Яблоки не падают никогда - Лиана Мориарти

– Никто не провалился. – У Джой подвело живот. – И я уверена, Саванне это неинтересно.

– О нет, это очень интересно, – живо отозвалась Саванна, словно не ощущала сгустившегося в комнате напряжения. Впервые она вызвала у Джой легкое раздражение.

Стэн мотнул головой в сторону Логана:

– Этот был атлет. Господи, он был настоящий атлет! Теперь, конечно, в это трудно поверить.

– Ну спасибо, папа. – Логан поднял бокал в насмешливом тосте.

– У него был один из самых мощных ударов справа, какие я когда-либо видел. Исключительный.

– Мощный – да, но назовем ли мы его точным? – встрял Трой, искоса поглядывая на старшего брата, и Логан показал ему средний палец, будто они оба – глупые мальчишки.

– Логан был такой натренированный. – Стэн проигнорировал Троя. Он попал в свою стихию. Много лет ему не выпадало счастья поговорить с кем-нибудь, кто ничего не знал о том, как его дети играли в теннис, и проявлял такой неподдельный интерес к этой теме, как Саванна. – Он мог играть часами и выглядел так, будто только что вышел на корт. Помню матч, когда Логан бился с одним парнишкой, которому прочили большое будущее. – Глаза Стэна засияли при воспоминании о том январском дне много лет назад. – Логан измотал его. Каждый гейм – ровно, больше, ровно, больше. Каждый розыгрыш мяча – марафон. Прошел час, и все, этот мальчишка, эта предполагаемая звезда, был готов – в пролете. – Стэн помахал руками, как птичка крыльями. – Тогда как этот… – Он указал большим пальцем на Логана. – Свеж как огурчик. Едва вспотел.

Джой не присутствовала на том матче, но слышала эту историю сотню раз. Стэн всегда излагал ее с неизменным удовольствием, голова его бессознательно моталась из стороны в сторону, как у зрителя на трибунах, когда он нараспев произносил: «Ровно, больше, ровно, больше».

– Но… – Логан взял еще два брауни, по одному с каждой тарелки. – Моя очередь для «но».

– Логан никогда по-настоящему не был предан спорту. Он просто недостаточно хотел заниматься теннисом. В нем никогда не кипело это жгучее желание, он мог запросто бросить тренировки, он был слишком…

– Пассивным? – На лице Логана появилось странное выражение. – Это слово ты подыскивал, папа?

– Я собирался сказать, ты был слишком мягким. Иногда я думал, хочешь ли ты вообще выиграть? Ты расстраивался при виде слез проигравшего.

– Я любил выигрывать, – пробормотал Логан, энергично растирая себе шею сзади. – Черт возьми, папа, почему тогда бо́льшую часть детства я провел на корте, если не был предан спорту?! Насколько еще более преданным мне нужно было быть?

– Верно, но, приятель, как я сказал, в тебе не кипело желание. – Он оставил несчастного Логана и перевел взгляд на Троя. – А вот у Троя желание было, его заботило только одно – выиграть у тебя и Эми. Младшие дети всегда оказываются лучшими игроками. Посмотрите на Винус и Серену. Но видишь ли, с Троем дело в том… – Стэн покачал головой и прищелкнул языком. – Трой был цирковым пони.

– И до сих пор остался, – сказал Логан.

Трой негромко заржал. Бруки захихикала. Саванна неуверенно улыбнулась.

– Он все делал напоказ, – продолжал Стэн. – Бросался за мячами, которые не стал бы отбивать сам Федерер, только ради того, чтобы пустить пыль в глаза, и иногда дотягивался до них, но я говорил ему…

– Показухой матч не выиграть, – вставил Трой и взял бокал. – Кто-нибудь, передайте мне вино.

– Вот именно. – Стэн дернулся, шарик «С Днем отца!» снова задел его лицо. – Показухой матч не выиграть. Нужно, чтобы в тебе было содержание. – Он мягко оттолкнул шарик, как маленького ребенка, пытавшегося заглянуть ему через плечо.

Если бы Джой и Стэн вели этот разговор наедине, она сказала бы ему, что никакое содержание тут ни при чем. Вот в чем фокус. Трой мог сконцентрироваться на какое-то время, а потом его внимание рассеивалось. Это был его фатальный изъян. Полтора сета он мог продержаться, а потом Джой видела, что Трой мечтательно смотрит в небо или поглядывает на какую-нибудь симпатичную девушку на трибунах. И эффектные броски за мячами – это был его способ удержать интерес к игре.

– Посмотрите на человека без содержания. – Трой помахал вялыми кистями рук.

– А потом случилась стычка с Гарри, – сказал Стэн.

«Заткнись! – подумала Джой. – Заткнись, заткнись, заткнись, болван ты этакий!»

– Теперь моя очередь? – быстро спросила Бруки.

– Ты после этого так и не пришел в себя, – сказал Стэн Трою.

– Я получил теннисную стипендию в Стэнфорде, – сообщил Трой Саванне. – Но для моих родителей это ничего не значит.

– Вовсе нет! – воскликнула Джой.

Это значит, что ты уехал на другой конец света и вернулся совершенно другим человеком. После Америки его как будто залакировали. Можно было звонко постучать ногтем по весело сияющей твердой поверхности.

– Трой не мог контролировать эмоции. Унаследовал горячность от матери. – Стэн усмехнулся, будто одно из самых досадных событий их семейной жизни можно обратить в забавный анекдот, вполне подходящий, чтобы поделиться им с новым приятелем. – Он швырялся ракетками. Нам приходилось привязывать ему ракетку к запястью.

– Не нам, – возразила Джой. – Тебе. Я считала, что это испортит ему захват.

– Но не испортило, верно? – сказал Стэн. – Проблема была не в его захвате.

– А в твоем, папа, – встряла Эми. – Но давайте сменим тему.

– Не волнуйся, Эми, – произнес Трой, а Бруки молча передала ему вино. – Мне все равно.

– Ну, как бы там ни было, я думал, мы взяли эмоции под контроль. Ему было тринадцать, когда это случилось, – сказал Стэн Саванне. – Его отстранили от игр на шесть месяцев. И справедливо отстранили.

«Ему было четырнадцать, – мысленно поправила его Джой, – исполнилось накануне».

– Он играл против ученика школы Делэйни. Гарри Хаддада. – Стэн помолчал, давая Саванне время осмыслить сказанное, но та смотрела на него безо всякого выражения. – Знаменитый австралийский теннисист. Бывший номер один. Дважды выиграл Уимблдон. Несколько лет назад победил на Открытом чемпионате США. – Это выходило за пределы понимания Стэна: как она могла не знать Гарри!

– О! Да! Конечно. Я слышала о нем, – сказала Саванна, явно притворяясь.

«Как же освежает обстановку появление в доме человека, который так мало интересуется теннисом, что о Гарри Хаддаде слыхом не слыхивал», – подумала Джой.

– Он был моим учеником. – Стэн глянул на жену и поправил себя: – Бывшим нашим учеником. О нем недавно сообщали в новостях, потому что он снова начал тренировки и намерен вернуться. Ну так вот, вернемся к истории. Трой играл против него, и не слишком удачно…

– Папа, – начала Эми, – прошу тебя, не будем говорить о Гарри Хаддаде. Это может повредить моему психическому здоровью. И мне кажется, твоему тоже.