Воронье озеро - Мэри Лоусон

– Мы на минутку. – Люк положил мне руки на плечи и ласково сжал. – Поприветствовать странницу. Странников, – поправился он, увидев Дэниэла, и протянул ему руку. Дэниэл поднялся, и они пожали друг другу руки через стол. – Рад вас видеть. Я Люк. А это Бо.

– Дэниэл.

– Здрасте, – сказала Бо. – Я принесла баварский торт. – Она поставила торт на стол.

Мэри обрадовалась:

– Ах, какая прелесть! Это на завтра?

– На завтра другой есть, а этот на сегодня. Кстати, знаете, что миссис Станович тоже торт испекла? Большущий, трехъярусный, а наверху маленький сахарный Саймон!

– Да, – сказала Мэри с ноткой беспокойства. – Я знала, что и ты торт печешь, да ее не отговоришь, вот я и подумала: съедим оба, не пропадут.

– Еще бы, – весело отозвалась Бо. – Ничего страшного. Я просто не знала, знаете ли вы об этом. Саймон с обоими в одиночку управится, даром что маленький. Как дела, малыш? Чувствуешь, что почти вырос? – Она потрепала Саймона по макушке. Он схватил Бо за запястье, но та мягко отстранилась. – Привет, Кейт. – Она наклонилась, чмокнула меня в щеку. – Отлично выглядишь. Только очень худенькая.

Сама она выглядела потрясающе. Сестренка у меня амазонка, рослая, белокурая, статная, – одно слово, дева-воин. Саймона она бы одолела в честном поединке. Подозреваю, что она и Люка на лопатки положит, хоть он и сам в неплохой форме. Теперь, когда вижу Люка, всякий раз дивлюсь, какой же он красавец. В детстве я этого не замечала. Ему скоро тридцать девять, а он хорошеет с каждым годом. Подавись, Салли Маклин!

Мэтт сказал:

– Садитесь, ребята. Пробуйте чизкейк и тортик Бо. Ну, Мэри, раздавай.

Люк плюхнулся на стул. Я заметила, как ухмыляется Саймон, – видно, задумал спросить про уроки вождения, – но Мэри тоже заметила, строго покачала головой, и Саймон угомонился.

– Хорошо добрались? – спросил Люк. – Пока не забыл, Лора Каррингтон привет передавала, завтра зайдет. Как жизнь в большом городе? Слыхал я, у вас там опять почтальоны бастуют.

– Они постоянно бастуют, – ответила я. – Большое спасибо, Мэри, можно мне и того и другого по кусочку?

Бо села со мной рядом.

– Надо тебе все наши сплетни пересказать, – начала она. – Чего ты еще не знаешь?

– Вот так, навскидку, и не скажу.

– Знаешь, что Дженни Митчел – то есть Дженни Лаплант – собралась разводиться? И станет опять не Лаплант, а Митчел.

– А я и не знала, что она стала Лаплант.

– Знала, я же рассказывала. А знала, что у миссис Станович еще один правнук родился?

– Вроде бы знала.

– Это ты про предыдущего знала. А этот только в прошлое воскресенье родился. А знаешь, что молочное стадо мистера Джени получило приз? Точнее, Офелия получила приз. У нее надои самые большие в Северной Америке. Или только в округе Струан?

Мэри спросила:

– Дэниэл, что вам положить, чизкейк или баварский?

Дэниэл слегка ошалел, то ли от шума, то ли это Бо на него так подействовала. Он ответил:

– Ммм… и того и другого, пожалуйста.

Люк тем временем рассказывал:

– …И он купил целый остров. Решил там охотничий дом отгрохать, большущий. Надеется заполучить сюда богатых американцев, пусть миллионы выкладывают.

– Думает, что кто-то в такую даль на машине поедет? – спросил Саймон.

– Он их будет самолетами доставлять. Гидропланами.

Мэтт провозгласил с серьезным видом:

– «Открой для себя головокружительную красоту канадской природы. Ощути…» – Он умолк, подыскивая слова.

– Первозданную глушь? – подсказал Саймон, тоже с каменным лицом.

– И то и другое. «Ощути нетронутую чистоту речных порогов. Познай первозданную глушь лесов. Полюбуйся невероятным зрелищем…»

– А может, «насладись»?

– «Насладись невероятным зрелищем – могучим лосем…»

– Или гигантским лосем…

– Лосем-исполином…

– Джим Сумак хочет волосы отпустить, понатыкать в них перьев и податься в экскурсоводы, – продолжал Люк. – Состояние сколотить. Ну и мне, надеюсь, перепадет, им же понадобится много-много мебели в деревенском стиле. Спасибо, Мэри, и того и другого.

– Думаешь, понадобится?

– Сидеть-то на чем-то надо. На доставке сэкономят, мы ведь рядом.

– «Испытай на себе величественную простоту мебели Люка…»

Мэри спросила:

– Бо, тебе чизкейка или баварского?

Щеки у нее раскраснелись, но под конец званого ужина она чуть расслабилась. Стоя с лопаткой и оделяя всех десертом, Мэри казалась почти умиротворенной.

Так ты все забыла? – подумала я. Живешь в доме, повидавшем столько ужасов, и просто-напросто не вспоминаешь? Так-то тебе и удается выжить?

* * *

В ту ночь, в ту памятную сентябрьскую ночь, всем распоряжался Люк, как ни был он ошарашен. На Мэтта будто нашел столбняк. Помню, как он стоял рядом с Мэри. Оба застыли у крыльца, Мэри все еще всхлипывала от ужаса. Мэтт обнимал ее, и во всем его облике сквозила беспомощность. Помню, как на крыльцо вышел Люк, завел обоих в дом. Он пытался успокоить Мэри, но та от страха была сама не своя. И меня, и Люка она вряд ли замечала. И все то и дело повторяла:

– Мэтт, я беременна. Я на третьем месяце, меня тошнит по утрам. Мэтт, он меня убьет. Господи, убьет ведь.

Люк сказал:

– Все, Мэри, успокойся.

Да как ее успокоишь? Люк и сам будто только что проснулся и не понимал, где он.

– Кейт, поставь-ка чайник. Чаем ее напои, что ли, – велел он мне.

И я вышла, поставила чайник, но тотчас вернулась в комнату.

Мэри все так же цеплялась за Мэтта, а Люк пытался до нее достучаться:

– Мэри! Ответь на вопрос. Ты сказала, он убил Лори. Что ты имела в виду? Кто убил Лори?

Мэтт вмешался:

– Отстань от нее, Люк. – Впервые с начала ее истерики он заговорил. Хриплым, срывающимся голосом.

Люк возразил:

– Нет, надо разобраться. Мэри! Кто убил Лори? Твой отец?

Мэтт воскликнул:

– Да отстань же от нее, ради бога! Не видишь, что с ней?

Люк на него не смотрел, просто-напросто не мог себя заставить. Он не сводил глаз с Мэри. Он спокойно ответил:

– Да вижу я, что с ней. По-твоему, надо ее успокоить и отправить домой, к отцу?

Мэри уставилась на него, но Люк отвел взгляд.

– Мэри, ты должна нам все рассказать. Твой отец убил Лори?

Мэри будто только сейчас поняла, кто перед ней. Прошептала: