Арбитражный десант - Семен Данилюк

- Вот через десять лет и обсудим, - Денис, не в силах больше сдерживаться, потянул с нее пижаму. - А почему собственно на три - с сегодняшнего дня? - повторил он непонятную фразу.

- Да потому что... Сегодня мой день рождения! И, кажется, очень счастливый.

В дверь требовательно позвонили.

Ирина сжалась. Денис, почувствовав ее непроизвольный испуг, посмотрел на настенные часы, показывавшие половину седьмого утра. Скулы его напряглись, глаза сузились:

- Дай догадаюсь. Наверное, опять брат.

- Какая разница кто. Черт бы с ними со всеми. Никто нам сегодня не нужен. Правда? - искательно прошептала Ирина. - Открой.

- И кто бы это мог быть в такую рань? - фальшиво пробормотала она, заглядывая в глазок. - Нет! Только не это.

- А это как раз я! - выкрикнули с лестничной клетки. - Сюрприз! А ну открывай, новорожденная!

Ирина еще раз беспомощно оглянулась и со вздохом отперла запоры.

Дверь распахнулась. В нее втиснулась мокрая охапка роз:

- Поздравляю! Давай положу. Мешает пылко обнять.

Букет лег на диванчик у входа, и за ним оказался румяный, предвкушающе-радостный сорокалетний мужчина, в котором Денис без труда узнал известного телевизионного шоумена.

- Дорогая Ирэн! Извини за раннее вторжение, - с видом человека, осчастливившего другого, шоумэн потянулся с поцелуем. - В два ночи с записи вернулся. А уже на пять специально будильник поставил. Чтоб хоть в этот раз успеть первым поздравить. Увлеченный собой, он только теперь заметил незнакомого полуголого мужчину. Профессионально сориентировавшись, огорченно выпятил губу:

- Похоже, опять не удалось. Надо было занимать очередь с вечера.

Ирина, не зная, как реагировать на подобный пассаж, натянуто улыбнулась.

- А Вам идет, - вид атлетичного мужчины в женском халатике вызвал у шоумена приступ веселого, не до конца, впрочем, естественного смеха. - Можно было бы запустить в каком-нибудь реалти-шоу.

Стараясь исправить возникшую неловкость, он всплеснул руками:

- А знаете анекдотец, как француженка принимала русского, и тут возвращается муж. Она хотела их познакомить, как у них полагается...

Под жестким взглядом ночного гостя он осекся, почуяв готовую плескануть грозу. Повернулся к хозяйке. - Милая Ирэн! Будем считать, - сюрприз не удался. Похоже, у товарища дефицит чувства юмора. Засим! Он шутливо расшаркался и вышел. Дверь за ним аккуратно защелкнулась. И как будто этим привела в чувство застывшую Холину. - Вообще-то порядочные люди хотя бы здороваются. А не бирюком стоят, - процедила она, стремясь сгладить неловкое положение, в котором оказалась. Тяжелое молчание Дениса вывело ее из себя. - Ничего сверхъестественного! Человек зашел поздравить новорожденную. - И много таких еще придут принимать роды? - с прежней колючестью полюбопытствовал Денис.

- Достаточно! Не знаю, как у вас, в быдлятнике, откуда ты, похоже, вышел. Но в нашем мире это нормально. Потому что человечно! Думаешь, если позволила тебе со мной переспать, так ты уже и все права на меня получил?! - она яростно топнула босой ножкой. - Да кто ты такой, чтоб моих друзей разгонять?!

- Уже никто, - отрубил Денис, сбросил пеньюар и мимо нее прошел в спальню. Торопливо одевшись, вышел в прихожую, быстро натянул туфли.

Ирина стояла тут же и, проклиная собственную взбалмошность, искала слов примирения.

- Имей в виду: уговаривать не стану. Уйдешь, потом локти кусать будешь.

- Будь здорова! - он приоткрыл дверь, задержался. - Знаешь, тебе не лет много. У тебя дней рождений чересчур до хрена. Засим!

- Вот и пошел вон! Плевать хотела. Пусти свинью в приличное общество, все равно свинья!

Дверь захлопнулась. Из овального зеркала на Ирину смотрело осунувшееся женское лицо - со счастливыми кругами под глазами.

- Дура ты, Ирка, - сказало ей зеркало. - Какая же ты все-таки безнадежная дура! Ну, самолюбив. А тебе самой понравилось бы, если б к твоему мужику вот так под утро заявились... Так что тебе стоило вместо того, чтоб подливать в огонь бензину, обнять, объяснить, что никогда ничего с этим не было? И, что обидно, действительно не было. И его больше не будет!

Впрочем способ примириться оставался - для начала надо вернуть Дениса в банк. По времени банковская группа уже должна была выехать к Жуковичу. Стало быть, в ближайшее время выяснится правда. И тогда она напомнит Рублеву о беспричинно нанесенной Лобанову обиде. Ирина не сомневалась, что, убедившись в допущенной несправедливости, Иван Васильевич сам найдет Дениса, извинится и упросит вернуться в "Возрождение".

Охваченная нетерпением, она бросилась одеваться.

11.

Увы! Едва вбежав в банк, Холина поняла, что случилась беда. Приехавших в садоводческое товарищество "Дружба" банковских сотрудников встретили исступленные женские завывания: через два часа после визита Лобанова жена Жуковича, поднявшись на чердак, обнаружила мужа повесившимся.

Известие это потрясло всех. Но особенно - Рублева. Он корил себя, что, видимо, возвел напраслину на невиновного. И тот, гордый ранимый человек, предпочел добровольное самоубийство подозрению в предательстве.

Уговоры и объяснения, что Жукович и раньше в состоянии запоев впадал в депрессию и проявлял склонность к суициду, Ивана Васильевича не убедили. - Вот ведь как! - Рублев сокрушенно качал головой. - Обвинили походя и получили - был человек и - нет! А Лобанов - законченный подонок. Мало того, что украл документы, так еще и подставил друга. Не сам ли и повесил пьяного? Нет и не будет прощения этому мерзавцу! Предположение это, похоже, разделяли многие.

Лишь Андрей Дерясин настаивал, что обвинять Лобанова, прежде чем ситуация прояснится, нельзя. Но даже он не сомневался, что Денис косвенно виновен в смерти Жуковича: очевидно, в сердцах наговорил что-то лишнее и тем подтолкнул к самоубийству.

Что же касается собственно документов по "кондитерке", сомнений не было: они в руках Онлиевского. Если даже Жукович передаточное распоряжение не подписал, то подпись его будет подделана. И в ближайшее время новый владелец публично предъявит свои права. Скорее всего, сразу после получения арбитражного решения.

12.

Накануне заседания арбитражного суда, в восемнадцать тридцать, в кабинет Дерясина, где он вместе с Кичуем обсуждал детали завтрашней защиты, стремительно вошла Ирина Холина. Неизменно мрачная после истории с Жуковичем и ухода Лобанова, на этот раз она выглядела возбужденной.

- Сработало! - объявила Ирина.

Выдержала подогревшую недоумение паузу:

- Помните, мы давали объявление о розыске за вознаграждение Виленкина?

Она торжествующе приподняла мобильник: