Почему мама часто матерится - Джилл Симс

– Ох! Так вот он, папаша? – все никак не могла вычислить конфигурацию нашей семьи добрая акушерка.

Пирс со слезами на глазах кинулся к Саре и своему ребенку.

– Ага, он самый! – с облегчением выдохнула я и попыталась выскользнуть уже из палаты, но не тут-то было. Сара, продолжая сиять (вот как она это делает?), громко обратилась к Пирсу: «Милый, Эллен была восхитительна, просто незаменима! Я не знаю, что бы я делала без нее! Пусть она назовет нашу девочку!»

Что? Что, блядь? Ни за что! Еще и ребенка вашего называть? Это же очень ответственно и субъективно. Мы с Саймоном чуть не развелись, когда выбирали имена для детей, а уж чужого ребенка называть я и не возьмусь. Я помню, хотела назвать дочку Изольда, но Саймон встал на дыбы, потому что это имя, на его взгляд, слишком претенциозное и не романтичное. Понятно, что когда он хотел назвать дочь Дедри, имя которое уходило корнями в ирландскую мифологию, это было более романтично, по его мнению, но я сказала, что НИКОГДА не соглашусь на Дедри, потому что так зовут героиню сериала «Коронейшн-Стрит», и это будет клеймом нашей дочери на всю жизнь. Так что вот он мой момент реванша, назову ее Изольда! Но природная скромность не дала мне воспользоваться этой возможностью, и, потупив глазки, я сказала Саре: «Ой, что вы, что вы, это так лестно, но я не могу на это согласиться. Вы – родители, вот вы и называйте!»

– Ну, тогда мы дадим ей второе имя Эллен, ты согласна? – спросила Сара.

Еще бы, я считаю, что это очень мило с их стороны, и мое сердце растаяло.

– Правда? Вы хотите так ее назвать? Это же здорово! – сказала я со слезами в голосе. – Но я вас не принуждаю, не торопитесь с решением, подумайте хорошенько (пусть только попробуют передумать!).

Выходя из палаты, я подумала, хорошо, что у них девочка родилась, а вот если бы родился мальчик, они, что, назвали бы его Саймон? Вот тогда бы я разозлилась не на шутку, это же как можно называть ребенка в честь того, кто вообще нихуя ничего не сделал, чтобы помочь, и вообще был не пришей пизде рукав во всей этой драме?

Когда мы добрались домой, то к нам навстречу бросились мама с Джеффри.

– Ну? – дрожа от нетерпения, спросила мама.

– Девочка! – радостно сообщила я. – Три семьсот. Имя еще не выбрали, но большая вероятность, что вторым именем у ребенка будет Эллен, в честь меня. Малышка и мама чувствуют себя превосходно. Там с ними Пирс!

– Ну да, да, понятно, – нетерпеливо сказала мама. – Ты же уже звонила и все нам сообщила. Как там мой соусник Lakeland, вы его не испортили?

– Ой, мама, она им воспользовалась, когда ходила в туалет пописать. Ничего не поделаешь, прости.

Мама застонала в агонии. Это же какую цену ей пришлось заплатить за новорожденную внучку, если ее бесценный обюссоновский ковер и фарфоровый соусник были испоганены за один раз?

– Бляха! Мне надо срочно выпить! – сказала я.

К моему вящему удивлению, Джеффри был сама любезность и даже поблагодарил меня за то, что я сделала для его дочери. Я в этот момент почувствовала гордость и признание, а также удовольствие от того, как Джессика разозлится, когда узнает, что теперь я героиня и спасительница нашей семьи, прям как национальная героиня Великобритании Грейс Дарлинг! Вот так!

Пятница, 30 декабря

Я вышла на работу сегодня, потому что дома совершенно ничем невозможно заняться из-за Саймона и детей, которые только и делают, что пререкаются между собой и мешаются под ногами. К тому же я могу использовать отгулы за эти дни для более нужных дел, например, пойти на концерт в школе у детей – ага, щас, побежала с радостью. Хотя надо было выйти на работу еще раньше. Тут красота. Никого нет, и тишина до звона. Просто удивительно, как много ты успеваешь сделать, когда никто тебя не дергает своими звонками и письмами или же пустыми разговорами, невзначай остановившись у твоего рабочего стола. Это еще раз утверждает меня в моем убеждении, что мир был бы прекраснее, если бы в нем не было других людей.

Разумеется, когда сидишь одна в огромном пустом бизнес-центре, временами становится не по себе от страха, в какой-то момент меня накрыл психоз, а что если где-нибудь в коридорах притаился серийный убийца или маньяк, как в «Сиянии», и я даже боялась лишний раз идти в туалет, потому как, если меня там укокошат, то мне потом будет неприятно, что на унитазе найдут мое безжизненное тело со спущенными трусами (да и трусы на мне в тот день были не самые гламурные). Так что везде свои плюсы и минусы…

Суббота, 31 декабря / Воскресенье, 1 января

Давно прошли те времена, когда в новогоднюю ночь мы наряжались в пух и прах, штукатурились и шли куда-нибудь гулять, напивались вдрободан и целовались взасос со всеми встречными-поперечными на праздничных улицах. В дни нашей бестолковой студенческой юности Саймон, Ханна, Чарли и я как-то устраивали в Эдинбурге беспощадный и лютый кутеж в канун Нового года (беспощадной и лютой была я точно, Саймон был такой же шальной, что даже как-то по угару спустил штаны и показал всем свой зад на Королевской Миле в центре Эдинбурга, однако потом он пожалел, так как жаловался что яйца себе поотморозил. Ханна и Чарли всегда дистанцировались от нашего беспредела и заявляли, что они вели себя прилично), но с возрастом то неистовое желание слиться в единении со всем народом на Новый год как-то поистрепалось и сошло на нет. Пару лет назад я попыталась восстановить традицию и созвала всех наших друзей к нам на новогоднюю вечеринку, но, к сожалению, все закончилось тем, что после нее я возненавидела всех гостей и не хотела никого видеть вплоть до Пасхи.

На этот раз мы решили, что пригласим только близких друзей, подсоединим детей к их электронным девайсам, сами наденем праздничные пижамы с резинками на брюках и будем хомячить готовые закуски из M&S и бухать, пока жизнь станет не мила. Поэтому на эту вечеринку «Кому за…» подгребли Ханна и Чарли, Кэти со своим душным мужем Тимом, Сэм, все в комплекте со своими разномастными детьми, тапками, закусью и… понеслась душа в рай.

Сэм, воодушевившись тем, что дети будут в одной стае под присмотром друг друга (кроме девочек Кэти, которые еще не доросли до стаи, и их надо было бы а) отводить в туалет и подтирать им попы, б) в случае чего тащить через всю улицу на руках, чтобы уложить спать в их кроватки), что Ханна и Чарли могут лечь в гостиной и не рваться никуда на такси под утро Нового года (Сэма, если что, могли бы довести до дома под белы руки его уже достаточно взрослые дети), зацепил с собой загадочный напиток в темной бутылке с этикеткой «Мрак». Он объяснил, что там во «Мраке» кофейная текила.

– Ты уверен, что это хорошая мысль? – засомневалась я. – Я в том смысле, что мы должны вести себя прилично, здесь же дети. Я вон наготовила всяких миленьких сосисочек в глазури и мини-бургеров. Мы же не будем шотами накидываться? Дети же будут смотреть!

– Дети ничего не заметят, – радостно заверил меня Сэм. – Ты думаешь, им будет до нас, когда у них свободный доступ к айпадам и к интернету, так еще рядом целая компашка одноклассников, им вообще не до нас будет.