, если вы не возражаете, миссис Полк. Мне повторить вопрос?

– Нет, не надо.

– Так каков ответ? Напомнить вам, что вы под присягой?

Миссис Полк взглянула на мистера Метца, сидевшего на стуле очень прямо. Все это стало новостью и для него и было ему явно не по вкусу. Некоторое время миссис Полк молчала.

– Миссис Полк?

– Да, какое-то время мы встречались, – наконец пробормотала она с явной неохотой. Я задался вопросом, почему же она не учла, что Хэнк может сказать об этом своим адвокатам. Впрочем, я сомневался, что это может повлиять на ее показания.

– Правда ли, что вы хотели несколько большего от отношений с мистером Питтманом? – спросила миссис Шелтон и тут же поправила себя: – С Хэнком?

– Это мое личное дело! – воскликнула миссис Полк.

– Нет, миссис Полк, боюсь, если вы подаете на человека, который вас отверг, в суд, это становится делом суда, – сказала миссис Шелтон. Я не видел ее лица, но вся ее поза говорила о том, что она сыта по горло отговорками миссис Полк.

– Он меня не отвергал! – буркнула миссис Полк.

– Сколько раз вы ходили на свидания?

– Два.

– Почему только два?

В этот момент дверь открылась, и я повернулся посмотреть, кто вошел, потому что при виде этого человека миссис Полк изменилась в лице. Это оказалась женщина примерно ее лет, занявшая место в нескольких рядах позади меня. Я вновь посмотрел на миссис Полк. Ее физиономия из красной стала белой.

– Миссис Полк? – снова позвала миссис Шелтон, все еще пытаясь вытянуть из нее ответ.

– Что? – прошептала она, будто ей не хватало воздуха.

– Почему вы с мистером Питтманом – я имею в виду, с Хэнком – ходили на свидания всего дважды?

– Он сказал, что больше не хочет меня видеть, – тихо ответила она.

– Рассказывали ли вы кому-то из своих друзей о том, что вы встречаетесь, и о своих надеждах на счастливый исход этих отношений?

Задав этот вопрос, миссис Шелтон повернулась и посмотрела на женщину, которая недавно вошла. Вслед за ней повернулся и я. Женщина мрачно взирала на миссис Полк, все тело которой будто сдулось. Она что-то сказала, но я не расслышал, что именно, и остальные, судя по всему, тоже.

– Простите, не могли бы вы говорить громче? – попросила миссис Шелтон. Я чувствовал – она наслаждается замешательством миссис Полк не меньше, чем я.

– Я сказала – да. Да, рассказывала.

– И что же вы им рассказывали?

Миссис Полк таращилась на миссис Шелтон с нескрываемой ненавистью. Миссис Шелтон стояла все в той же непринужденной позе, в какой могла бы ждать официанта с заказом.

– Что я… я хочу выйти за него замуж.

– Правда ли, что после того, как мистер Питтман решил прекратить ваши отношения – если два свидания можно назвать отношениями, вы звонили ему бесчисленное множество раз с просьбами одуматься?

Миссис Полк ничего не ответила. Лишь кивнула.

– Вам необходимо озвучить ответ, миссис Полк. Секретарь суда не может записывать жесты, – заметила миссис Шелтон.

– Да.

– Правда ли, что вы преследовали мистера Питтмана в надежде найти доказательства, что причина разрыва в нем? Если мистер Питтман предпочитает женщинам мальчиков, значит, проблемы у него, а не у вас? Так ли это, миссис Полк?

– Нет! – воскликнула она. – Это не так!

– Хотите сказать, вы не звонили по меньшей мере одной подруге и не говорили, что вот и причина? Что он прекратил с вами встречаться, потому что вы не маленький мальчик?

Еще раз взглянув на женщину, которая недавно вошла в зал, миссис Полк, видимо, решила – с нее хватит. Ей нужно было уйти со свидетельской скамьи. Продолжая все отрицать, она лишь усугубляла свое неловкое положение.