Мое прекрасное несчастье - Джейми Макгвайр

Всю неделю Трэвис серьезно относился к своему обещанию. Он больше не острил с девушками, которые останавливали его в коридорах, иногда даже был чересчур грубым. Когда мы пришли в «Ред» на вечеринку в честь Хеллоуина, я слегка нервничала по поводу того, как он станет сдерживать своих одурманенных сокурсниц. Мы с Америкой и Финчем сидели за соседним столиком и наблюдали, как Шепли и Трэвис играют на бильярде против своих «братьев» по «Сиг Тау».

— Вперед, малыш! — закричала Америка, приподнимаясь на стуле.

Шепли подмигнул ей и послал шар в лунку дальнего правого угла.

— Ура! — завизжала Америка.

Пока Трэвис ждал своей очереди, к нему приблизились три девушки, одетые героинями фильма «Ангелы Чарли». Я улыбнулась, глядя, как он пытается игнорировать их. Когда одна провела пальцем по татуировке, Трэвис отдернул руку. Он отмахнулся от девушки, чтобы ударить по шару, и она надула губки.

— Они такие нелепые, невероятно! Здешние девушки совсем потеряли стыд, — сказала Америка.

Финч покачал головой.

— Все дело в Трэвисе. Наверное, это эффект плохого парня. Девчонки либо спасти его хотят, либо решили, что у них иммунитет против его трюков.

— Наверное, и то и другое. — Я засмеялась, глядя, как девушки ждут внимания Трэвиса. — Кто поверит, что его выбирают, имея только секс на уме?

— Не занудствуй, — сказала Америка, делая глоток.

Финч вынул изо рта сигарету и потянул нас за платья.

— Идем, девчонки! Зяблик[13]танцевать желает!

— Только если ты перестанешь себя так называть, — сказала Америка.

Финч выпятил нижнюю губу, и Америка улыбнулась.

— Эбби, идем. Ты же не заставишь Финча плакать?

Мы присоединились на танцполе к полицейским и вампирам, а Финч стал демонстрировать телодвижения Джастина Тимберлейка. Я посмотрела через плечо на Трэвиса, он косился на меня. Парень делал вид, что наблюдает за Шепли, который забивал восьмой шар.

Шепли забрал выигрыш, а Трэвис прошел к длинному невысокому столу, отгораживающему танцпол, и взял выпивку. Финч мельтешил по всей площадке и наконец вклинился между нами и Америкой. Трэвис закатил глаза, усмехнулся и вместе с Шепли возвратился к столику.

— Хочу еще чего-нибудь выпить, а ты? — крикнула Америка поверх музыки.

— Я с тобой, — сказала я, глядя на Финча и указывая на бар.

Финч мотнул головой, продолжая танцевать.

Мы с Америкой протиснулись сквозь толпу к стойке. Бармены были загружены работой, поэтому нам пришлось ждать в очереди.

— Сегодня парни в ударе, — сказала Америка.

— Почему находятся желающие ставить против Шепа? — прокричала я ей на ухо. — Я совсем этого не понимаю.

— По той же причине они ставят и против Трэвиса, — улыбнулась Америка. — Болваны.

Рядом с ней на стойку облокотился парень в тоге и улыбнулся.

— Что пьем сегодня, девчонки?

— Спасибо, но мы сами покупаем себе выпивку, — сказала Америка, глядя перед собой.

— Я Майк, — представился парень и указал на своего друга. — А это Логан.

Я вежливо улыбнулась и посмотрела на Америку, которая изображала коронное «отвали». Барменша приняла наш заказ, кивнула парням позади нас, отвернулась и стала делать напиток для Америки. Она вернулась с квадратным стаканом, полным розовой пенистой жидкости, и тремя бутылками пива. Майк дал ей деньги, и она кивнула.

— Здесь сегодня круто, — сказал Майк, глядя на толпу.

— Ага, — раздраженно ответила Америка.

— Я видел, как вы танцуете, — сказал мне Логан, кивая в сторону танцпола. — Вы просто отлично смотрелись.

— Э… спасибо, — сказала я, пытаясь оставаться вежливой и опасаясь, что Трэвис всего в нескольких шагах от нас.

— Хочешь потанцевать? — спросил парень.

— Нет, спасибо. — Я покачала головой. — Я здесь со своим…

— Парнем, — сказал Трэвис, появляясь из ниоткуда.

Он злобно посмотрел на молодых людей, и они попятились, явно напуганные.

Америка не сдержала самодовольной улыбки, когда Шепли обнял ее.

Трэвис кивнул парням, отступающим через зал.

— Бегите подальше.

Те посмотрели на Америку и меня, потом сделали несколько осторожных шагов назад и вовсе скрылись в толпе.

Шепли поцеловал Америку.

— Невозможно никуда ходить с тобой!

Она захихикала, а я улыбнулась Трэвису, который свирепо смотрел на меня сверху вниз.

— Что еще?

— Почему ты позволила ему купить тебе выпивку?

Заметив настрой Трэвиса, Америка отстранилась от Шепли.

— Трэвис, мы не позволяли. Я сказала им «нет».

Трэвис взял бутылку из моих рук.

— А это тогда что?

— Ты что, серьезно? — спросила я.

— Еще как серьезно, — ответил он, бросая бутылку в мусорный бак рядом с баром. — Я сотни раз предупреждал тебя! Нельзя ничего брать у первого встречного. А если он туда что-нибудь подсыпал?

Америка подняла свой стакан.

— Трэв, мы не выпускали напитки из виду. Ты преувеличиваешь.

— Я не к тебе обращаюсь, — сказал он, впиваясь в меня взглядом.

— Эй! — сердито воскликнула я. — Не смей так с ней разговаривать.

— Трэвис, — предупредил Шепли. — Остынь.

— Мне не нравится, что ты позволяешь другим парням покупать тебе выпивку, — сказал Трэвис.

Я изогнула брови.

— Нарываешься на ссору?

— А тебе было бы все равно, если бы ты подошла к бару и увидела, как я пью с какой-нибудь цыпочкой?

— Хорошо. — Я кивнула. — Теперь ты не замечаешь других девушек. Я поняла. Мне тоже надо попытаться.

— Было бы неплохо.

Трэвис старался совладать с собой, а меня совершенно обескураживала его ярость, объектом которой я вдруг стала. Внутри закипело желание защищаться.

— Трэвис, сбавь тон ревнивца. Я ничего такого не сделала.

Он с возмущением смотрел на меня.

— Я прихожу и вижу, как парень покупает тебе выпивку!

— Не кричи на нее! — сказала Америка.

Шепли положил руку Трэвису на плечо.

— Мы все слишком много выпили. Лучше уйдем отсюда.

Успокаивающие слова Шепли на этот раз не сработали. Я внезапно рассердилась, подумав, что Трэвис завершил наш вечер ссорой.

— Скажу Финчу, что мы уезжаем, — проворчала я, идя мимо Трэвиса на танцпол.