Мое прекрасное несчастье - Джейми Макгвайр

— Мой отец один раз видел его за игрой. — Я улыбнулась. — Он потрясающий.

— Дед Трэвиса играл профессионально, так что здесь к покеру относятся серьезно. — Джим приподнял уголки губ.

Я села между Трэвисом и одним из близнецов, а Трентон не слишком мастерски перетасовал колоду. Парни положили на стол деньги, и Джим раздал всем фишки.

— Эбби, хочешь сыграть? — Трентон изогнул бровь.

Я вежливо улыбнулась и покачала головой.

— Думаю, не стоит.

— Ты не умеешь? — спросил Джим.

Я не сдержала улыбки от его серьезного, чуть ли не покровительственного тона. Знала, какого ответа ожидает Джим, и не хотела разочаровывать его.

— Присоединяйся, я научу. — Трэвис поцеловал меня в лоб.

— Эбби, попрощайся со своими денежками, — посмеялся Томас.

Я поджала губы, порылась в сумочке, достала две купюры по пятьдесят, протянула их Джиму и терпеливо подождала, пока он отсчитает нужное количество фишек.

На лице Трентона появилась самодовольная улыбка, но я проигнорировала ее и сказала:

— Полагаюсь на тренерские способности Трэвиса.

Один из близнецов хлопнул в ладоши.

— Да, черт побери! Сегодня я разбогатею!

— Предлагаю начать сегодня с небольших ставок, — проговорил Джим, бросая на стол пятидолларовую фишку.

Трентон раздал карты, и Трэвис развернул мои веером.

— Ты раньше играла?

— Давно, — ответила я.

— «Лови рыбку»[14]не в счет, Полианна, — сказал Трентон, изучая свои карты.

— Заткнись, Трент. — Трэвис сердито взглянул на брата, а потом снова сосредоточился на моих картах. — Ты должна собирать карты выше по достоинству, по порядку и, если повезет, одной масти.

Сначала Трэвис взглянул в мои карты, потом я в его. В основном я кивала и улыбалась, делала ход, только когда мне говорили. В итоге мы с Трэвисом проиграли, и мои фишки значительно сократились к концу первого раунда. Томас опять начал раздавать.

На этот раз я не стала показывать Трэвису свои карты и заявила:

— Думаю, я все поняла.

— Уверена? — спросил он.

— Уверена, малыш, — ответила я.

После трехчасовой игры я вернула свои фишки и прибрала стопки других игроков с помощью двух тузов, стрита[15]и старшей карты.

— Чушь собачья! — простонал Трентон. — Новичку везет!

— Трэв, у тебя способная ученица, — сказал Джим, переминая во рту сигару.

Трэвис отхлебнул пива.

— Голубка, я тобой горжусь! — Глаза Трэвиса засияли, а на лице появилась улыбка, какой я еще не видела.

— Спасибо.

— Те, кто не умеет играть, обычно учат других. — Томас ухмыльнулся.

— Очень смешно, придурок, — пробурчал Трэвис.

Через четыре часа я допила пиво и, прищурившись, глянула на единственного мужчину за столом, который еще не сбросил карты.

— Тэйлор, твой ход. Будешь вести себя как маленький мальчик или поставишь наконец как настоящий мужчина?

— Вот черт! — Он бросил на стол свои последние фишки.

Трэвис оживленно следил за мной. Это напомнило мне о том, как другие обычно наблюдали за его боем.

— Голубка, что там у тебя?

— Тэйлор!.. — поторопила я.

Его лицо расплылось в улыбке.

— Флеш![16]— улыбнулся он, выкладывая карты на столе.

Пять пар глаз устремились на меня. Я внимательно посмотрела на стол, а потом бросила карты.

— Смотрите и плачьте, ребята! Тузы и восьмерки! — Я хихикнула.

— Фул-хаус?[17]Какого черта? — выкрикнул Трент.

— Извините. Мне все время хотелось это сказать, — проговорила я, собирая фишки.

— Это не везение новичка. — Томас прищурился. — Она умеет играть.

Трэвис мельком глянул на Томаса, а потом на меня.

— Гулька, ты играла раньше?

Я пожала плечами, демонстрируя невинную улыбочку. Трэвис запрокинул голову и зашелся хохотом. Он попытался сказать что-то, но не смог и лишь ударил кулаком по столу.

— Твоя девушка только что обставила нас, черт тебя дери! — сказал Тэйлор, тыкая в меня пальцем.

— Да как это возможно! — завыл Трентон, вставая из-за стола.

— Отличный план, Трэвис. Привести карточного шулера на наш покерный вечер. — Джим подмигнул мне.

— Но я ничего не знал! — Трэвис покачал головой.

— Чушь собачья, — сказал Томас, внимательно глядя на меня.

— Правда! — сквозь смех произнес Трэвис.

— Не хочу говорить, братишка, но мне кажется, я только что запал на твою девчонку, — сказал Тайлер.

— Осторожней. — Улыбка Трэвиса быстро превратилась в гримасу.

— Эбби, я слишком несерьезно отнесся к тебе, — проговорил Трентон. — Но теперь обязательно верну свои деньги.

В последних раздачах Трэвис не участвовал, а наблюдал за тщетными попытками братьев отыграться. Раунд за раундом я собирала их фишки, а Томас все внимательнее присматривался ко мне. Когда я выкладывала карты на стол, Трэвис и Джим смеялись, Тэйлор ругался, Тайлер признавался мне в вечной любви, а Трент демонстрировал самый настоящий приступ гнева.

Потом мы перешли в гостиную, я обменяла свои фишки на деньги и раздала всем по сто долларов. Джим отказался, а вот братья приняли свою долю с благодарностью. Трэвис взял меня за руку и повел к двери.

Я видела, что он невесел, и сжала его кисть.

— Что-то не так?

— Гулька, ты только что отдала четыреста баксов! — Трэвис нахмурился.

— Будь это вечер покера в «Сиг Тау», я оставила бы их себе. Не могу же я грабить твоих братьев при первой встрече.

— Они бы тебе деньги не вернули! — сказал он.

— Я бы потом еще спал как младенец! — усмехнулся Тэйлор.

Томас пристально разглядывал меня и не произносил ни слова, стоя в углу комнаты.

— Томми, чего ты постоянно пялишься на мою девушку?

— Как, ты говоришь, твоя фамилия? — спросил Томас.

Я нервно переступила с ноги на ногу. Мой мозг отчаянно работал, пытаясь выдать нечто остроумное или саркастичное, чтобы как-то избежать ответа. Вместо этого я уставилась на собственные ногти, внутренне ругая себя. Не следовало обыгрывать здесь всех и каждого. Томас все понял, я видела это по его глазам.