Мое прекрасное несчастье - Джейми Макгвайр

— Что ты имеешь в виду?

— Ты переспал со столькими девушками, но не захотел строить отношения с ними, даже отказывался взять номер телефона. Так почему я?

— Откуда эти мысли? — спросил он, гладя меня по щеке.

— Так, любопытно. — Я пожала плечами.

— А почему тогда я? — поинтересовался он. — Половина парней «Истерна» ждут, когда я напортачу.

— Это не так. — Я поморщилась. — Не меняй тему.

— Чистая правда. Не возьмись я преследовать тебя с самого начала года, за тобой таскался бы не один такой Паркер Хейс. Но он слишком зациклен на себе, чтобы бояться меня.

— Ты уклоняешься от вопроса, причем не самым виртуозным способом!

— Хорошо! Так почему ты? — На лице Трэвиса появилась улыбка, он нагнулся и поцеловал меня. — Я запал на тебя еще после той первой ночи, на арене.

— Что? — с сомнением спросила я.

— Это так. Ты в том кардигане, перепачканная кровью… выглядела совершенно нелепо. — Он усмехнулся.

— Спасибо.

Его улыбка померкла.

— Все случилось, когда ты подняла на меня глаза. В тот самый момент. У тебя был такой удивленный, невинный взгляд… без всяких притворств. Ты не видела во мне пресловутого Трэвиса Мэддокса, — сказал он, закатывая глаза при этих словах. — Ты взглянула на меня как… даже не знаю… как на человека, что ли.

— Открою тебе секрет. Ты и есть человек.

Трэвис убрал волосы с моего лица.

— Нет, до твоего появления только Шепли так ко мне относился. Ты не смущалась в моем присутствии, не флиртовала, не водила руками по волосам. Ты видела именно меня.

— Я вела себя как стерва.

Трэвис поцеловал меня в шею.

— Это тоже сделало свое дело.

Я провела руками по его спине и скользнула в трусы.

— Надеюсь, ты скоро это забудешь. Мне кажется, я никогда не устану от тебя.

— Обещаешь? — с улыбкой спросил он.

На тумбочке зажужжал мобильник, Трэвис улыбнулся и прижал его к уху.

— Да? Черт, нет. Я с Гулькой. Мы как раз ложимся спать. Заткнись, Трент, это не смешно. Серьезно? Что он делает в городе? — Трэвис посмотрел на меня и вздохнул. — Хорошо. Мы приедем через полчаса. Ты слышал меня, придурок. Да потому что я никуда без нее не хожу, вот почему. Хочешь, чтобы я расплющил тебе нос, когда приеду? — Трэвис отключился и покачал головой.

Я изогнула бровь.

— Это самый странный разговор, который я слышала в своей жизни.

— Трент звонил. Томас приехал в город, и сегодня вечер покера у моего отца.

— Вечер покера? — Я сглотнула.

— Ага, они обычно обдирают меня до нитки. Мошенники.

— Через тридцать минут я встречаюсь с твоей семьей?

Трэвис посмотрел на часы.

— Через двадцать семь, если быть точным.

— Боже, Трэвис! — застонала я, выпрыгивая из кровати.

— Что ты делаешь? — выдохнул он.

Я порылась в шкафу, прыгая с ноги на ногу, натянула джинсы, потом сняла ночнушку и бросила Трэвису в лицо.

— Не могу поверить, что ты предупредил меня о встрече со своей семьей за двадцать минут! Я готова убить тебя!

Трэвис откинул ночнушку в сторону и посмеялся над моими отчаянными попытками привести себя в порядок.

Я схватила черную футболку с V-образным вырезом и натянула на себя. Потом побежала в ванную, почистила зубы и причесалась. Трэвис встал у меня за спиной, уже одетый, готовый к выходу, и обнял меня за талию.

— Выгляжу как чучело! — Я нахмурилась, глядя в зеркало.

— Да ты хоть понимаешь, какая ты красавица? — спросил Трэвис и поцеловал меня в шею.

Фыркнув, я побежала в комнату и обулась в туфли на каблуке. Трэвис взял меня за руку и повел к выходу. Я остановилась, застегнула черную кожаную куртку и забрала волосы в тугой пучок в предчувствии стремительной поездки до дома его отца.

— Голубка, успокойся. Это всего лишь скопище парней за столом.

— Меня ждет первая встреча с твоим отцом и братьями, со всеми сразу, и ты хочешь, чтобы я успокоилась? — спросила я, забираясь на мотоцикл.

Трэвис повернул голову, прикоснулся щекой к моей щеке и поцеловал в губы.

— Они полюбят тебя, как и я.

Когда мы приехали, я распустила волосы и причесала их пальцами перед тем, как Трэвис подвел меня к двери.

— Вот те на! Наш засранец явился! — крикнул один из парней.

Трэвис кивнул. Он пытался изображать раздражение, но я видела его радость от встречи с братьями. Дом выглядел обветшалым, внутри — темно-желтые выцветшие обои и потертый ковер в коричневых тонах. Мы прошли прямо по коридору в комнату с распахнутыми дверьми. Оттуда струился дым, а братья и отец Трэвиса сидели за круглым деревянным столом на разномастных стульях.

— Эй, следи за своим языком, тут же юная леди, — пробубнил отец Трэвиса, держа во рту сигару.

— Гулька, это мой папа, Джим Мэддокс. Папа, это Голубка.

— Голубка? — с иронией переспросил Джим.

— Эбби. — Я покачала головой.

Трэвис указал на братьев.

— Трентон, Тэйлор, Тайлер и Томас.

Парни кивнули. Все, кроме Томаса, напоминали более взрослую копию Трэвиса: «ежик» на голове, карие глаза, футболка, плотно облегающая мускулы и татуировки. Томас — парень с зелеными глазами и длинноватыми светло-русыми волосами — был одет в классическую рубашку с ослабленным галстуком.

— А у Эбби есть фамилия? — спросил Джим.

— Эбернати, — сообщила я.

— Рад познакомиться, Эбби. — Томас улыбнулся.

— И я рад, — сказал Трент, самым наглым образом разглядывая меня.

Джим дал ему подзатыльник.

— Что я такого сказал? — возмутился Трент, потирая голову.

— Присаживайся, Эбби, и следи, как мы оставим Трэвиса без цента в кармане, — сказал один из близнецов.

Братья были точной копией друг друга, даже татуировки полностью совпадали.

Стены комнаты были испещрены винтажными фотографиями процесса игры в покер и легендарных игроков, рядом с которыми стоял Джим и еще кто-то — как я решила, дед Трэвиса. А на полках лежали старинные игральные карты.

— Вы знали Стю Ангера? — спросила я, показывая на запылившуюся фотографию.

Прищуренные глаза Джима заблестели.

— Тебе известно, кто такой Стю Ангер?

— Мой отец тоже его поклонник, — проговорила я.

Джим встал и показал на соседнюю фотографию.

— А вот здесь Дойл Брансон.