Год Мужчины. Ордер на Любовь - Александр Гордиенко

Дальше – больше. Неимоверным усилием Василисе удалось пойти на второй круг вращения – с апогея в перигей! Молодчага! С ускорением! Правда, второй виток Дикало наблюдал, уже лежа на полу и обняв как мать родную стойку лототрона с вырванными из нее на предыдущем витке проводами, задрав очи долу, переходя на родной язык героя.

Третий виток у Василисы явно не пошел. Амплитуда маха и явные нелады с достигнутым ускорением привели к тому, что Василиса, как молот молотобойца, устремилась в неуправляемый полет вслед за своей ногой в сторону пятой камеры, которая была сметена, как робкий эдельвейс безумной снежной лавиной.

Для Степы (оператора, нет – художника на пятой камере), до последней секунды фиксировавшего глаза Дикало во время первых двух витков «боевого вылета» Василисы и болид третьего витка, несущийся прямо в объектив камеры, Железнову удалось выбить премию в размере ста условных единиц с формулировкой: «За выдержку и мужество, проявленные при исполнении своих профессиональных обязанностей, грудью закрывшему гражданское население от нанесения ему (населению) неприемлемого ущерба неуправляемым природным катаклизмом…».

А с Дикало они в тот вечер просто напились. До чертиков.

– Подводка пять. «Актрисы»… Три… два… один… пошла!

– Подводка «Актрисы» на эфирном!

На экране замелькали знакомые любителям кино лица: Ким Бейсингер, Джиллиан Андерсон, Сандра Баллок, Анджелина Джоли, Кэтрин Зета-Джонс… Одним словом, Голливуд на выезде.

– Алексей, эфир! Четыре! Три! Два…

Дикало на эфирном в последний раз запустил лототрон, с тем чтобы определить, кто из финалисток первой будет демонстрировать свои способности в качестве актрисы. В лототроне крутилось два шара: № 3 – Ксения Соболева и № 29 – Екатерина Строева. В полуфинале все-таки победила Строева, хотя Янка была никак не хуже. Железнов подумал, что, скорее всего, решающее значение имела накопленная в предыдущих турах «остаточная симпатия», когда созданный в предыдущих турах образ сыграл вместо действительного имиджа. Ну что ж, такое тоже имеет место быть.

– На подиум вызываются! Лучшие из лучших! Финалистки финала!

Первым выкатился шар под номером 29.

– Екатерина Строева! Белый сектор! И… Ксения Соболева! Оранжевый сектор!

«Да… – Железнов смотрел на появившихся под аплодисменты публики Катю и Ксюшу. – Единство и борьба противоположностей – закон развития. Мягкая улыбка и светящиеся глаза Ксюши, безупречная фигура. И парализующая холодная красота зеленоглазой брюнетки. Что ж, это по-взрослому. Это принципиально. Что важнее для наших мужиков: женственность и исходящее от женщины тепло или… Или желание быть кроликом, ищущим свою судьбу на рандеву с удавом. Конечно же, возможен еще вариант – растопить этот лед, покорить… Много ли таких мужиков в студии?»

– Катя, вы первая будете демонстрировать нам свои артистические способности. – Дикало обращался к Строевой. – Вы готовы?

– Готова! – несколько дерзко ответила Строева, хотя чувствовалось, что она подзажата.

– А что вы играли в своем финале? Это была игра номер 29, как я понимаю. – По-видимому, Дикало решил немного помочь Кате, как-то вывести ее из состояния напряженности.

– В своем финале? – Катя явно не ожидала вопроса. Железнов видел, как она с огромным трудом собирает мысли в кучку, переключается. – В предыдущий раз я играла сцену развода в исполнении Чуриковой из фильма о бароне Мюнхгаузене.

– Ну и как? Вам понравилось тогда свое исполнение?

– Текст был очень выигрышный.

– Ну, Катя, считайте, вам опять повезло! Текст – более выигрышный трудно придумать! Итак, начинаем финальный конкурс! «Женщина – всегда актриса!» – Дикало двинулся в сторону огромного студийного экрана.

– Пятая, возьми двоих!

– Первая, третья – своих – крупный!

– Внимание! Фрагмент один! «Бриллиантовая рука» – «Проститутка в старом городе»… Два, один… Пошел!

На эфирном появились известные практически всей стране кадры: скучающая рыжая проститутка с сумкой на плече, руки в боки подпирающая стену старого города одной очень экзотичной страны, Семен Семенович Горбунков в исполнении Юрия Никулина, на свою беду чуть отставший от экскурсионной группы… Проститутка, влет оценившая беззащитность интуриста, агрессивно идет в атаку на перспективного клиента экспрессивными рублеными фразами на «местном диалекте».

– Во! Айб ехано бадэн!

Хватает Семена за руку и тащит в подъезд.

– Томас каро ромаль! Ем радо коассалин джалин покарелло! Лунда набалан! Цигель! Цигель-цигель, ай лю-лю! Люче, барон! Ай лю-лю! Ай лю-лю!

Бросившийся на выручку другу Гена Козодоев (Андрей Миронов) фактически выдергивает его из рабочего подъезда проститутки.

– Ты… Ты что, с ума сошел?!

– Она меня куда-то зовет, что-то случилось…

Выдернутая из подъезда вместе с Семеном проститутка в первый момент растеряна и не понимает, что происходит. Но, увидев лощеного Козодоева, сразу же переключается на нового клиента:

– Ооо! Бьетто! Бье! Нундо эши набалан! Цигель! Цигель! Ай лю-лю!

– Ай лю-лю – потом! Нон! Нихт! Нет! Ни в коем случае!

– Ну почему нет, – вмешивается Семен, – может, ей чего-нибудь надо?

– Что ей надо – я тебе потом скажу!

И, развернувшись к даме:

– Леди, сеньора, фрау, мисс, к сожалению, ничего не выйдет. Руссо туристо! – Козодоев выдерживает паузу. – Облико морале! Ферштейн? Все. Быстренько отсюда…

– А что ей надо?

Разочарованная проститутка бросает вслед:

– Ахмак! Патроно! Янавас тругаля гобитц!

Наум, с восхищением отсмотревший весь эпизод, откомментировал:

– Гениально! Гениально придумано и гениально сыграно. Да, девочке не позавидуешь. Нужна экспрессия… И… что-то еще.

– Клара, реквизит финалистке!

– Седьмая – вынос реквизита!

На эфирном появилась изящная Клара с дамской сумкой.

– Актерам, готовность!

– Внимание! Фрагмент – один дробь один! Безголосый! «Бриллиантовая рука» – «Проститутка в старом городе»… Два, один… Пошел!

На студийном огромном экране пошел тот же самый фрагмент, сопровождаемый оригинальной восточной музыкой, естественными шумами, но без слов. В правой части зала появился озирающийся Яша Камбаров с фотоаппаратом в руках, изображающий отставшего Семена Семеновича Горбункова. Яша развернулся в сторону сектора с выбывшими участницами, внимательно рассматривая «достопримечательности древнего города», поднял левой рукой фотоаппарат, чтоб «запечатлеть»…

Катя, взглянув на экран и понимая, что надо что-то делать, размахивая сумкой, сорвалась с места и, вынося колено вперед строго по осевой, как боевая лошадь, бодро зацокала в сторону «Семен Семеныча».