Диетлэнд - Сарей Уокер

«Новая программа баптисток», задание пятое:

Отстранение и размышление

Подземное убежище находилось глубоко под «Домом Каллиопы», там, где росли корни. Стены слабо вибрировали всякий раз, когда где-то в метро проходил поезд. В это темное, холодное место я и приземлилась после нескольких недель падения. Это Лита заставила меня потерять равновесие, ее появление в кофейне два месяца назад. Я споткнулась и провалилась в кроличью нору, где происходили странные вещи и обитали еще более странные женщины. Я кружилась и падала, отчаянно пытаясь успокоиться, продолжала тянуться к чему-то, за что могла бы ухватиться.

Под землей тьма окутывала меня со всех сторон. Я не сопротивлялась. За ночь до того, как я ушла в подполье, я выпила последнюю половинку таблетки Y и горстку «Отуркенрижа». Спала я крепко, но иногда меня одолевали кошмары. Я ворочалась и металась в кровати, а простыни пропитывались потом. Организм требовал Y, но не мог его получить. Я покончила с антидепрессантами.

Наконец, после многих часов, я открыла глаза, коснулась ногами пола и встала с кровати. На тумбочке стояла лампа, и я включила ее. Осматривая полутьму спальни, я пыталась вспомнить часы, а может, и дни до того, как спустилась сюда. На мне были мешковатая бежевая туника и черные леггинсы, которые дали мне Верена и Марло, когда я спустилась за ними вниз по лестнице. Одежда была моего размера, как будто они готовились к моему приходу. Верена дала мне свой телефон и сказала позвонить всем, кто мог заметить мое отсутствие. Я позвонила маме и Кармен. Больше было некому. Придумала историю о том, что отправилась в отпуск вместе с Китти и ее сотрудницами. Объяснила, что поездка нарисовалась в самый последний момент, так как Китти забыла пригласить меня раньше, что вполне могло сойти за правду. Затем Верена и Марло оставили меня одну. Засыпая, последнее, что я видела перед глазами, – это лицо Литы на огромном экране на Таймс-сквер. Я надеялась, что у меня галлюцинации.

Убранство спальни в подземном убежище было самым простым, минималистичным. Мебель и стены были белыми, постельное белье – белым, все было белым – я жила в аспирине. В комоде лежало еще несколько бежевых туник и пар черных леггинсов, а также пижамы и нижнее белье. Я не знала, что случилось с рюкзаком, который я принесла в «Дом Каллиопы». Мой ноутбук, бумажник и другие вещи остались, должно быть, в мире наверху, в мире, который я покинула.

На столе покоилась стопка книг, среди которых я разглядела «Приключения в Диетлэнде» и «Теорию сексуальности». Также стоял стаканчик с разноцветными ручками, а на первом листе блокнота рядом со стаканчиком была записка от Верены: