Вангелия - Владимир Сотников

Ольга не отрываясь смотрела на экран телевизора. Лица у дикторов, весь день сменявших друг друга с сообщениями о трагедии, были грустные, даже мрачные, и понятно было, что это не маска казенного сочувствия, а искренняя скорбь о погибших.

– По плану учений подлодка «Курск» должна была осуществить учебную атаку авианесущей группы кораблей. 12 августа 2000 года в 11 часов 28 минут произошел взрыв торпеды в торпедном аппарате номер четыре.

Вся превратившись в слух – зрение уже подводило ее, и неудивительно, все-таки глубокая старость, – Ольга не сразу поняла, что она уже не одна в комнате.

– Ты, Алеша? – спросила она, наконец услышав шаги у себя за спиной.

– Да, ба.

В голосе внука была та же горечь, что и во всех голосах, звучавших сегодня с экрана и наяву.

– Может быть, кто-нибудь все-таки выжил? – спросила Ольга.

– Конечно. – Теперь в Алешином голосе прозвучала злая ирония. – Выжить-то выжили, только не спасся никто. Потому что наши их спасти не сумели, а чужим не разрешили.

– Вероятно, после этого произошла детонация торпед, находившихся в первом отсеке подводной лодки «Курск», – продолжал диктор.

– Весь мир сочувствует, оплакивает… – с тоской произнес Алеша. – А здесь у начальничков одна забота: ищут, кто вдов нанял, чтобы они расследования потребовали. Разве жена будет просто так из-за смерти мужа переживать? Только за деньги!

Силуэт внука представал перед Ольгой смутным, черты его лица были едва различимы. Но она и так знала, что Алеша – вылитый дед, в память которого его и назвали. И что характер у него в деда и в отца, это Ольга знала тоже.

– А я ведь только теперь понимаю, почему Ванга сказала, чтобы твой папа летчиком стал, а не подводником, – тихо сказала она.

– Ванга сказала, чтобы отец стал летчиком? – удивленно переспросил Алеша.

– Да, – кивнула Ольга. – Она мне сказала: твой внук выберет то же самое, что и твой сын, и если твой сын будет под водой, то внук твой погибнет. Я тогда ничего не поняла, а Ванга мне сказала: тебе и не надо это понимать, просто скажи своему сыну, пусть он будет в небе, а не под водой. И папа твой стал летчиком, и ты вслед за ним…

– Ну, ба, это как-то слишком сложно.

Ольга расслышала, что Алеша улыбнулся.

– Почему же сложно? – пожала плечами она. – Если бы год назад ты закончил не летное училище, а то, где подводников готовят, ты мог бы сейчас быть на «Курске». Который весь мир оплакивает… – задумчиво добавила она.

– Ну, не знаю, – хмыкнул Алеша.

– А я знаю, – твердо сказала Ольга. – Не просто знаю – уверена. Последний раз я была у Ванги, когда твой папа заканчивал школу и собирался поступать в военное училище. И Ванга увидела, что мой будущий внук может погибнуть на «Курске». Я уверена! – повторила она.

– Но как она могла это видеть, раз этого все-таки не случилось? – с любопытством спросил Алеша. – Ну, положим, твоя Ванга знала, что будет. Но ведь будет же – в смысле, по-настоящему произойдет.

– Я думаю, она видела то, что может произойти, – ответила Ольга. – Да, именно так. Мы однажды говорили с ней об этом, я помню. Она сказала: я вижу то, что может произойти, а произойдет или нет, зависит от того, как люди или даже отдельный человек себя поведет.

– Думаешь, это всегда так? – с сомнением спросил Алеша.

– Не знаю, всегда или нет, но в большинстве случаев у человека есть выбор.

– То есть именно от нас зависит, как судьба повернется? – уточнил Алеша.

– Мне кажется, да. И не только наша личная судьба.

– Я всегда говорил, что бабушка у нас философ! – засмеялся внук. – А я у нас человек практический и отчасти ленивый, поэтому оставшиеся три дня отпуска проведу с отцом на рыбалке. Вряд ли в гарнизоне будет такая река, как здесь у нас.